О крещении еретичестем

О древнем еретичестем, також и о настоящем новодействуемом крещении немалыя в нас [чрез тыяже и едины правилы] настоят распри и разделения, овии убо о том сице, друзии же инако умствующе, и окрест разума подобателнаго ходяще, на свойственныи разум святыя церкве яко слепии не налучают отнюдуже кииждо сих вящше на свое изволение нуждею прегибающе оная, и свое упрямство тыми правилы подтверждающе, не хощут истине покоритися. Тем же нужное сие, не так ради их увещания, как своего ради благонадежнаго о сих сограждения, и отпора известнаго, потщахуся зде светлое святыя церкве разумение явити, и самыми правилы истину о древнем и новом еретическом крещении указати, и надлежащии путь несомненен во спасение подати о чем на разделы зде располагаем.

Яко еретическое в три погружения крещение неприятно есть понеже оставляет их Дух Святыи, смотрения ради приятно бысть; обаче не за истинное крещение веруется, но паче во осквернение вменяется. Аще же и приемлется, но вин ради благословных и нужных.

Раздел, 1.

Преподобныи Матфей канонист, в составе а [глава 2] объявляет, яко ариане, и македониане, и наватиане, и саватиане, и четыренадесятницы, и средницы,  аполинариане, точно нам [правоверным] крещаются.

Обаче Афанасии Александрийскии, в слове 3-м; на арины пиша, и крещение арианское, и прочих еретик неправославномудрствующих зело похуляет, аще [глаголет] и имя Отца и Сына притворяти именуются. не бо глаголя просто Господи сей дает, но со именем и веру имея праву. [ниже:] Многия убо глаголет и иныя ереси, имена точию глаголющия, не мудрствующыя же парво якоже речеся, ниже веру здравствующую имущыя, не полезну имут и оних даемую воду, скудствующую благочестием. яко и кропящему оних паче сквернитися, в нечестии. Дозде Афанасии.

Такоже Алексии архидиакон, в толковании 1-го правила Василия Великаго о наватианех и воздержниках сице являет: Наватиан же, рекше чистых. и воде предстоящих и воздержащихся, крещение аще неприятно есть, понеже оставляет их Дух Святыи. но смотрения ради да будет приятно. Дозде архидиакон.

Преподобныи же Никон Черногорец оное же 1-е правило Василия Великаго сице протолкует: Чистии и тии от раздорных суть, обаче изволися древним, единым судом облагати, чистыя и воздержники и водопредстатели убо: занеже началом разделению раздором бысть. а иже от церкве отступльше, не ктому имеша благодать Святаго Духа в себе, оскуде бо подаяние внегда пресещися последованию. [ниже:] тем же яко от простых людей, от них крещаемых, повелеша приходящим к церкви, истинным крещением церковным очищатися. елма же изволися некиим всяко иже во Асии, смотрения ради многих прияти их крещение да будет приято. Дозде Никон.

Також и Матфей Властарь, в составе а, на првило Василия Великаго о воздержницех сице являет: Василии знаменает о воздержницех, еже не достояше, по маркионову бо мудрствуют, и создание Божие скверно быти глаголют: да не глаголю яко во имя Отца и Сына и Святаго Духа крещаются зане злым Творца Бога нарицают [прирек] но да не опасения держащеся, ленивейших сотворим их, ко еже соборней приступити церкви. да приимемся обычая, и устроившим о них отцем последуем, яко же онем мнится помазуемом быти святым миром, сице священи да причащаются. Дозде Матфей.

Но и прежереченныи, Алексии Аристин в толковании 47-го правила, о оных же воздержниках и прочих сице показует: В первом убо правиле своем, по смотрению словесе, воздержник, и прочих наватиан, великии сей светилник церковныи [Василии] прият крещение, и повеле токмо миром помазовати их, егда приходят к соборней церкви и ереси своя прокленут, зде же исправляя еже по смотрению онамо прият, повелевает воздержники, и прочия крестити. Дозде Алексии Аристин.

Тимофей презвитер Константина града, о еретицех третияго чина сице изъявляет: Зрим же ныне в великих церквах, рекше в митрополиях и патриархиах, и прочих, яко армены, и яковиты, и несторианы, и прочии миром помазуют, а не крещают. творят же их проклинати началники их, и се ныне вообразися вин ради благословных и нужных.

Что же вины благословныя и нужныя, их же ради не покрещеваху еретиков, явственно бо о сем от патриархии Александрийския самого архиепископа восточнаго, [кии бе на втором вселенском соборе первоседателем] достоверное свидетельство в церкви Божии обретается, которое зде на среду представляем.

Ответы правилныя, святейшаго Тимофея архиепископа Александрийскаго [Кормчая, глава 61, лист 607].

Вопрос: Почто обращающияся еретики к соборней церкви не покрещеваем? Ответ: Аще бы се было, не быся человек скоро обратил от ереси, покрещения стыдяся. обаче и возложнием руку презвитерску и молитвою весть приходити Дух Святыи. якоже деяния святых апостол свидетельствуют.

Такоже и Матфей Иеросалимскии сице прирек [состав а, глава 2]: Но да не опасения держащеся, ленивейших сотворим их, коеже соборней приступити церкви и прочая.

Зрите убо вины благословныя и нужныя, их же ради не покрещеваху ертиков, обращающихся в кафолическую веру. Яко вещь снисхождения к ним показующая является. Сеже убо нарицается и смотрение, яко от законнаго и обдержнаго устава вин ради благословных и нужных снисхождение: Но вняти подобает яко обдержныи устав всем и на всякое время ключиме ж, смотрителныи же случай не всем подлежащь. Яко же Никон Черногорец пишет [слово 22]: Смотрителная владыкам нашим оставим. Мы же вне града суще, и таковыя вины извета пременени, яко иноцы да творим подобающая по божественных писаниих просто а не смотрително.

Той же в слове 2-м сице глаголет: Аще не разсуждаем время, и вину, и различие вещи, но яко по смотрению глаголанная или бывшая, объятно на всяко время приемлем, главою снити имам, и горняя долу будем. И в слове 28-м: О других же [рече] отчасти смотрителне бывших, яково ко иконе исповедавшагося, Давыдово. и ина ветхаго закона, и великаго канона. и другая яже честное твое имяше послание, да испытует владыко мой честь твоя смотрителная силы. отнюд не приводити сих ниже в беседу; о таковых смотрителных, развращенная сердца человеческая, не прочитающе тех толкования, ни вмещающе в духовныи ум. но от плотскаго мудрования совращаются в различныя ереси, и прелести и доконца погибают. Дозде Никон Черногорец.

Також и во Уставе в малом и велицем, сице пишет [полуустав, глава 40, лист 67]: Главизны же законны и обдержны, а не смотроителны. или отчасти, яже бо отчасти и смотрителне, некоего ради слова содеянная или глаголанная, не достоит восприимати во обдержная и законная свидетельства; Сего ради яже отчасти и смотрителная, в сих не сочетахом [Никон Черногорец, слово 28]. Дозде из устава.

Тем же вышеприведенными свидетельствы достоверно подкрепися, яко безумная [неких] смотрительства многих в плотская угодия, и в различныя ереси сведоша и каноны святых попрати устроиша [слово 63], якоже приснопоминаемыи Никон Черногорец в предисловии книги своея пишет: Силным бо в разуме смотрителныя вины прилично изобретати, а наипаче сподобльшимся духовныя благодати: сии бо едини смотрят полезнейшее святей церкви, и из крещаемаго в миропомазуемыи, а из помазуемаго в крещаемыи чин полагают.

Показуют убо и от прочих негли и от сих вин отеческое соизволение еже всех еретиков не крестити, понеже страха их мучителных свирепств и нападении. Ибо еретицы ненавидяще кафолическое крещение многих христиан, крещенных сущих истинным кафолическим крещением, в свое еретическое крещение насилно мучительски привлекоша. Инии же не приемлюще сквернаго их крещения и души своя положиша. О чем ниже представляемая свидетелства являют.

Пролог декабря, в 8 день. В страдании святых мученик, иже во Африкии, скончавшихся от ариан.

Яко африкийскую страну правящу во содержании Онориху, по скончании отца своего Зериха арианин бо сыи верою, Ариевы ереси иерей Кирил, Ивалидис совещевающеся. [ниже:] сии же Онориху подражающе, повелеша, иже не крещающихся во арианское крещение, внезапу убивати. [ниже:] в старом же Риме, в таковое время, Сулинда, жена риги содержащаго Рим, яже и та недугующа подобне во единой вере. едину о градских житель, некоего от вельмож жену нудяще, еже креститися оной во арианское крещение. ейже бяше имя Анфиса. и яко увещавати ю невозможе, слышащи яко от епископа Медиоламскаго водою и Духом крещена бысть. [ниже:] разгневавшижеся Сулинда, и святую Анфису огнем сожже. Пролог лист, 458.

И кроникарь Баронии выписал из епистолии 6-й папы Феликса, в лето Господне, 486-м: сице пишет: Феликс папа, падших во Африце епископов, и иереов, и диаконов, иже тяжких ради мук соизволиша на новое крещение от вандалов ариан, паки с покаянием обращающихся приемляше. обаче епископом, и иным духовным, сицевую епистолию, или довлетворение; чрез послание определи. дабы никогда сана своего касалися, но отлучени от молитв верных и на ином месте молилися, и при смерти аки простолюдине причащалися. и прочая. Дозде Баронии.

Но и святейшии Филарет патриарх Московскии, во изложении [своем] соборном доволно свидетельствует, како великая Россиа, от короля Жигимонта пострада, и колико зло учинися за еретическое крещение. Понеже просиша сына его на царство Московское, и дабы повелел его крестити христианским крещением. Король Жигимонт на се разгневася, Филарета и прочих с ним посланных просителей в далныя страны разосла в заточение, великую Россию повеле к своему нечестию мучением привлещи. И по онаго велению по всей велицей России протекаше огнь и мечь, и всюду христиане нудимы быша свет евангельскии оставити, тме же еретичества их последовати. И за сие мнози от благочестивых христиан души своя положиша, церкви же Божия от благолепоты обругаемы бяху тогда. И прочая, яже самое изложение соборное о сем явствует.

Зрите убо яковая учинися злость правоверным христианом хотящим отметати и не приимати еретическаго крещения.  И от сих таковых причин не дивно есть древним снисхождение показати о еретическом крещении, ово страха ради, ово же смотрения ради, яко да не опасения держащеся правилнаго ленивейших сотворят их, ко еже соборней церкви прступити, якоже Матфей Иеросалимскии глаголет. Или да не паче стыдящеся укосневают, якоже Тимофей Александрийскии глаголет. Или да не паче убо развратившеся гонение некое воздвигнут, яко же и прочии еретицы сотвориша. Сии убо вины благословныя и нужныя, якоже Тимофей презвитер глаголет. И не нарече я вины богословныя, но благословныя и нужныя, яко самем нужным случаем подлежащия яже во обдержныя и законныя приимати отнюд не долженствует. О чем выше предложенная свидетельства явствуют.

Речет ли кто от противльшихся нам, яко аще святии отцы сих ради вин благословных и нужных снисхождение показаша, тако и ныне нам тех же ради вин снисхождение показовати должно есть:

Ответствуем:

Понеже преподобныи Никон Черногорскии глаголет: аще неразсуждаем время и вину, и различие вещи, но яко по смотрению глаголанная или бывшая, объятно на всяко время приемлем, главою снити имам, и горняя долу будем. Дозде святыи.

Тем же аще восхощем вся сия разсуждати обрящем нынешнее время, и вины, и вещи несообразня суще преждебывшим, но многоразличны и вящши. О чесом и свидетелства, вкратце здесь представляем.

а: Яко древле аще смотрением и прияша от еретиков крещение, но не у еще прииде тогда число зверино, 666-е. О нем же мнози святии отцы проповедающе яко на сия, 1666 лет, антихристово пришествие, и печати его скверныя приятие, креста и Христа отвержение, и ко антихристу отступление быти сказующе. Еже и ныне исполнися.

в: Яко древнии еертицы покрещения стыдяся к соборней церкви приступити укосневали. Ныне же обращающияся еретицы не в таковом намерении обретаются, но яко бы они во Святую и божественную Троицу истинным святым крещением от еретиков уже крестишася, того ради страхом одержими христианское святое крещение прияти ужасаются. А крестящихся христианским истинным крещением ненавидяще гнушаются, и клятву за сие полагают на них, и вменяют их быти богоотступниками. И сицеваго ради онех зломудрия является на них быти антихристова духа знамение, яко действо его свято и божественно быти верующе. О таковых бо по Апокалипсии толкуется [глава 42. стих. 173]: аще кто словом или делом бога нарицает антихриста, сие бо сказует на руце и на челе даемое начертание. И сицевое непщевание имущих, и залог веры простирающих, неподобно есть равняти древле обращающимся еретиком в кафолическую веру, того ради, не точию нам простым, но и епископом или презвитером приимати сих в таковом намерении отнюд невозможно есть.

г: Яко древнии еретицы, аще и гонение на правоверных воздвигоша, обаче церкви у православных не повреждаху, и законное убо священство, и прочия церковныя тайны, предания же и догматы, в древлекафолической церкви невредимо тогда соблюдаемы бываху. Темже убо, таковому благочестию распространену сущу, и церквам рукотворным видимо повсюду предстоящим, не леть есть тогда гонителей церковных весма раздражати да не паче лютое кое гонение на церкви Христовы воздвигнется, и священныя храмы, и благолепота церковная вся потреблена будет, и благочестно живущим христианом, отступление наведется. Лепо есть убо воистинну, сих ради вин благословных, на время снисхождение показовати. Якоже пишет в Грамматице, часть 3: разумна мужа, еже снисходити времени. искусна учителя, еже кратку быти в поучениих. Тако и святии богоноснии отцы, пастырие [и учителие] наши, воистинну убо разумнии, и учителие суть искусни, благо сие сотворити умыслиша, еже таковым обращающимся еретиком снисхождение показаша: овых мvропомазанием святым печатствующе освятиша, имуще свидетелство оно, яко чрез мvропомазание Дух Святыи подает и миропомазание часть крещения быти наразумеется, якоже Матфей правилник глаголет, овых же раздорник и за проклятием ересей, и чрез благословение и молитвословие освятиша, имуща свидетелство оно, яко и возложением руку презвитерску и молитвою весть приходити Дух Святыи, якоже свидетелствуют деяния святых апостол. О нынешних же еретикох, аще разсмотрим, не вемы како, или коих ради вин благословных и нужных, снисхождение показовати. Понеже вся видимыя церкви, и благолепоту украшения церковнаго, испревратиша, и вся предания церковная с клятвою отложиша, новая же, по своему хотению, а не по святых отец преданию, новомудрствующе утвердиша, и тем церкви Христовы оскверниша, и благочестно живущим христианом. отступление веры содеяша. И сих ради важных вин, иже благочестие доконца потребивших и христианом гонение повсюду и лютое мучительство содеявших, и весь мир к отступлению от веры уже приведших, не вемы убо, и не леть есть, сим снисхождение показовати, яко вящши сего не вемы что еще зло церквам повреждение быти. Ибо ныне уже осквернены, и благочестие древлецерковное уже с клятвенным запрещением отложися, и христиане ко отступлению веры уже мнози приидоша, и мир весь ко онем прелести крепце прилепися, и мерзость запустения, стоящая на месте святе, разумеется быти. И сих ради не имамы снисхождение показовати. И яко не имамы отнюд законнаго и правильнаго священства, имже бяше возможно было коих еретик чрез миропомазание, и чрез молитвословие и возложением рук их Дух Святыи преподати, якоже правила о древних еретик действовати священиком повелевают. И аще сице не имамы законнаго священства, убо и правила она нам не суть прилична. И яко не о нынешних еретик, но о древних полагаема быша, того ради и действовати по них о настоящих еретик невозможно. Понеже вины и действа, и вещи нынешних еретик к древним несообразны, но весьма многоразличны суть, и зело важны. Убо сих ради и снисхождение к ним показовати отнюд не есть удобно.

д: Яко древле от еретик приятое крещение еже точно нам совершаемое, и еже ни в чесом же веры преступающее, якоже Матфей Иеросалимскии, и Никон Черногорец, и Филарет патриарх Московскии объявляют. Нынешней же российской церкви крещение есть нам не точно и во многих вещех является быти православной христианской вере преступно:

1: Яко символ, еже есть образ веры, не точен есть древнему священному символу, но развращен сущии, иже при крещении глаголется. И по всему является крещение се нашему не точно, и вере преступно.

2: Яко крещаяи священник и крещаемыи, обоя знаменуются тремя персты, ими же и равенство Святыя Троицы измеряют дерзостне, по новомудрствованию и преданию нынешней церкви. И сим странно и чюждо благочестия веры догматствование вводят. О чем Максим Грек на николаитскую прелесть во обличении явствует. И посему крещение се нашему не точно, и вере есть преступно.

3: Яко крещаяи священник и хотяи креститися, обоя по древлецерковному преданию сложение перст знаменательное, ими же все доброе веры таинство по святым церковным учителем исповедуется, сие таинственное образование веры в крещении отложиша. И посему крещение нашему не точно, и вере преступно.

4: Яко крещаяи священник благословляет воду в купели пятию персты, в них же отложишася обоя таинства веры вообразования, еже есть Святыя Троицы и вочеловечения Божия Слова. Которое их пятиперстное благословение от святых отец клятве соборной предано есть. И посему крещение се нашему не точно, и вере преступно.

5: Яко крещаяи священник по умствованию своея церкве Божия Вседержителя тмою именует [а не светом по преданию святыя церкве], якоже во Скрижали о том законополагается [лист 665]. И с таковым развращенныя веры крестителя залогом и крещение их есть развращенно, и вере преступно.

6: Яко креститель нынешнеи по догматствованию своея церкве Господа Саваофа Отца от себе самого создана умствует [книга новопечатная Иоанна Дамаскина, глава 10. Богослов. Платонов.]. Учителем же древлецерковным тако глаголющим: Отец ни от когоже, ни сам от себе [Катихисис Бол.]. Максим же Грек глаголет: аще дадим [рече] сие; последует онуже глаголати, яко не бе прежде, еже привести сам себе в бытие. [ниже:] вкупе с происходящим от Него Сыном и Святым Духом. Слово 1. Такоже не истинна, но истина Отца глаголют, истинне токмо причастника показуют. По сицевому залогу веры развращенныя крестителя, во Отца Бога безначалнаго, и крещение будет развращенно, и вере преступно.

7: Яко крещаяи и крещаемыи обоя исповедуют в символе своея веры некоего Иисуса, а не Исуса. И сего своего Иисуса истинным Богом и Спасителем креститель нарицает. Господа же нашего Исуса Христа не Спасителем, но равноухим [оле дерзости] хульствует [Розыск часть, 1, глава 15]. И во оного своего Иисуса и крещает, якоже в Требницех новопечатных видети есть. И таковое крещение во иного Иисуса совершаемое зело нашему не точно, и вере есть преступно.

8: Яко крещаяи и крещаемыи в своем символе противо древлепечатнаго не исповедуют истинным Святаго Духа. По догматствованию же своея церкви креститель [Духа Пресвятаго вся одаряющаго] самого одаренным существом, свойственная Македониеву зловерию исповедает [книга Платонов. богослов.]. По сих трех предложениев познавается не точию в действе, но и во устном исповедании о Святей триипостасной Троице противностей церкви креститель погрешает. Убо не с малыми, но с вящшими еретики сим соглашается. Тем же и крещение таковое нашему не точно, и вере преступно.

9: Яко креститель по согласию своея церкви четвероконечным крестом умствует крещению своему [залогом веры] совершатися. А яко от святых учителей Христовым крестом всем тайнодействам в церкви святей проповедуется совершаемым быти. Христов же крест четверочастен. Бяше четвероконечныи же крест нигде Христовым не именован есть, убо и к действу, или совершению, не есть потребен. Священныи же Златоуст, и прочии учители церковнии, без креста крещению, и прочим тайнам, отнюд не действуемым быти утверждают. Тем же новодействуемое крещение нашему не точно, и вере есть будет преступно.

10: Крещаяи священник в своем четвероконечном кресте усильствуется образ показати триипостасныя Троицы: овогда по иным по древам двучастного креста нудится исчислити треипостасие, овогда же по концам четвероконечнаго креста, и не хотя в своем новодогматствовании двоицу или четверицу изображает. И таковыя веры крещение зело будет нашему не точно, и вере преступно.

11: Еще креститель сопротивно пророком евангелистом, и всем учителем церковным, не на четверочастном кресте Христа распята исповедает, но на четвероконечном, или дводревом [Розыск, часть 2]. Еще же не Исуса проповедает распята, но, по своему мудрованию, Иисуса. И такое мудрование кафоличестей вере будет сопротивно, убо и крещение по оному будет преступно.

12: Яко самая видотворящая крещения форма, еже чрез приглашение троичнаго имене, с трищным погружением, во оном крещении нарушается. Яко крещаяи священник глаголет: крещается раб Божии, имярек, во имя Отца аминь, и Сына аминь, и Святаго Духа аминь, и ныне и присно и вовеки веком, аминь. И на коеждо приглашение возводя его и низводя, якоже в новых Требниках изображено есть. И сим четверократным аминя приглашением, и на всякое приглашение крещаемаго возвождением и низвождением, является четвероличное, а не троичное Святыя Троицы приглашение. О чем в разговорах древлероссийских учителей Валдемара Датскаго королевича с попом Матфеем ясно о сем доводствуется. Яко с единым аминем слитием ипостасей трех во едину будет по Савелиански. Последователно, с четырми четверица, а не троица ипостасей исповедуется. Но нынешнии учители не точию на таковое троичное приглашение вооружишася, но и на свое четверичное восташа, глаголюще: аминя не токмо четыре, но и три непотребни, во всем подобно богомерским лютором [Обличение, глава 9, лист 28]. И сицевое крещение нашему есть не точно, и вере преступно.

13: Яко крещаяи священник, по преданию и содержанию своей их церкви [Потребник Петра Могилы лист 7 и 8, в лето 1646. в книжице о поливат. крещен. лист 47 и 54], трипогружательное, и единопогружательное, вкупе же и поливателное крещения, за равносильны приемлет. И сицевая веры залог имущии аще и в три погружения крещает, но како се крещение может быти христианскому крещению точно, яко единопогружению и поливанию залогом веры крестителя не разлучается, но соединяется, и точно тем крещением вменяется. Следовательно будет христианскому крещению не точно, и вере преступно.

14: Крещаяи священник, по согласию своея церкве, в трепогружении троицу лиц, а во едином, единство смерти Христовой изображатися умствует [О поливат крещен., глава 13, лист 59]. Но сие мудрование елико святому Златоусту противно [научающу чрез три погружения, не троицу лиц но тридневное погребение и воскресение изображати {коринф. беседа 4, лист 1062: еванг. поучит. на крещен.; Нисск. Григ. Богосл.; Вас. Вел.; Иоанн Дамаск.; Феофилакт}], толико Савелию Ливийскому согласно, исповедающему слияние о Святей Троице, того ради и при крещении на коемждо погружении всех трех ипостасей имяна купно изгласив крещаше. Убо таковаго умствования крещение нашему будет не точно, и вере преступно.

15: Крещаяи священник, по новодогматствованию российския церкве, не водою по святых омыватися на души первородному греху, но кровию Христовой [Поливат книж., глава 7, лист 22 и проч.], якоже всесквернии люторяне умствуют [В предлож. люторском основан. 13, Разговоры с Валдемаром]. И таковое исповедание нашего крещения святей вере будет весма разгласно, и преступно.

16: Яко приглашение глаголяи священник по своему их церкве мудрованию, аще страдателным залогом, сиречь, крещается раб Божии, или действителным залогом, сиречь, крещаю тя аз, за равносилно быти верует и исповедует [Скрижаль, в слове о 7 тайнах]. И таковое приглашение нашему крещению будет не точно, но римскому проклятому в крещении приглашению со слагателно, вере же святей преступно.

17: Яко крещаяи священник в трипогружателном крещении тайну тридневной смерти и погребения Господня не нужну, но и преступну быти верует и исповедует [в книге О поливат. крещ., лист 47 и 17]. Аще и погружает, обаче погружение не главнейшии крещения обряд, и не так важныи и силныи, быти верует и исповедует. И сицевыя веры залог имущия, аще и в три погружения крещает, обаче крещения се веры таинство о смерти Хрситовой и о погребении, и о спасителном Его воскресении, залогом веры крестителевы преступает. И сицевое убо по залогу крещение нашему не точно, и вере есть преступно.

18: Крещаяи священник, по преданию своея церкве, не точию человеком обливателное крещене за важное быти утверждает [О поливат. крещ.], трепогружателное ж ненужное быти сказует, но и самого Христа от Иоанна во Иордане обливанием крещена быти утверждает. О чем в Скрижале, и в книге Трубе, о сем показуется [Скрижаль, грамматика, Досифея патр. Иеросалим.]. И таковое лжесловесное утвержение весма будет святей цекрви противно, и вере православной преступно.

19: А понеже, яко по древлецерковному чиноположению, в действе крещения материалы быти приписуются, сиречь, отрицание сатаны, обещание Христу, символ веры, и прочая молитвословия, и окрест купели хождение. Сия в новодействуемом крещении нарушаются. Яко вместо отрицаюся сатаны, отрицаюся токмо, а сатаны оставлено. И вместо отрекохся сатаны, отрекохся токмо, а сатаны оставлено. И вместо обещаваюся Христу, сочетаваюся токмо. И вместо общахся Христу, сочетахся токмо, а Христу во обоих оставлено. Но Симеон Фессалоницкии, во главе 62, явственно повелевает творити диавола отрицание и Христу обещатися явственно ж. Новотворимое ж отрицание диявола, и Христу обещание, зрится быти не явственно, но лукавым обычаем бывает творимое, и есть лукавое. И о сем святии богоноснии отцы во святем евангелии, от поучения евангелиста Матфея, еже на Богоявление Владыки Христа Бога, растолкующе слово [глаголют]: Яко да не бывает крещение лукавым обычаем, но многим тщанием и вниманием. еже крещением начертавшиися образ всыновления нескверно соблюдати должни есмы. Потребник лист 577. И в молитве запрещателной, яже от священника к лицу самого диявола глаголанной сице: Запрещает ти диаволе Господь наш Исус Христос пришедыи в мир, и вселивыися в человецех, яко да твое мучительство упразднит и человеки измет. И прочая. Ныне же тая молитва запрещалная от священника к лицу самого Христа глаголется сице: Запрещает ти Господь, диаволе пришедыи в мир, и вселивыися в человецех, яко да твое мучительство упразднит. И в молитве глаголемей тайно в древних: И во образи Христа твоего в хотящем породитися святым крещением, от моего недостоинства. В новых: В хотящем паки родитися моим окаянством. А святым крещением отставлено. И в молитве, велии еси Господи, вместо: Тебе молятся звезды, в новых: Тебе собеседуют звезды. И от сих новых молитвословии коликое зрится богопротивное заключение: Еже запрещение глаголати не к диаволу, но к лицу Христову; еже не святым крещением порождати крещаяи глаголет, но своим окаянством родити; еже звезд немолящихся Богу метафорически рабское покорение являти, но собеседников господственне Богу быти крещаяи глаголет. И прочая безчисленная в молитвах, в запрещениих, во отрицаниих, и иных крещения новодействуемаго последованиих богопротивная совершения за множество оставляем. А еже в символе веры, иже при крещении глаголемом, многая обретается несогласия пред старопечатными. Сиречь: вместо и во единаго Господа Исуса Христа, вместо рожденна а не сотворена, рождена, несотворена; вместо Его же царствию несть конца, Его же царствию не будет конца; вместо и в Духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго, в Духа Святаго Господа животворящаго. И прочая, о чем вселенскаго 3 собора правило 7 запрещает: аще и мало что сложение зловерно приложит кто [православней вере] на развращение и погибель. И преподобныи Максим Грек глаголет: аще иоту, или едину черту прилагаия или отлагаяи, да будет проклят. и чужь благословения, и сообщения христианскаго. И аще сицевыи символ, сиречь образ веры развращенныи, при крещении глаголется, убо и вера она развращенна быти является. И аще развращенна суща вера, убо последует быти и крещения развращение, равное убо и неразделное. Яко же и самеми вещьми показуются многая богопротивства яко в символе, тако и в протчих материалах при крещении употребляемых.

20: А еже самая сущая материальная вина, сиречь вода естественная, ейже по достоянию быти чистой и со иной влагой несмешенной заповедуется, сия убо аще и подобна, к таяже в купели влагается. Обаче над оной крещаяи священник в молитвословии своем сице глаголет: молимся тебе, дух лукавыи, помрачение помыслом, и мятежь мысли наводяи, но ты Владыко всех, покажи воду сию, воду благословения, воду освящения. И прочая. И сицевое молитвословие, как не есть богоотступно, понеже не истинному Господу Богу нашему, но духу лукавому от уст крестителя приносится. Иже самыи той в злобе силныи, и отец лжи и лукавству, иже всем клятвам подлежащии, и мерзость запустения. От него же, аки от Господа, просится крестителной воде благословения и освящения. И аще сицевая мерзость запустения [по молителному прошению крестителя] крестителныя воды, присещением своим устрояет, убо тамо кое скверно, и кую мерзость содеяти не имать. Таковым прошением крещаяи вправду не Духа Святаго, но духа лукаваго крещающемуся подавает, иже и входит в купель с ним и возгнездившиися паче в сердце крещаемаго сокрывается. О чем древнии священницы Господу Богу молящуся, и крещаемаго благословяще, сице глаголаше: изжени из него всякаго нечистаго и лукаваго сокрытаго духа, гнездящагося в сердцы его. Такоже и над водой крестителной глаголаше: да отступят от нас вся воздушная и невидимая приведения, и да не утаится в воде сей бес темен. ниже снидет со крещающимся дух лукав, помрачение помыслом и мятежь мыслей наводяи. но молимтися Владыко, Ты Господи всех покажи воду сию, воду благословения, воду освящения. и прочая. И от сего зрится, яко его же, духа лукаваго, древния священницы вогнездившагося в сердцы крещаемаго изгоняху, також и над водой крестителной молящеся, еже не утаитися ему в ней, ниже снити со крещающимся. Того лукаваго духа нынешния священницы господем и владыкою нарицают, емуже молящеся просят крестителной воде благословения и освящения, тако и погружают в сию крещающагося. А еже окрест купели надесно кругообратное хождение оставльше, на шуее ж обращяющеся окрест купели хождение творяще. Сим являют от пути деснаго отступление и на шуии, сиречь, развращенныи уклонение, и ко антихристу присвоение. Яко же пишет святыи Кирил патриарх Иеросалимскии, во главе 6 [Кирил Иеросал. лист 60], сице глаголя: Но Христов противник, яко во всем так и в том противится Христу, и востающе с шуия против десныя, сиречь дающе силу свою на десную, то же Христово, а шуее бо антихристово. обраився против по своему на десную знамение свое, или на челе дает, яко же о нем пишет. глаголя: даст знамение свое им на правую руку их, и на челе их, то есть иже на своих, от них же изыдоша и от них веру прияша, братися будут. Дозде святыи Кирил. И от сего свидетельства показуется, яко на шуее кругообратное окрест купели хождение Христу Богу нашему сопротивно есть, свойственно ж быти может антихристу. Понеже востающе с шуия против десныя, сиречь, дающе силу свою на десную, то ж Христово, а шуее бо антихристово, яко же Кирил святыи сказует. И сицевое крещение не точию нашему христианскому крещению не точно, не точию веры нашея преступно, но и богоотступно, и дияволу есть примирительно.

Яко от еретик действуемое крещение аще и в три погружения обаче еретическим нарицается. И яко единопогружателное, и поливателное тако и трипогружателное купно еретическим крещением нарицается. и не крещение, но паче осквернение быти вменяется. И крестившихся от еретик в три погружения мнози святии отцы паки крестити повелевают.

Раздел, 2.

Преподобныи Матфей Иеросалимскии, в составе а, о арианех и македонианех, наватианех же и саватианех, о четыренадесятниках же и средниках, и аполинарианех объявляет, яко точно нам правоверным крещают. Обаче Афанасии архиепископ Александрийскии в слове 3-м, на арианы, пиша, и крещение их весма уничижает, и не точию арианское, но и прочих неправославномудрствующих еретик крещение похуляет, и не крещение, но паче осквернение быти вменяет. О чем самая словеса сего богоноснаго отца на среду зде представляем.

В книзе Григория Назианзина, на листу 40, страница 1: Афанасия архиепископа Александрийскаго, на арианы слово 3:

Сии же бедствуют прочее, и о самой полности тайны, глаголю же крещении. аще бо во имя Отца и Сына дается совершение, не глаголют же Отца истиннаго, за еже отметатися из Него подобнаго существа, отметаютжеся и истиннаго Сына. и иного себе от несущих зданнаго возтворяюще именуют. како не всеконечно тщее и неполезное от них даемое есть; притворение бо имущее. истинну же ни едину имущее к благочестию помощь. не бо во Отца и Сына дают ариане, но в Зиждителя и здание, в тварь и Творца. яко же ино есть здание кроме Сына: тако ино будет от истинны, мнимое ими даятися, аще имя Отца и Сына, за написанное, именовати притворяются. не бо глаголя просто Господи, сей дает, но со именем и веру имея праву. сего убо ради и Спас, не просто заповеда крещати, но первее рече: научите. таже сице крестите во имя Отца и Сына и Святаго Духа. да от учения вера правая будет, и с верою крещения совершение приложится. многия убо и иныя ереси глаголющия точию имена, не мудрствующия же право, яко же речеся. ниже веру здравствующую имущыя неполезны имут и от них даемую воду, скудствующую благочестием. яко же и кропящемуся от них паче сквернитися в нечестии, неже избавлятися. Тако еллини, убо Бога устнами глаголюще, безбожия же имут порок. яко сущно сущаго и истиннаго Бога не знают Отца Господа нашего Исуса Христа. Тако манихеи и фруги и самосатовы ученицы имена глаголюще, ничтоже мнее суть еретицы. Тако поряду прочее, и ариева мудрствующе. аще и чтут написанная, и глаголют имена. тии ругаются приемлющим от них вящше иных еретик нечестивейшии суще. Дозде Афанасии.

Катихисис Болшеи, в нем же по вопросу отвещателно глаголет [глава 4]:

Поистинне ничтоже у них [еретик] несть истинно. но все убо еже еретицы творят, от смышления своего. како могут совершати действа Божия, на игралищах своих. аще и Христа проповедуют. и веру свою похваляют, но вся сия льстиво, и лживо творят, аще и церкви своя, и клирики церковныя, и писания божественная почитают. и мнятся, еже тем же крещением крещатися. тако же и тайны божественныя, еже есть пречистое тело, и честную кровь Христовы имети. но вся сия на тако имеют, но инако и нечестиво. о них же смею рещи: иже и маркионити глаголются, учаще три начала Божеству проповедати, и крещение дают, не едино, но и две, и три. и папежи опресноком причащаются, и начало Божеству второе вводят. еже и от Сына исходити Святому Духу. и македониане ветхии и новыи завет приемлют, обаче другия пророки вводят. таже и пепузини и варсунофиане и инии мнози еретицы. [ниже:] О них же святыи Иоанн Златоуст глаголет: праздники убо и святыя дни празднуют, и святых апостол и мученик. но вся во отвержении веры истинныя. от своего умышления творят. и лживыи пророки имеют, и вся сия творят, ко прельщению верным. яко же святыи евангелист Матфей глаголет: Востанут бо рече лжехристи, и лжепророцы и елико бо аще не трезвятся, и праведнии прельщатися будут. Сего ради разумети имамы, яко еретическая писания, и празднества, и службы, и тайны, и проповеди не суть правы. Дозде Катихисис.

И от сих свидетельств показуется, яко ариане, и македониане, аще по Матфею Иеросалимскому и точно нам крещают, обаче Афанасии Великии крещение их равно монтанианскому, и павликианскому крещению быти вменяет, и не крещение, но паче осквернение нарицает. И не точию же сих единех, но и прочих не право мудрствующих, и веру нездравствующих имущих, крещение не полезно, но скверно быти вменяет. Такоже и македониане, аще и точно нам крещаются, обаче в Катихисисе македонианское, или яко папежское, и прочих еретик крещения, за едино полагается, и нечестиво быти глаголется. Не точию же се едино, но и о всем действе их купно глаголется: яко поистинне ничтоже у них есть истинно, но вся рече льстиво, и лживо творят, ко прельщению верным. И еже разумути нам от сего повелевается яко еретическая писания, и празднества, и службы, и тайны, и проповеди не суть правы.

Речем же ныне о Павле Самосатском. Первыи убо вселенскии собор правилом 19 павликиан повеле второе крестити глаголя: Павликиане покрещеваются, и прочая. Толкование. От павликианьския ереси приходящии к соборней и апостольстей церкви, да покрещеваются второе: первое крещение, не крещение понеже еретическо бе. Дозде правил.

Речет ли кто яко ереси сей началник Павел не в три погружения крести, и сие доводствуем отсюду. Пишет великии летописец Баронии, в лете Господнем, 266-м: яко сей Павел ересиарх бяше града Антиохии епископ в правоверных. Слух же дойде отцем о нем яко сопротивно о Христе умствует: собравшеся во Антихию епископи, вопросиша его о богохулном учении: он же исповеда себе точна с ними мудрствующа, и того ради оставиша его на епископстве. Но по десяти летех известно отцем сотворися о Павлове учении.  И в лето Господне 277-м паки собравшеся на Павла от святых отец: и вопрошением познавше его, яко зле о Христе учит, извергоша. Дозде Барония.

Отсюду мощно есть познати, яко Павел в три погружения крещаше, того ради и в толикия лета не возмогоша познати его ереси. Аще бы иначе крестил Павел, вскоре бы явился.

Монтана еретика от многих познати мощно, яко в три погружения крести, во Отца и Сына и Святаго Духа [Нил Селунскии, глава 32], но параклита себя мняще сей. Святыи священномученик Дионисии не вняв себе  в сем его словеси, прия крещение его за крещение: О чем зазрен бысть святым Василием яко не разсмотренно о вещи тако содея. Подтверждается же трикратно быти его погружение и от Тертулианова к нему пристатия [Баронии, лето Господне 201]. Како бо хотяще сей Тертулиан согласитися с ним, аще бы иначе Мантан крестил. Ибо Тертулиан о вере ничто зле имяше. Свидетельствуется и от Афанасия Великаго о фругах или монтановых учениках такожде и павликианех, яко они триипостасное Троицы при крещении своем приглашали. О чем тако глаголет [в слове 3 на арианы]: Многия убо и иныя ереси, глаголющия точию имена, не мудрствующия право, яко же речеся. ниже веру здравствующую имущыя, не полезну имут и от них даемую воду, скудствующую благочестием. яко же и кропящемуся от них паче сквернитися в нечестии, неже избавлятися; тако манихеи, и фруги, и самосатовы ученицы имена глаголюще, ничтоже мнее суть еретицы. Дозде Афанасия.

Подобает же рещи и о Фотине, епископе Сирмийском, яко таково же крещение имяше, как и соборная церковь. Показуется сие от собора Лаодикийскаго, яко же услышим.

Поместнаго собора иже в Лаодикии правило 7: Еретики наватианы, фотианы, и четыренадесятники, аще прокленут ереси, по помазании мvром, да приобщаются. Дозде правило.

От него же яве есть фотинианово крещение трикратнаго погружения бывшо. Како бо хотяше собор под миро сего прияти, обаче толкователь сего правила фотиниан в крещаемыи чин положи глаголя: Яко началник их Фотин многи ереси обнови и Павла Самосатскаго, и Савелия, и Монтана ереси.

Зрите убо зде вину сведение в крещаемыи чин фотиниан: не качество крещения, но качество крестителя, сиречь, каковы крещаяи ереси имать, а не то како крещает.

Втораго вселенскаго собора правило 7: Четыренадесятники, арианы, наватианы, македонианы, и аполинаристы, писание вдавше, приятни, помазующе токмо вся чювства. Дозде правило.

Но прежде сего собора дванадесяти лет сущии христиане с Павлином епископом во Антиохии не приимаху крещенныя от ариан. Такожде и после сего втораго собора, спустя 37 лет, божественным откровением Порфирии епископ Газскии крестил некоего Навклира арианина в корабли пловя. Чти о сем Баронии, лета 360; Минеи житие Мелетия, февраля 12; Феодорита, Барония лета 401; в минеи житие Порфирия Газскаго.

О сем же арианском и аполлинарианском крещении Григории Богослов в толковании на символ веры, сице пишет [По конце толк. псалтыри. Афанас. толк.]. Сущее: Исповедую едино крещение [зовется] во оставление грехов. Толкование: Едино убо крещение зовется, еже веровати несовратне в Троицу единосущну, яже дастся нам от юности нашея. ина суть крещения и различна, яже суть нам на вред души. тех же нам, яко нечто нечисто гнушатися, яже суть арианския, и аполлинарская, и та нам отметна имети. Дозде Григории Богослов.

Шестыи вселенскии собора, правилом 95-м, повелевает: арианы, македонианы, наватианы, несторианы, четыренадесятники, аполлинарианы, евтихианы, северианы, и подобная по проклятии ересей мvром помазывати.

По многих же временах сего собора Алексии архидиакон, правил толкователь, на сие глаголет: Несторианы, евтихианы, и северианы, чрез едино проклятие ересей приимати.

А Тимофей презвитер Великия церкве во своем послании ко Иоанну [Кормчая, лист 634], о приятии еретиков сице пишет: Прилагающихся [рече] к православию, и к части спасаемых еретиков, приемлемых по учиненному последованию и обычаю: арианы убо и македонианы, и наватианы, и аполлинарианы, и левыя, и четыренадесятники, по проклятии ересей. мvром вся чювства помазуем их, глаголюще, знамение дара Святаго Духа. Таже на и большия еретики сходя, глаголет: павликианы, евномианы, мантанианисты, и савелианы, аки еллины приемлем. И потом глаголет: несторианы же и евтихианы, и северианы, и иже от подобных ересей [приходящих] подобает им творити записания и проклинати своя ереси, и Несториа, и Евтиха, и Диоскора, и Севира. и прочая: и тако восприимати им святое крещение. Зрим же [глаголет] ныне в великих и соборных церквах. [рекше патриархиах и митрополиах и прочих. яко] армены. и яковитяны, и несторианы, и прочия безглавныя, и подобная им обращающыяся в православную веру, божественным мvром помазуют а не крещают. Нецыи же совершенно крещают армены. Дозде Тимофей.

От сих убо предложенных познаваем. яко святая церковь повсемественно не взираше на качество крещения еретическа [аще чрез трикратное погружение их и миропомазанием некиих приимаше], но и больше качество ересей их смотряше. Темже и разнообразное единым и тем же еретикам приятие творяше. Ныне убо сих еретиков проклинанием точию ересей приимаше, и паки тех же еретиков, по проклятии ересей, помазующе миром приимаше, а иногда тех же, коих проклятием, или мvропомазанием приемля, второкрещением приятие творяше. И сице приятие еретиков творяше в единых и тех же разньственное не иныя коея вины ради, точию сея ради,  яко крещение еретиков бездуховно, яко порождения духовнаго не подающо. О чем мнози учители церковнии засвидетельствуют [Никон Черногорец, слово 63; Мелетии папа Александрийскии, в 10 послании; Филарет патриарх, Потребник лист 561].

Яко не точию еретицы, но и прочии под именем расколников во Святую Троицу правомудрствущия, и о крещении не погрешающия, от многих убо святых отец [за лишение Святаго Духа в их тайнодействиях] без крещения в церковь не приемлются; и окрещенных, аще и от православных, но по залогу развращенному, яко и тии от благочестивых архипастырей еже без повторнаго крещения не прияшася и окрещенных от ложных священников.

Раздел, 3.

Преподобныи Иосиф Волоколамскии, в слове 15, сказует: Суть же и друзии еретицы, аще и зле мудрствуют, но не тако. яко же первии: суть наватиане, и донатиане, и четыренадесятницы, и средницы, и воздержницы, и инии таковии. Сии убо исповедуют Святую Троицу и Господа нашего Исуса Христа истинным Богом нарицают, и плотскому смотрению веруют.

И преподобныи во священноиноцех Матфей, во главе 2, о наватианех сице пишет [состав а]: Нават презвитер сыи стараго Рима, глаголемых чистых ересь начат, расколник сыи истее, а не еретик, не бо в чесом от правил предании с верными разньстоваше, но иже в гонении подклонившимся, и пожершим, отрицаше покаяние, двоеженцем же не приобщашеся. их же ради, аще и не о вере погрешаше, но за немилосердие его и братоненавидение. собору бывшу в Риме при Корнилии папе, Декию царствующу, извержен бысть и проклят, яко же Памфилийскии Евсевии исповедует.

И преподобныи Максим Грек, в книзе своей, во главе 38, о наватианех явственно сказует, сице глаголя: Слыши внятно, и разумей прямо. еретики иже от Навата презвитера бывша Римскаго, наватиане нарицаемии. ниже о крещении, ниже о таинстве православныя веры. ниже о ином коем законе церковном беззаконноваху. но зане точию дарованное от человеколюбца Спаса Христа грешником покаяние обращающихся иже в гонении Христа отвергошася. за то едино отриновени быша от всякаго собора православных, и прокляти быша.

Обаче и сих крещение не за истинное быти веруется, якоже Алексии архидиакон в толковании 1-го правила Василиа Великаго сице глаголет: нават же рекше чистых, и воде предстоящих, и воздержащихся, крещение аще и неприятно есть, понеже оставляет их Дух Святыи. но смотрения ради да будет приятно.

О чем и Матфей Иеросалимскии глаголет [состав а]: яко не достояше онех приимати крещение. И прирек: но да не опасения держащеся, ленивейших сотворим их ко еже соборней церкви приступити. да приимемся рече обычая, и устроившим о нас отцем последуем. якоже онем мнитися быти, сице священи да причащаются.

Книга Никона Черногорскаго, слово 63. на правило 1 Василиа Великаго.

Преподобныи же Никон Черногорскии глаголет: чистии убо и тии от раздорных суть. обаче изволися древним иже о Киприяне, и Фирмилиане нашем, единем судом облагати чистыя, и воздержники, и водныя предстатели. занеже убо начало раздором от них бысть. а иже от церкве отступльшеи, не ктому имут в себе благодать Святаго Духа. оскуде бо подаяние, внегда пресещися последованию. первии убо не отступльшеи от отец, имеша рукоположение, и возложением рук их имяху дарование духовное. отделившежеся простии людии быша. ниже крещати; ниже рукополагати имеша область к тому не могуще благодать Святаго Духа инем подати, от нея же тии падоша. тем яко от простых людей иже от них крещаемых повелеша приходящих к церкви истинным крещением церковным очищатися.

Вышеименованныи же преподобныи Матфей Иеросалимскии глаголет [глава 2, состав а]: Чистым же убо от раскольник, и всем сущим, и воздержником, и водным предстателем, годе бысть сущим о Киприане, и Фирмилиане нашем, воляся покрещеватися. в Халкидоне [Кархидоне?] бо ему же епископ бе великии Киприан. собор отец древнейшии всех собрася. им же угодно бысть общим судом всем еретиком и раскольником покрещеватися. сматряху бо сице, рекше слагаху, аще и не о вере погрешают, но понеже убо глава телеси церковнаго Христос, по божественному апостолу, от Него же уди вси живятся. сии же от состав удов телесных отторгошася, не ктому пребывающую в них имут благодать Святаго Духа. еже убо не имут сами, како инем преподадут; но обаче рече великии сей отец. понеже неким сущим во Асии годе бысть строя ради чистых, крещение приимати да будет приятно. Дозде Матфей.

Сему согласно и кроникарь Баронии, в лете Господнем 258-м объявляет: яко сотвори собор Киприан, собрав из Африкии и Нумидии епископов 71: на котором вси установиша, яко еретическое крещение, не есть истинное крещение. и не может в крещение вменитися. Дозде Баронии.

И по всем сим вышепредложенным свидетельством показуется, яко воздержницы, и чистии наватиане, аще и исповедуют Святую Троицу, и Господа нашего Исуса Христа истинным Богом нарицают, и плотскому смотрению веруют, якоже Иосиф Волоколамскии глаголет. Аще же и точно нам крещают, якоже Матфей Иеросалимскии глаголет. Аще ли же и во имя Отца и Сына, и Святаго Духа крещают, якоже Василии Великии глаголет. Аще же убо и раскольницы, якоже Алексей архидиакон толкует. Но Дух Святыи оставляет их, и крещение их не приятно есть, и еретическим нарицается, и крестити их долженствует по свидетельством вышеуказанных святых отец. Аще ли Никон Черногорец о них сказует, яко повелеша святии отцы от них крещенным, истинным крещением церковным очищатися, убо явствует, яко у них несть истинное крещение, но еретическое, и не крещение, но паче осквернение, якоже Катихисис о том явственно подтверждает: еже поистинне ничто же у них несть истинно, но инако и нечестиво, льстиво же и лживо, и вся сия ко прельщению верным.

Достовернаго ради еще свидетельства подтверждаем священными правилы богоносных отец:

Правило Василия Великаго 47: воздержники, и вретищники, и апотактиты да крестиши, аще и глаголют яко во имя Отца и Сына и Святаго Духа крестихомся: но зане злу Творца Бога нарицающе, хулят по маркионову учению, некрещени же не приятни. Толкование: В первом убо правиле своем, по смотрению словесе, воздержник, и прочих наватиан, великии сей светилник церковныи, прият крещение, и повеле токмо миром помазовати их, егда приходят к соборней церкви, и ереси своя прокленут, зде же исправляя еже по смотрению, онамо прият, повелевает воздержники, и прочия крестити. понеже ересь их отрасль есть маркиониския ереси, ненавидят бо сии якоже и они брака, и отвращаются вина и тварь Божию скверну быти глаголют. Дозде от толкования.

Преподобныи Никон Черныя горы, на оное правило, 47-е, тако глаголет [слово 63]: Воздержницы и вретищницы, и апатактите. томуже слову подлежат емуже и наватиане. яко от оных убо правило изложено бысть. аще и различне, а яже о сих умолчана быша. мы же единем словом покрещаем таковыя. аще ли от вас отречено бысть покрещати, якоже от римлян смотрения ради некоего отметается крещение их. но наше слово крепость да имать. яко понеже маркионитская отрасль тех есть. гнушающимися брака, и отвращающихся вина, и создание Божие осквернено быти глаголющих не приемлем их в церковь, аще не крестятся в наше крещение. да не глаголют убо яко во имя Отца и Сына и Святаго Духа крестихомся зане злу Творца творят Бога, подобне маркионову и прочим ересем. Дозде Никон.

Севаст же Арменополь глаголет [книга 1, толк. на прв. Вас. Вел.]: аще изволися множайшему суду епископ, и наватиане да воскрещеваются.

На оное же, 47-е правило Василия Великаго, в Кормчей старописменной сице толкует: Воздержники и вретищницы томуже подлягут слову, емуже и наватиане, яко о тех убо аще возглашено бысть различно. у Василия же умолчано бысть. мы же убо единем словом второе крещаем таковыя. Дозде от толкования.

О четыренадесятницех же и о средницех Алексей архидиакон, в толковании на 95 правило, 6-го вселенскаго собора, объявляет, яко того ради и четыренадесятницы нарекошася яко в 14 день луны празднуют Пасху, средницы же, яко в среду ядят мясо, а суботу постятся, и сих крещение приято быти сказуется. Обаче Филарет патриарх Московскии, во изложении соборном, сея ради вины всех еретик крестити повелевает. Якоже зде свидетельство его являем [Соборное изложение: о латынских ересех, глава 1]:

Римская [рече] ересь иже прияша от мелхиседекиан, и жидов и армен. мелхиседекиане убо и жиды, и армены равну ересь в себе содержат, еже в суботу постятся. и сея ради вины, подобает убо и от римлян, и от всех различных еретических вер совершенно крестити. Понеже еретическое крещение, несть крещение но паче осквернение.

И по сему свидетельству является, яко четыренадесятницы, и средницы, аще и исповедуют Святую Троицу и Господа нашего Исуса Христа истинным Богом нарицают, и плотскому смотрению Его веруют, якоже Иосиф Волоколамскии глаголет. Ащели и точно нам крещают, якоже Матфей Иеросалимскии глаголает, обаче сея ради вины, еже в суботу постятся, подобает их крестити святым крещением. Якоже Филарет патриарх Московский во изложении соборном явствует. И не сих единех, или некиих многих, но всех купно еретик сея ради вины повеле крестити святым крещением. И не сея ради единыя вины, но и многих ради вин. О них же зде вкратце предлагаем:

1: Аще в суботу постятся, и сея ради вины всех еретик повелевает крестить.

2: Аще не в три погружения крещают, и сея ради вины всех еретик повелевает крестить.

3: Аще Пасху превращают, и сея ради вины всех еретик повелевает крестить. [Пасху же неравно с христианы четыренадесятницы празднуют, но в четыренадесятыи день согласно со июдеи, якоже в толковании у Алексея архидиакона явствует убо зде, и положишася, от Филарета таковии в чину крещения].

4: Аще грехи прощают без епитемей, и сея ради вины всех еретик повелевает крестить.

5: Аще Духа Святаго на два начала разделяют, и сея ради вины всех еретик повелевает крестить.

Таже и сице прирек: Да и многих ради вин довлеет от латыньских, и от иных различных еретических вер крестити совершенно. Понеже прияша в закон свой многочастных ересей предания. И прочая.

И от сего явствуется, яко не единыя ради вины оныя, еже не в три погружения крестятся, но и многих ради вин, сиречь многоразличных ради ересей предании, их же в закон свой прияша. Якоже изъявися, подобает всех различных еретических вер, обращающихся в христианскую веру, совершенно крестити святым крещением.

Грядем же ныне ко второму изложению Филарета патриарха, разсматряти о белорусцех неких нарицаемых юнитах, идеже пишет тако: мнози в них [сиесть в белорусцех] и за папу изверженаго Бога молят, во святей литургии в приношении, и во ектениях и в литиях. а в которой у них церкве, аще она и христианская есть, а молят Бога за папу, и таковая церковь у них нарицается унея, и по их же разсуждению толкуется, яко таковыя церкви, еже нарицаемии от них унеи, сиречь соединение, еже мирующиися и соединяющиися с папежники, и в тех их церьквах, в нарицаемых в унеях, еже есть в соединяющихся с папежники, и под паствою папы римскаго пребывающии митрополиты, и архиепископы, и епископы, и архимариты и игумены, и протопопы и попы, и диаконы, и инии причетницы мнози суть. [Ниже:] А которой белорусец скажется, что был он выной вере и пришол из оной веры в совершеных летех, в христианскую и крестился веру в Литве от рускаго попа. а тот поп которой его крестил, молит Бога за папу, и таковаго совершенно крестити и латынское и еретическое отрицание ему говорити. и молитвы все говорити, и младенческое отрицание, такоже что и еретику, для того, что крещен от отступника, которой молит Бога за папежа. Дозде от изложения.

Сие убо чтущии мнози разглашаются: овии глаголют, яко сии белорусци самыя латынники, и папежане и не в три погружения крещают; овии же тому прекословят глаголюще: аще бы папежники сии белорусцы были и не в три погружения крещающыя, то бы не речено было, что они в христианскую веру крещают, да еще и миром и маслом помазуют и прочая яве глаголюще яко не папежники сии быша, но сущыя христиане, и в греческой вере пребывающыя. А крестити за то от них повелевается, что они за папежа римскаго Бога молят. Обаче мы самою истинною разсмотряюще достоверствуем: яко сии белорусцы быша ниже самыя папежники, ниже токмо единыя богомолцы, но ниже не трепогруженцы. О чем нижеследующими свидетельствы подтверждаем:

1: Яко сии белорусцы унияты быша, еже есть с костелом римским мирующиися, и соединяющиися, яко же выше о сем засвидетельствовахом.

2: А яко сии белорусцы не совершенныя папежники быша, понеже к восточней церкви приметахуся, тако же и к римскому костелу прикланяхуся. О чем и святейшии Филарет глаголет: яко в два пути ходят.

Кирил же епископ Любортовскии о сей унеи явственно сице пишет: Тая унея не может зватися ни латынская ни христианская вера: бо от церкви отступает, а до костела не прилучается во всем во единость. тая унея матку восточную лобжет, и мачеху западныи костел лижет. тая унея пред очима папежника хвалит его веру, а заочне ганит, удаючися всюду лицемерно, тая унея все то приимует, яже святии отцы отметают вредное, и от церкви изгоняют. Дозде Кирил Любортовскии.

От сего явно зрится, яко сии унеятове ко обоим странам прекланяющеся бяху. Того ради о них и глаголет Филарет, яко они в христианскую веру крещаху.

3: А еже в три погружения крещаху они белорусци показуется отсюду. Богомудрыи Захария Копестинскии, о сих белороссийских униатах, сице пишет: Иже нынешних часов отступницы до отступления удавшии, и случившийся с сопротивными: во всем веру костела противнаго приняли: толко себе поставу з верхнею и церемонии церкви нашея оставивши, дабы чрез то добре могли простых сыскивати прельщати и обманути. Дозде Захария.

Подтверждает сие и О вере списатель в книге своей, о сих униятах, глаголя тако: Подобныя (рече) имут церкви. такожде святаго писания, подобныя епископы, иныя в духовном чину клирики, подобное крещение, подобные святости, и ины вещи вси наипаче же самого Христа. Дозде О вере списатель.

От сих убо свидетельств ясно достоверствуется, яко сии белорусци униаты аще и к костелом римским соединилися, но оставлени быша от папы ради прелести простых во всех восточных церемониях, и подобное православным крещение имеяху. Но аще и подобное крещение бяше у белорусцев, но отступницы от восточныя церкве быша. Того ради суди блаженныи Филарет патриарх непременно их крестити вторично. Но не за богомолие за папежа токмо едино [по неких мнению], но самая причина Филарета патриарха еже крестити сих униатов за отступление, аще и подобное нам правоверным имеющих крещение, яко же в самом изложении от многих вин тако признавается быти.

Свидетельствуем же ныне о агарянских детех крещенных аще и от православных, но по залогу родителей развращену. Чего ради соборне таковии креститися повелешася. О чем Матфей канонист в составе в, во главе 3, пишет: Видети есть и во глубоцей тме агарянскаго злочестия, свет насилуем благодатныи и от тоя не объемлем или убежаем, понеже знамение ниже верным возбранено. бысть, возводяще сих к божественному помазанию. обычай бо есть от агарян многим не первее своя обрезовати младенцы, прежде даже убо под властию их христианстии священницы, и неволею понуждени будут сия крестити. взыскание убо бысть о сем на соборе в царствующем граде, Луце божественному патриаршескии правящу престол, аще подобает истинней христианстей вере приступающих покрещевати, или токмо помазати миром. и суждено бысть сих непрекословне паки крещати, имже бо измывшеся крещением, не мыслию благочестивою, но яко чарование или обавание. Дозде Матфей.

Тако же и севаст Арменополь о сих же агарянских детех свидетельствует сице: во дни святейшаго патриарха господина Луки, предсташа агаряне синодално испрошаеми креститися, и спросими како отвещаша, обычай есть всем младенцем агарянским крещатися от православных иерей. но не прияшася. услышаша бо яко от неверных искомое от христиан крещение, не залог благ и православное ищется. но лечьбу телесную, возмнится убо у агарян чада их бесноватися, и потом смердствовати аще не крещение получат христианское, и оттуду не яко чистителя всякие скверны душевныя, и света божественнаго и святьбы Подателя воспрошуют. но яко бальство, или напевание. нецыи иже из них; матери реша имети православныя. и от обещания сих креститися им от православных, но ниже сии услышашася, яко не предсташа свидетели сие самое свидетельствующии, паче убо и осудишася яко не благое предприятие дающе на себе. во еже приходити к вере правой. тем же и попустися сим крестится. Дозде севаст Арменополь.

О ложных священницех, Номоканон, правило 203-е: Второе крещаются, иже ложне творящеся. поистине же не суще священницы крестиша. по третией главе втораго стиха. еже в Матфеи. А сии нужды ради, обаче не второкрещаются. иже от причетник, или от простца инока, или диакона или от отца самого, или христианина некоего православнаго, и понужде не сущу священнику: то крещени суть, но точию аще не рука еретическая бяше первее. И паки, на листу 715, пишет о действе ложных священников сице: Ниже бо [рече] глас божественныи от них, ниже божественная дела понеже благодати рукоположения не имут, но и месть приимут иную. за прельстившихся от них или негде крещеных, или рукоположеных. сии бо не хиротонисани, ни крещени суть. Дозде от Номоканона.

Зрите убо вы приемлющии за истинно от рук еретических в три погружения действуемое крещение. Яко аще от белорусцев униатов и подобное правоверному бяше их крещение, но за согласие их к римскому костелу вторично креститися всероссийским собором повелено бысть. Аще ли же нецыи агарянския дети и от православных иерей крестишася, но по залогу своих родителей развращенну. Того ради паки от собора цареградскаго креститися повелени быша. Тако же и от ложных священников, аще и согласно правоверным крестишася, обаче второе креститися повелевают.

Тем же престаните (о любопрителие) от зде непщевати противная святей церкви, глаголюще, яко аще кто бы ни крестил толко в три погружения, то истинно и приятно будет крещение. Нецыи же (оле дерзости) возбесновавшижеся тако глаголют, аще и сам сатана в три погружения крестит, и то без всякия опасности крещение приятно есть. Живи убо безстрашнии под власть (тем) и сыновство сатане отдаются. О чем яве апостол их безумие обличая глаголет: Не восхотеша Бога в разуме имети, того ради и предаде их Бог в неискусен ум, еже творити неподобная.

Яко всех еретик крестити апостольская правила повелевают. Последующии же в первенствующей церкви (сим) апостольским правилом Агрипинов и Киприанов и прочии собори такожде подтверждают. Сице же и святейшаго Филарета патриарха всеросийский собор согласно оным заповедает.

Раздел, 4.

Правило 46-е святых апостол: Крещение и жертву еретическую прием святитель не освящен. Толкование: Епископ, или священник, или священник или диакон, аще не похуляет ни поругается еретическому крещению, но приемлет крещенаго от сих, или приносимая от них на жертву, сиречь на службу приимет, таковыи да извержется от сана. кое бо сочетание Христови к дияволу, или кая часть верному с неверными.

И паки, от толкования 47-го правила святых апостол: И иже не крестит совершенно второе, первое крещение приемшаго от еретик, но приемлет его яко верна, да извержется от сана. Дозде от толкования.

Сие убо апостольское заповедание, еже не приимати от еретик крещение, подтверждает и святейшии Филарет патриарх тако глаголя: Правило перваго вселенскаго собора, 19. и тако вси возгласиша купно еже еретическое крещение, несть крещение, но паче осквернение. и повелевают таковых крестити святым крещением паки совершено. Сия бо прияша святии отцы, от самех самовидцов Слову и премудрости божественных апостол, еже еретическое крещение не в крещение полагают: понеже божественнии апостоли в четыредесять шестом и седмом правиле своем тако утвердив. епископ, или поп или диакон, аще еретическо приимет крещение или жертву таковыи да извержется. И паки прирек сице: да и многих ради вин довлеет от латинских и инех различных еретических вер приходящих ко благоверию крестити совершенно. Дозде Филарет патриарх.

Речем же ныне о первенствующей церкви последственне святым апостолом своими соборы, како она с еретики в крещение поступаше. О чем кроникарь Баронии, в лете Господнем 217, о Агрипиновом соборе сице пишет: Агрипин епископ Карфагенскии ненавидя еретиков, видя же яко вся во гресех и проклятии моления своя и тайны совершают, возъмне яко крещение их несть крещение. и сих иже от них, к церкви прилагахуся. паки крестити подобает. [ниже]: На утвержение мнения своего созва епископы африканския и с ними устави, дабы от еретиков крещенни. паки восприимали в церькви истинное крещение. [Стих 2.] Признавается, яко того же мнения бе Тертулиан, быв еще православен. Понеже о крещении пишущь. тако глаголет: еретики не имут общения со учением нашим, само их проклятие о том свидетельствует, не должен есмь у них познати сие, еже мне повелено есть: ибо ни того бога имеют, его же мы ниже того христа, его же мы имамы.

Той же Баронии, в лете Господнем, 258: Мнози такожде православнии епископи еретическое крещение уничтожаху, и тех иже у них крестишася, новым крещением очищати начаша. Восточныя церкви о том, во Иконии, во Фригии, собор сотворше, уставиша ни едину тайну у еретиков, ниже крещение, в тайну вменяти.

И паки тойже: стих 4. Сотвори собор Киприан собрав из Африки и Нумидии. епископов 71: на котором вси уставиша, яко еретическое крещение, не есть истинное крещение и не может в крещение вменитися. Стих 6. Паки святыи Киприан во Африце собор сотвори, собрав нань 87 епископов: и на оном соборе тоже узакониша еже и прежде.

О том же Киприановом соборе Матфей канонист, во объятии всех вин, свидетельствует тако: Всех убо вселенских и поместных соборов, первейшии написуется, иже в Кархидоне собор, началника убо имуще великаго Киприана, в епископех же множашеся к четырем осмь десять. иже убо едино токмо изнесоша. яко во образ правила отречение. иже весма от всякаго еретика и раскольника крестившихся, и к соборней приходящих церкви, и паки крещати. Дозде Матфей.

Тако же Тимофей презвитер, о оном же соборе Киприанове глаголет: А иже (рече) с Киприаном собор, повелевает всякаго еретика крестити. и хотящим от ереси обратитися десять дней, или пять надесять, поститися и упражнятися на молитву, вечер и утро, и учити псалмы повелевает. Дозде Тимофей.

Глаголет ли Баронии о Агрипинове и Киприанове и прочих соборах, аки бы церковь сие их уставление о приятии еретик в заблуждение и ересь постави: обаче истиною доказати сего не может.

Известно убо есть, яко церкве суды оны на архиерействе положены, от них быша онии Агрипин и Киприан, после же сих Василии Великии архиепископ бысть (ему же наипаче верити подобает). Но сей оных повторение не токмо не похули, но паче в похваление положи. аще строения некоего по оному и упраздни.

О сих же повторении и шестыи вселенскии собор воспомяне (яко же Матфей правильник пишет) однако же ересию дело их не назва, только о том глаголаху святии отцы, яко тогдашнему поспеваше времени и вещем таковым, аки бы рек: яко тогдашнее время способно им на покрещевание бысть.

И по сим всем Барониево напрасно на церковь оболгание, аки бы она Агрипиново и Киприаново действо в заблуждение и ересь постави. Виновное бо сему оболгание его, видится гнев его на греческую церковь бывшии сей. Понеже греческая церковь западную и папежа римскаго с действы его ни во что поставляше, тем же и крещенныя ими паки покрещеваше, о чем той же Баронии в лете Господнем 1054-м пишет. Но Баронии великии защитник римския церкве и ревнитель бысть. Темже нужно бысть ему оных дело Агрипиново и Киприаново о крещении повторном похулити и тако обесчестити, коим гаждением тех поносну творит восточную церковь, яко в том же деле повторнаго крещения явися, а западный костел непорочен выставляет.

Но сие доводствуют нецыи спорники, яко у того ж Барония, в лете Господнем 314, обретается писано, яко в Галлии во Ареляте граде на епископском соборе уставлено бысть противу донатистов, иже паки крещаху, дабы от еретиков крещеннии во имя Святыя Троицы, со исповеданеим Отца и Сына и Святаго Духа, не были быти крещаеми, но токмо рукополагаеми, ради приятия Святаго Духа: не ведущии же исповедания Святыя Троицы дабы крестилися. Дозде Баронии.

Но мы видим восточныя церкве святых архиереов каноны своими противно сему [по сем Арелятинском соборе] повелевающих.

Святыи Великии Василии от еретиков крещеных во имя Отца и Сына и Святаго Духа, в первом правиле, прият крещение, и единым токмо мvром помазати их повеле, обаче сих же еретиков, в 47-м правиле, повеле крестити. Еда сей Василии Великии не ведяше во Ареляте граде собор, иначе о таковых еретиков повеле. Не точию се, но и соборнейше в 1-м: правиле сице: наватиан и воздержник крещение неприятно. А вину неприятности изрече сицеву: яко оставляет их Дух Святыи. И посему святая церковь на еретическом крещении не утвержашеся. Отнюду же и севаст Арменополь на правило Василия Великаго 47 и глаголет: Наватиане, аще и многих епископ изволится суду, да воскрещеваются. То севаст.

Понеже сам Василии Великии в 47-м правиле токмо воздержных еретиков повеле покрещевать, а о наватианех умолча, а севаст и наватиан к тем же припряже воздержным: аще изволятся епископом. Но воздержницы и наватианы точно во Святую Троицу и в Христа веруют, подобне православным крестят, о чем в 3-м разделе явихом.

Тимофей же презвитер пиша во изъявлении своем, о приобщении еретик к соборней церкви, повелевает последовати обычаю держащемуся в митрополиях и патриархиях и прочих якоже сице рече [Кормчая, лист 636]: Мы же вся сия разсмотивше, должни есмы последовати и прилагатися обычаю держащемуся ныне в митрополиях и патриархиах и прочих.

Темже убо и мы должни есмы последовати обычаю держащемуся в патриархии и митрополиях и прочих нашей древлероссийской церкви. Которой обычай святейшии патриарх Филарет Московскии, во изложении соборнем [кии собор последователныи апостолским правилом бяше, о чем на листу 565, на обороте показует] ко Ионе митрополиту глаголя засвидетельствовал сице [Потребник, лист 564]: И от лет убо приснопамятнаго и святаго великаго князя Владимира, иже просвети всю Великую Россию святым крещением от грек прием: и даже до днесь по лете 7128: никтоже в нас не дерзнул творити таков соблазн еретичества, кроме Игнатия изверженнаго патриарха и тебя. И паки [лист 565]: Как и Московское государство учинилося, и от того времени, и по се время того не бывало в Московском государстве чтобы еретиков латынь, и иных вер различных вер еретиков не крестили, кроме изверженаго из святителства Игнатия патриарха. И паки той же святейшии патриарх Филарет, о себе самом глаголет [выше лист 561]: Аз же по малей силе моей, елико благодать Святаго Духа настави мя, вседушно попекохся о сем. и правила святых апостол, и святых отец прилежно смотрях со вниманием: того ради, да уведят вси людие, всея Росийския земли, яко вси еретики, различных еретических вер, не имут праваго святаго крещения, еже водою и Духом Святым. того ради от всех еретических вер различных приходящих к православию християнскаго закона, подобает совершено крестити святым крещением. Дозде Филарет.

Зрите убо соперницы, яко ни един Киприанов собор определи всех еретик крестити, но и всероссийский архипастырь святейшии Филарет патриарх во всем последуя апостольским правилом согласно заповеда от всех еретик крещения не приимати: и того не бывало в Российском государстве чтоб всех еретик не крестити. А вину наводит також тую, что вси еретики праваго святаго крещения, еже водою и Духом Святым, не имут. Якоже и Алексей архидиакон о наватиенех и прочих глаголет: яко неприятно их крещение, понеже оставляет их Дух святыи. Толкование на правило 1-е Василия Великаго.

Яко от еретик действуемое крещение по священным правилом не вменяется быти во истинное крещение, но паче во осквернение полагается. И приемлющии есть за истинное, и за христианское быти верующыя, не именуются истиннии христиане, а лживии правовернии. О чем нижеследующая свидетелства показуют.

Раздел, 5.

Первое: Яко святая древлеправославная церковь, молящихся купно с еретики, аще епископ, аще презвитер, аще диакон, отлучает. Приемлющих же еретиков за причетники, и повелевающих им служити в церкви яко священником или ино что от священных содевати, таковых от сана извергает. О чем и правилное свидетелство зде представляем.

Правило святых апостол 45: Моляйся с еретики, да отлучится. аще же яко причетники приимет я да извержется. Толкование: Епископ или презвитер или диакон, аще помолится токмо с еретики, да отлучится. аще ли же и повелит им служити в церкви яко презвитером, или ино что от священных содевати, таковыи да извержется.

И по сему правилу показуется, яко зло еже с еретики вкупе молитися, и отлучению повинно; злейши же того еже приимати еретиков за причетники, и позволяти им служити в церкви яко презвитером, или что от священных содевати. За сие убо и от сана извергати долженствует.

Тем же убо елицы ныне приемлют еретиков за причетники, и повелевают им по старопечатным книгам церковная тайнодейства строити, или прочая от священных содевати яко иереом, за что наполняюще им мздою десницы их. [и мняще от них некую благодать прияти мздовоздаянием]. И сицевии горши молящихся с еретики по правилу сему осуждаются. А за еже яко непщующе чрез мзду от еретик некую благодать прияти, за сие презелных еретик пагубнаго мудрования причастников себе сотворяют. Сие бо непщевание их горши Македония духоборца ереси, равно же Июде предателю, свойственно же симонианскому нечестию, яко непродаемую благодать Божию пенязями притяжати усилуются.

Второе: Понеже от еретик действуемое крещение еретическим именуется, и не крещением, но паче осквернением вменяется, которое священными правилы яко не истинно сущо отметается. О чем свидетелства предлагаем.

Правило святых апостол 47: Второе крещаяй крещеннаго истинным крещением, и не покрещевая оскверненаго от зловерных, таковыи святитель не священ. Толкование: Несть достойно дващи крестити человека: аще которыи епископ или презвитер, крестит кого второе, совершенным крещением, да извержется от сана. Суть же нецыи иже по прилучаю благоверно крещени бывше, миром токмо помазуеми освящаются, и иже не крестит совершенно второе, первое крещение приемшаго от еретик, но приемлет его яко верна, да извержется от сана.

В Завещании святых апостол [книга 6, глава 15]: Якоже ниже прекрещати подобает, ниже паки приимати еже от нечестивых крещение данно, еже несть крещение, но осквернение: такожде и крещением единым довлевайтеся, самим иже в Господню смерть даемым. не оное еже от злоименитых еретик даемое, но еже от непорочных священник даваемое, во имя Отца и Сына и Святаго Духа. ниже оное еже от нечестивых приято буди вам, ниже от преподобных сущее укоризненно за второе.

Тако и в 68-м правиле апостольском толкуется: Ибо от тех крещени некрещени, и поставлени не причетницы.

Никон Черногорец в слове 63-м от таковех бо поставленом, или крещеном, ниже верном, ни причетником мощно есть быти.

Матфей Иеросалимскии, состав X, глава 14: Аще от еретик хиротонию приял бе, отметаем бо таковех яко крещение, сице и хиротонию, не бо освящение се но скверну веруем исходатайствовати.

Перваго собора вселенскаго, правило 19 [Потребник, соборное изложение патриарха Филарета]: И тако вси возгласиша купно, еже еретическое крещение, несть крещение, но паче осквернение. и подобает таковех крестити святым крещением паки совершенно.

Поместнаго собора в Карфагене, правило 73, от толкования: Аще будет от нечестивых еретик крещен, тех бо крещение сквернение есть паче, а не крещение.

Потребник Болшей, лист 649: А иже крестити второе кого крещеннаго прежде от правоверных, вся правила отрицают. разве аще кто от нечестивых еретик крещен бысть прежде, тех бо крещение сквернение есть паче, а не крещение.

В похваляемом слове святаго Иоанна Златоустаго, на день Иоанна Богослова: Как смеют крестити еретицы, кроме повеления Христова: повелел есть рек, шедше научите языки крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа. еда еретицы смеют крестити, во имя Отца и Сына неподобно да будет хромо их крещение.

В Псалтыри толковой, псалом 96, толкование Дидимово: Господь воцарися да радуется земля, да веселятся острова мнози. Толкование: Добре многим островом веселетися а не всем написа. показуя яко суть иныя островы [еретическия церквы] славящеся  и тии водою крещения: но не пристоит им веселитися. зане нечестием [еже к Божеству] благодать крещения отметают.

Катихисис Болшей, глава 4: Поистинне ничтоже у них [еретик] несть истинно. но все убо еже еретицы творят, от смышления своего. како могут совершати действа Божия, на игралищах своих. аще и Христа проповедуют, и веру свою похваляют, но вся сия льстиво и лживо творят. аще и церкви своя, и клирики церковныя, и писания божественная почитают, и мнятся, еже тем же крещением крещатися. [ниже:] но вся сия на тако но инако и нечестиво. и прочая. [ниже:] сего ради разумети имамы, яко еретическая писания, и празднества, и службы, и тайны, и проповеди не суть правы.

И по сим вышепредложенным свидетельством показуется, яко от рук еретических действуемое крещение, не истинно есть, но паче осквернение вменяется. И приемлющии таковех яко верных, иже еретическим крещением оскверненых аще причетники, за сие от сана извергает.

Третие: Яко приемлющии от рук еретических крещение, или прочая тайнодействия, и за истинно почитающии, не именуются быти правовернии христиане, но лживии христиане, и лживии правовернии. О чем ниже представляемая свидетелства являют.

Правило святых апостол, 46: Крещение, и жертву еретическую прием, святитель неосвящен. Толкование: Епископ, или священник, или диакон, аще не похуляет, ни поругается еретическому крещению, но приемлет крещеннаго от сих, или приносимая от них на жертву, сиречь на службу приимет, таковыи да извержется от сана, кое бо сочетание Христови к диаволу, или кая часть верному с неверными.

И сицевое правило явственно показует, яко подобает похуляти и поругатися крещению еретическому, и не приобщати таковых христианом православным, иже крещением еретическим осквернени, но отлучатися от таковых аки от неверных и уподобляет, яко несть согласия Христови к диаволу, так и верному с неверным. кое бо рече согласие Христови к диаволу, или кая часть верному с неверными. Убо явствуется яко иже от еретик крещени суть невернии. И сообщатися с ними правоверным, аки Христови со диаволом отнюд неудобно есть.

Подобне же сему в Завещании своем святии апостоли пишут сице [книга 6, глава 15]: А иже от нечестивых приемлюще осквернение, обещницы разума их будут, ниже бо суть тии священницы, глаголет к ним Бог. Понеже ты отринул еси разум. отрину тя и Аз священствовати Мне. ниже крестившиися у них очистишася. но осквернени суть: не оставление грехов приемлюще, но связания нечестия.

Предлагаем конечное свидетельство, святейшаго Иоанна митрополита Никийскаго, еже пиша о еретицех арменех, тако глаголаше [Кормчая старописмен. пис. от задней дски]: Сии проклинаемии, да предани будут диаволу. уже да не приимут места спасению, но да будут от Христа чюжди. аще убо толикими от всех святых прокляти бывше. и от Христа отгнани; и диаволу предани, и до скончания века, от всех христиан проклинаеми, како паки яко истиннии христиане от правоверных прияти будут; како же и лживии христиане, и лживии правовернии, скверное их крещение, и жертвы их, яко истинныя и крещения творят аще бо тмократицею прокляти бывше, и диаволу предани; како от анафемы и от клятвы благословение изыдет; или како от диавола духовное и святое дело совершается. а от анафемы благословение не бывает, и от проклятия молитва не исходит. и от диавола Христово таинство не совершается. и от гноища благоухания не исходит. и от гнилаго трупия иныи не исцелится. ниже от червивых удов здравие иному телеси подается. ни паки от ереси, или от неверия духовное действо исполняется, ни от неверных, ниже зловерных и нечестивых совершенное и благоприятное крещение может быти: Темже проявлено, яко крещение их, и вся яже от них неприятна и непотребна суть. аще и тщатся несмысленнии, и неразумнии и неутвержени, и лживии христиане, яко истинная и благоприятная творити деяния их, но да услышат ненаучении, и ненаказаннии, Ивана Богослова глаголюще та в своем послании. аще кто приходит к вам, а сего учения не приносит с собою, радоватися ему не глаголите, и в храмину не приемлите. иже бо глаголет ему радоватися, общник будет делом его лукавым. Темже проявлено есть, яко иже правовернии именуются, а приобщаются с сими еретики в ядении и в питии и в дружбе, и в любви, и творимая от них яко благоприятна мнят, и нечестивно и неразумно истинныя христианы их именуют, общники обретаются проклятию и анафеме, яже на них написана от всея вселенныя. от востока и до запада, от соборныя и апостольския церкви. якоже божественныи Иван Златоуст глаголет. Иже творится друг быти еретиком, враг Божии есть. Дозде Иоанн митрополит.

И по всем сим вышепредложенным свидетельством показуется, яко иже от еретик крещени, осквернени суть, и яко не именуются сицевии вернии, но невернии суть. А иже аще мнят быти аки благоприятна деяния их, таковии не именуются христиане правовернии, но лживии христиане, и лживии правовернии. А сообщающиися с еретики в ядении и в питии, и в дружбе и в любви, и творимая от них аки благоприятна мнят, таже и христианы именуют их, общники обретаются проклятию анафеме яже на них написана от всея вселенныя святых отец, и врази Божии сицевии бывают.

Окончание.

Тако убо доводствующе многими свидетелствы божественнаго писания о еретическом крещении, яко не суть церкви Божии приятно, к концу приближихомся. Тако осмотряюще о трехпогружателном еретическом крещении обретохом есть неосвящателно, но скверну быти исходатайственно, понеже аще и в трипогружателно, но Духа Святаго суть лишително. Тако засвидетельствовахом многими доводы, яко аще и прияша от неких еретики крещение, но не законно или обдержно, но смотрително. Тако удостоверствовахом, яко аще и прияся древле крещение, но ничимже от веры исходящее, и нашему крещению точное. Нынешнее же крещение древнему не точно и вере христианской во многом преступно есть. Сице показахом, яко всех еретик крестити обдержно и законно есть.

Темже аще бы от еретик действуемое крещение в три погружения истинное крещение было, то не бы Афанасии Великии арианское, и прочих еретик крещения, таковыми хулными уничижал словами: яко не крещение, но паче осквернение сие вменяя. И аще бы сие равносилно было христианскому крещению, не бы с манихейским вкупе за равномощно полагал во осквернение. Також аще бы сицевое крещение было бы право и истинно, не бы в Катихисисе македонианское крещение с маркионитским и папежским за равно полагалося, и не истинно, но инако и нечестиво, неправо же но лстиво, и лживо порицалося. И паки. Аще бы сицевое крещение право было и истинно, не бы Павлин епископ Антиохийскии дерзнул ариан совершенно крестити, якоже в житии Мелетия патриарха Антиохийскаго, февраля в 12 день повествуется [Минея четья старописм.]. Аще бы сицевое крещение было право и истинно, не бы по изложении на втором вселенском соборе правила о приятии под миропомазание ариан, Порфирии епископ Газскии крести по Божию откровению Навклира арианина, обратившагося в христианскую веру. О чем в житии его, февраля в 26 день, повествуется. Також и о прочих еретик трипогружателном крещении разумети имамы. Аще бы воздержник и вретищник, и апотактит крещение было право и истинно, не бы Алексии архидиакон, толкователь всех правил и разсудитель, о наватианех чистых и о воздержницех сице объявил: яко крещение их неприятно есть, понеже оставляет их Дух святыи. Не бы Василии Великии в 47 правиле своем воздержник и прочих крестить повелел. Не бы Тимофей презвитер воздержник в 1-м чине еретическом под крещение положил. Такоже и сие. Аще бы приятое правилы от еретик крещение повторяти погрешно было, не бы Василии Великии приятое первым своим правилом от воздержник и наватиан крещение, в 47-м правиле паки крестить повеле. Не бы и Тимофей презвитер онех же воздержник, и прочих, под крещение положил. Аще бы приятое от еретик крещение паки повторяти погрешно было, не бы Тимофей презвитер несториан, и евтихиан, и диоскориан, и севериан положил прежде в третием чине, сиречь за проклятием ересей приимать засвидетелствовав, паки и крестить повелел. Аще бы приятое от еретик крещение паки повторяти погрешно было, не бы Алексии архидиакон, толковщик всех правил и разсудитель, приятое от фотиниан крещение Лаодикийским собором, паки крестить повелел. Не бы и Тимофей презвитер с маркиониты и с прочими еретики и фотиниан под крещение положил. Не бы сице засвидетелствовал и о третием чине, яко не крещают их вин ради благословных и нужных.

Аще бы приятое от еретик крещение твердо было, не бы от ариан еретик, (приемлемым под миропомазание). Иоанн митрополит зелнейшии запретил [от них] приимати крещение, и Тимофей презвитер яко язычников некрещенных быти засвидетелствовал.

И аще бы сице всех еретик крестити несть праведно было, не бы Тимофей презвитер тако засвидетелствовал, яко с Киприаном собор повелел всякаго еретика крестити.

Аще бы всех еретик крестити законно преступно было не бы святейшии Филарет патриарх Московскии, во изложении соборном сицевое предложил свидетелство: яко вси еретики, различных еретических вер, не имут права святаго крещения, еже водою и Духом. того ради от всех еретических вер различных, приходящих к православию христианскаго закона, подобает совершенно крестити святым крещением. Якоже в Потребнице, на листу 561, явствует.

Но понеже убо яко аще от еретик действуемое крещение, аще и в три погружения, но многими священными писаниями похуляется, и не истинно ж, но еретическое называется, и не крещение, но паче во осквернение быти вменяется. Аще ли же по смотрению [яко же выше рекохом] и приемлется, вин ради благословных и нужных, обаче во обдержность не законополагается. Яко их же аще и приемлется правилы крещение, тех же послежде и крестити паки истинным церковным крещением законополагается. Якоже многих еретик и по приятии правилом совершенно крестиша святии отцы истинным христианским святым крещением.

А еже аще всех еретик крестити засвидетелствуется, сие апостолское и отеческое, и соборное законоположение есть. Понеже апостолския: 46, и 47, и 68; правила поместнаго собора иже в Карфагене, 71 правило; и собор Киприана священномученика, иже всем вселенским и поместным собором первейшии написуется, его же Тимофей презвитер, Матфей Иеросалимскии, Никон Черногорец в свидетелство приемлют, такоже и последователныи всем вселенским же и поместным собором, святейшаго патриарха Филарета Московскаго и всея Русии, и всего освященнаго чина, бывшии тогда священныи собор, на Иону митрополита Сарскаго и Подонскаго, на котором и соборное изложение о крещении еретик, от многих священных правил составлено: еже от всех различных еретических вер, обратившихся в христианскую веру повелевает крестити христианским святым крещением. О чем в Потребницех изображено есть.

Все хотящии благочестно жити о Христе Исусе гоними будут [На поле: Тим. 296]. Вси страждующии за имя Божие позор бывают миру, ангелом и человеком [Коринфом, 131]. Вси имущии житие доброе выну оклеветаеми суть, яко злодеи [Петрово, 58].

Ельма убо, о боголюбивии слышателие, настоит днесь и нам в начале слова нашего подобне нечто выгорецкаго мудролюбца рещи словесем [Андреи Выгорецкии в слове надгробном Петру еклисиарху], яко потаися от нас древлецерковнаго благочестия защитник, скрыся от нашею очию правоверныи правоверия ревнитель, покрыся смертными облаки староверственная красота, умолча язык, сладость древлеотеческаго учения точащий, затворишася уста, догматы древлесоборныя тако к братии, яко к языческим людем вещающая, зайде сладкии пустыннаго зрения свет, скрыся от очию асиан любезная выгорецкая общебратственная свеща, взяся в горкия сия дни отеческия утробы всепослушливое утешение, скончася в скорбное сие время раб Божии Иоанн, всеусердный страдалец церковный.

Чесо ради никто от боголюбных тако зде в европстей Выгореции, яко тамо во асийских в Кошуции, в Вышимии и в Убореции возможе сие разлучение понести без жалостнаго сердца, никто без скорбныя души, никто без плачевнаго лица; вси же жалостными уязвившеся сердцы, возтужиша таковаго усерднаго страдалца церковнаго, таковаго древлеотеческим преданиям служителя, таковаго крепкаго по отеческих законех стоятеля.

Тем же убо неправедно нам мнится быти таковаго по древлеотеческих догматех стоятеля без слова страдателней кончине отдати и, яко же во огни и в пепеле тело, сице в молчании жизнь его скутати и ниже любви духовныя, ниже тоземственныя воспомнити, и лишити себе же и прочия любовныя сладкаго того изображения, и, яко же незрим есть нами телесно, не зрети его душевныма очима оставити. Аще бо воинствующии в веце сем умершыя своя военачалники частыми воспоминании повествуют и воинственная его дела, елика в храбрости дивна, или во умышлении чюдна, или в градостроительстве добра, та вся высоко вещают и друг другу проповедают и на гроб приходяще и друг другу храбоборца своего показующе, храбрость его и чиноурядство возвышают, много себе теми повестьми укрепление к ратем устрояюще, не много ли паче нам мужа сего, в благоревностных подвизех от юности усердно подвизавшагося и многия крепости и любви ревнителныя нам виновнаго словом изобразити должно есть, не яко да он воспочтится (не требует бо сих изшедшый от мира сего правды ради), но да мы, словом изображена его, яко жива, зряще, утешаемся и, поелику возможно, ревнителных его страдании наслаждаемся. И воспоминающе усердно усерднаго нашего усердию точителя, усердно на поминание подвига его воздвигнемся, чесого у нас ныне мыслене просит и желает и любезно приемлет. Убо всежалостная тако чада церковная, сице единоутробнии того сердоболи, понеже любовными вашими пламы (яко же мнит ми ся) скорбити и желаете достойнаго желанию сего мужа зрети же и беседовати с ним, приидите ныне, отрите слезы от очию вашею и жалость от сердца вашего, и с повестию сею походим с ним умныма очима, яко по прилежащеи нам зде Европии, тако по отстоящеи от нас тамо Асии, и воспомним краткостию слова пребывание его зде и онамо, и поне сице сотворим утешение от многия жалости.

Сего убо Иоанна родивый Симеон и братия его, стрыеве же Иоанновы, бяху во странах Европии в части Афетове, в российстей земли в Новгородстей области в Обонежстей пятине Оловецкаго уезда почтеннии посадницы суще, великаго Кижскаго села благополучнии жителие, гражданских законов крепции облюдателие и прародительскою славою достойно достойнии цветяху. Везде бо по олонецким селом рода их честное звание, яко роса, капаше, и окрестнии веси с жителми своими яко остроразумию их, тако кротцей любви достойное говение выну отдаваху, честни бо бяху тии за добронравие их пред сыны олонецкими, и издревле от прародителей их, яко от некоего источника, присно кипяше ко всем знаемым ими всеученое вежество, сладость же слова устен их помазоваше всегда присоседствующее им всякое печалное сердце. Сотове бо медовни бяху (по Соломону) [Притч, 16] словеса тех добрая, сладость же их исцеление душам подаваше. Устны бо, рече [Притч, 26], гладки сердце покрывают скорбно. И не точию олонецтии предели сладостию рода их кропяхуся, но и царственный прежде Казань град и Свияж стрыя Симеонова, Лаврентия именем, на престоле своем архиерея имеша. Род бо (яко же рече Давыд) правых благословится.

Егда же помянутый Симеон по обычаю супружества поя себе жену, именем Екатерину, от неяже чрева произнесе себе сего благодати тезоименитаго сына. По реченному Соломоном, иже (бо рече) [Притч, 18, 19] обрящет жену добру, обрете благодать, от Господа бо сочетавается жена мужеви.

Прежде же того рождения бяше оному Симеону первенствующии в деторащении сын, Гавриил именем, к нимаже и еще единаго сыну и дву дщерей уплодоноствова и живяше в мире, цветыи прародителною славою. Старейшии же его преждепомянутыи сын Гавриил, любомудруя о превосходителных честех, удаляшеся от поселянских грубых попечении, слушая Спасово слово, глаголющее: держаи (рече) рало когда умудрится, и того ради искаше (по Соломону) [глава 4] разума, да вознесет и. И беяше выну к честнейшим людем всеуслужный юноша, поминая реченное [Сирах, глава 9]: с разумивыми буди размышление твое. И за всепостоятелное его нрава любим бяше всеми градоначалнейшими честными персонами, от зрака бо (рече) [Сирах, глава 19] познан будет муж и сретением лица познан будет умный. Их же волею принужден бысть пещися тако о сохранении, яко о превозе градосодержателных оружий и о прочих подобающих к таковой потребе нуждах, яже вся по определению добре строяше, поминая писанное: во всех (рече) [Сирах, глава 33] делех своих буди преспевая и не даждь порока на славу свою.

И сицевымх нужд правлением влеком, дойде царствующаго града Москвы, в нем же пребывая, взят бывает пред высочайшее величество росийскаго самодержца, пред ним же быв, толиким опасения чиноурядством к каждому цареву вопрошению отвеща, яко и монаршескому его языку прилучися тогда крепкую словес того учтивость милостиво похвалити. Юноша бо остр (по Соломону) [Премудрость, глава 8] обретеся тои в суде пред царем и во зраце силных славно удивися. Свирель бо и прегудници (яко глаголет) [Сирах, глава 40] усладят уды, и паче обоего язык сладок, сердце человеческо. Ибо тои бояся тогда (по апостолу) [Петрово, зачало 58] Бога и царя почте, и сам от царя словом почтен бысть. И тако пребывая, везде добре юношествоваше добрыми нравы и всепостоятелным своим терпением позлащаше рода своего всеудалую славу. Сродства бо законы не яже от естества, но яже от добродетели весть писание нарицати [ Златоуст, о богатом и о Лазаре]. Живущу же ему тако и века сего честию учермняющу свое лице, обратишася некогда очи его (по приточнику) [Притч, глава 4] правых зрети и веце его помавати праведных и видети древлецерковная чада, за древлеотеческия святыя церковныя обычаи от новшеских гонителеи страждующая.

Таковому бо злому томлению грех ради наших зле просыпану бывшу по всеи России от настатия Никона патриарха, ибо восхоте тогда оный пременити благочестивыя святоотеческия уставы, своя же его новая уставоположения утвердити, и елицы знаменующиися крестным знамением по святых отец Божиими чюдесы утвержденным уставом, тии тогда проклинахуся; и по старопечатным и старописанным святым древлецерковным книгам содержащии древлеотеческое благочестие знаменоносци и чести достойнии отци, яко злодеи, тогда прогоняхуся, вязахуся и мучении тяжкими искушахуся; и тма тяжка и зело гонителна покры тогда Россию, мечь и огнь поядаше села и домы и пустынная места за содержание древняго святоотеческаго благочестия; от лет же сие смущение седмыя тысящи 162[1654]-го году в Россию привниде.

Якоже вся добронравный он Гавриил, елика самовидением блистающаяся узре и елика от ятоверных повествовании навыче, скоро внят мучителную обиду над чады церковными, мягко бо сердце его бяше к слышанию слова Божия и, яко пыряна груба, скоро наводневашеся повестьми древлецерковными, от них же пользу приим и, яко быстротечныи елень, быстро потече на Выгорецкую древлецерковнаго премудраго учения здравейшую воду, истекшую по жилам устава и обычаев от соловецкаго киновиаршескаго источника.

Быв же тамо, обрете досточюдны отци тако словесы премудрости, яко делы разума презарно сияющия: Даниила, глаголю, кротости гору, и Андрея, премудрости пучину, и Петра еклисиарха, церковнаго красителя, и прочия бывшия тогда с ними единоревнители, живущия при реце Выге, яко жерло свое испусти во окиан соловецкия пучины при населении некоторыя веси, рекомыя Сорока, идеже соловецкий киновиарх Саватий в лето… преставися. От оноя же веси по онои реце Выгу выспрь до помяновеннаго Данилова с прочими общежительства… поприщь, глаголют, быти, еже и доныне, благодатию милосердия Божия покрываемо, стоит невредимо, твердо храня древлецерковное благочестие, при брезе оноя реки от южныя страны, яко единым вержением стрельным от оных выговских струй отсутствует, близ некоторыя глушицы, яже глаголется по древних жителеи гласу… губа. А како и от коих времен и киих отец благословением населися оное жительство, о том по ряду повестию своею блистателно словосияет помянутый выше сего премудрый Андреи Выгорецкий в сочиненном от него надгробном слове Петру еклисиарху, преставльшемуся в лето мироздания 7227[1719]-е; и хотяи известное ведати да обыскует оного словоизвития медвенныя соты, мы же грядущее нашея грубости слово паки к первей повести приложим.

Егда же во оное Выгорецкое общежителство помяновенный Гавриил прииде, и в совлечении ветхаго человека преименова себе Илиею и быв в молитвенном собрании, услыша Давыда, дивящася крепцей любви братскаго союза, се бо (рече) [Псалом] коль добро и коль красно еже жити братии вкупе, подобне же и церковь внят, примесившуся к Давыдову удивлению и поющу, о сем бо (рече) [Октай, глас 8, степенный антифон 4] обеща Господь живот вечныи. Яже слышав и союзом любве связав себе, ввержеся в пучину послушания и бяше выну прохлаждаяся, плаваше в водах отеческаго наставления; и тако Гавриилу благочестивое в добродетелех житие женущу и, яко кедру, в общебратном Ливане послушанием умножающуся.

Помянув рождьшаго и отца, и братию, и сестр, ибо тии еще тогда к мирским вещем присутствующе бяху, и всежелателно возусердствова отвлещи тех от мирския суеты и волнования и зависти во встишайшее пристанище благочестнаго пустынножителства, поминая реченное: яко мир весь во зле лежит, но ни единого имяше толь равнодушна (по апостолу) [Филиписеом, 242], яко себе, воеже прилежне о них попещися. Но обаче аще и в различных временах, но всех тех постави во дворех древлецерковнаго благочестия, показав им непрелестен путь добродетелеи, ведущии в живот вечный, его же тии ищуще. Вся яже тем бяху в мире приобретения, сии вмениша (по апостолу) [Филиписеом, 244, 245] Христа ради тщету быти, и возмнеша вся уметы быти, да Христа приобрящут, точию едино древлеправославие с добродетелми у себе имети тщахуся, еже всею силою твердо храняху, поминающе реченное Господем таиновидцу во Откровении: се (глаголя) [Апокалипсис, глава 3] гряду скоро, держи, еже имаши, да никто же приимет венец твои.

Жителство же тех бяше обитанием удвоено, ибо отец их помянутый Симеон с сыном своим Иоанном (иже и Терентии преименован бе, его же ради и повести сей начало сотворихом) и с единою старейшею рождением дщерию в скитском пустынножительстве добре вдовствующе пребываху, оставиша бо тии вси мирское маловременное супружество и возлобызаша честнейшее пустынное святых мужеи дружество. Друзии же трие от них: старейшии Гавриил и юнейшии Никифор пребывающе бяху в Выгорецтем общежителстве, юнеишая же тех сестра пребываше в подчиненои чином и попечением ко оному общежителству девичестей обители с прочими постницами. Вси же сии трие вар девственныя тяготы понести желающе бедне, с диаволом боряхуся, надеющеся писанному [Псалом]: терпение убогих не погибнет до конца. И тако живуще, прославляху Господа в немощех своих.

Иоанн же, о нем же нам слово предлежит, пребысть со отцем своим, покоя его старость десятолетное время, послушая Сираха, глаголюща [Сирах, глава 3]: чадо, заступи в старости отца своего и не оскорби его в животе его. Живущим же им тако, постиже Симеона трясущая члены его старость, яже начат тому преподавати частыя естественныя недуги, носящия смертное знамение, ими же по обычаю естества утрудився старец, позна себе быти скорое от сего света отшествие. И того ради призвав вся дети своя, и по обычаю отеческия жалости сладкими своими словесы и всеполезными приказании и рук своих любезным объиманием доволно когождо тех оприветовав, подаде всем им отеческое благословение. Особно же старейшему сыну прирече: «Да будеши пекийся выну о проповеди благоверия и о снабдении пустынных сирот». Среднему же (Иоанну, о нем же нам слово предлежит) глагола: «Да по воли старейшаго ти брата выну жительствуеши». Меншему же с другима двема чадома повеле пребывати в достоином пребывании при Выгорецтей обители. И тако последний всем сердоболем и знаемым мир отдав, приложися ко отцем своим.

Его же оплакаша тогда обычною жалостию всеговеятелнии сынове, обрыдаша того горкими слез течении умиленнии дщери, обжалиша сердоболи, обтужиша знаемии. Бывшии же тогда тамо неции от общежителных братии людие, вземше тело его со псалмы и пении и песньми надгробными, облистаху тое свещным ликом и кадяще е фимианным благоуханием, приводивше в общебратственную погребателную обитель, предаша гробу и персть перстию посыпавше, воспеша тому вси вечную память. И тако осиротевше дети иже по плоти своего отца, прилагаху прочее добродетелныя труды к подвигом послушания, их же ради милостивый Бог, отец сирых, бяше с ними.

По некоем же времени изволися богоявленским киновиархом возблистати лучю проповеди о древлесодержателном благочестии во асийских восточных странах и в пребывающих тамо языцех – вогулдех, глаголю, и остякох, да во всю землю изыдет (по Давыду) вещание их о древлецерковном благочестии. В ня же с советом старейших братий отпускаем бывает преждепомянутый старейший Симеонов сын Гавриил с тождеименным ему другим Гавриилом, влекущим рода его след от Великаго Новаграда. Иже приимше от выгорецких отец всебогатое благословение и святыми тех молитвами напутьствовани бывше, пойдоша в помянутыя страны, Богу соблюдающу их во оном путешествии. Бывшим же им тамо и благочестивую проповедь насеявшим, ею же умножися в различных местех множество ученик, и славяшеся Бог, Гавриилом в древлецерковных догматех проповедуемыи.

Приснопоминаемый же нами Иоанн, видев своего отца ко Господу отшедша и старейшаго своего брата в восточныя пределы устраншася, начинает и тои готовати путь прав, им же да возможет скореише ускочити на превысочаишее небо, желает устранитися от мысленнаго Аммалика и от сопривношаемых мечтанием его страстеи, да по краю верха добродетелеи возъудобствует убежати в покои праведных, по реченному: да ускорит (рече) [Симеон Новый Богослов, слово] кииждо вас вложитися в начало добродетелей. Се убо глаголется (рече) [Слово 3] совершенное ошествие иже от мира, еже всяческих свою волю умертвити, удоб бо на небо восходит, иже со истинною и разумом повинуяися [Григорий Синаит, глава 119]. И сего ради подверже себе в общебратственное послушание, ибо, яко раб, повинуяся во всем неразсудне богоявленским киновиархом. Пребыв же в таковом послушании неколико лет, восхоте абие рождьшаго и отца бывшее к нему благословение о еже к старейшему брату послужением своим исполнити.

И убо приходит к киновиархом и просит тех благостыню, да отпущен будет ими тамо, идеже старейший его брат благочестия проповедь сеяше. Слышавше же отци того прошение, и яко человеколюбиви суще, аще бо и тяжко себе вменяху быти о том, не хотяще бо исторгнутися из насажденнаго ими выгорецкаго винограда таковому плоду послушания, но обаче не изволиша родителскому благословению надолзе пречити. И убо отпускают его в помяновенныя восточныя страны, давше тому отеческое свое благословение. Тои же, получив просимое, радовашеся душею, яко видя себе на исполнение родителския заповеди отпущена. И тако аще душею и веселствоваше о получении благословения, но мыслию своею тяжко себе вменяше, воеже от отеческаго недра разлучитися, но не смеяше рождьшаго и отца положенныя на нем заповеди преслушанием прервати. Тем же убо отдав всем должная, яко отцем лицеприпадателное до персти поклонение, тако братии в растворении утешителных словес кроткаго мира отдаяние, и яко сердоболем своим прелюбезное и всеприветливое целование, тако единоутробным его от всежелателна сердца и от всеусердны души благодатное благословение, приимаше же и сам отеческих молитв напутьствование паче злата многа и тех благословением венчаше главу свою, и словеса тех и наказания присаждаше к сердечному стеблию.

И тако оставшаяся вся одарив должными почестьми, онапутьствовався от тех достойными молитводыхателствы, пойде лежащим путем от северных стран в восточныя краи, и идыи, выну пояше с Давыдом [Псалом]: «Блажени непорочнии, в путь ходящии в законе Господни». И тако прешед Афетову часть, течаше Симовым жребием, оставив Европу достиже незнаемую ему Асию и быв на краех России, обрете языки удалився от словян, найде вогулды и остяки. И в толь далечаишем себе ошелствии от своих стран зря, глаголаше: «Господня есть земля и исполнения ея» [Псалом]. Ко Господу же моляся, вопияше: «Господи, настави мя на путь Твои, и пойду во истине Твоеи, аще бо поиду и посреде сенеи смертных, но не убоюся зла, яко Ты со мною еси».

Ельма убо долготу оного страшного пути пером усердия своего легко прелете, обрете старейшаго своего брата Гавриила, в тишаишем недре безмолвия пребывающа. К нему же пришед, поверзает себе на того старчестии нозе, прося себе от него прияти сердоболное благословение. Тои же от радости за прибытие его к нему покропив своя седины теплотою слез, даде оному со вмещением всеобрадованнаго поздравления всепричетное поздравление и протчая, яже сердобольству и яже духовней любви ключимая отдающе друг другу, пребываху купно во страсе Божии, ибо Иоанн повинуяся брату своему во всем неразсудне.

По времени же некоем повеле ему Гавриил пребывати в общежительстве Спасове в некоеи пустыни, именуемей Кошутстей, да тамо быв, покажет достоиныи образ послушания. Тои же приим от старца заповедь, пребываше во онои обители, повинуяся в кротости преимущему тогда стезоименному себе Иоанну, мужу добродетелну и доволными сединами украшенному и браду зело долгу, от самых ланит даже до земныя персти досяжущу, имущему. Живый же в таковом послушании раб Божий Иоанн прилагаше труды ко трудом, плетыи добродетелнаго своего жития непрерывающуюся пленицу, юже позлащаше сиятелнейшею над добродетелми чистотою, на котором же святоподвижнаго своего плетения вязании водружаше безценныи камень смирения, обсаждая того дражайшими слез маргаритами и бываше всем на всякии час образ добродетели.

Пожив же в таковом устроении послушании во оном Спасове общежительстве неколико времени и волею настоящаго послася абие в другую пустыню, нарицаемую Вышим, оного же предпомяновеннаго брата его Гавриила тщанием населенную. И тамо быв, лобызаше от всея души пустыннаго того недра отишие. В то же время случися бедствовати бедне древлеправославней церкве Христове, ибо ланите ея покропишася тогда паки слезами чад сионских. О, рютия твоего на ны, враже наш диаволе! Наступи бо во оны дни на верное христианское стадо от новомудрствующих вселютейшее гонение, еже видевше благочестивии кошутяне, ревность с ревностию смесивше и усердие с усердием связавше и молитву с молитвою возтепливше, ожидаху лютых волков злаго нашествия. Пришедшю же дню, в онь же гонителная вода Кошутское общежителство обляже, тогда достоиныи памяти брадатыи Иоанн, укрепив свою дружину ревности ополчением, изыде братися мысленне с мысленным сопостатом диаволом, его же, твердым ноги своея на древлецерковней правоте стоянием опошибив, в бездну низложи. Сам же с протчими единодыхательми испечеся огнем и дымом за древлецерковныя отеческия законы в лето мироздания… .

Сия слыша вышимская пустынелюбная горлица, сладчайшии наш тоземец Иоанн, неутешно о тезоименитом отце рыдаше, неунятелно о скончавшихся своих клевретах слезяше, неувещателно о церковнои болезни плакаше, безпокоино о избиенных за имя Божие и за свидетельство Исус Христово людех тосковаше и: «Улюте мне, душе моя» [Михея, 7], — глаголаше, яко погибе боязнивый Иоанн с Асийския земли исправляющаго в языческих человецех несть, ибо смысляи старец Гавриил в сии год премолче, яко год зол наста [Амос, 5]. Но обаче терплю к Богу Спасу моему, и услышит мя Бог мои [Михея, 7]. Правдивый бо мои (яко же рече Аввакум) [Аввакум, 2], аще телесне и преставися, но от веры правыя, сущия в нем, жив будет. Сицевыми и подобными тем словесы вторыи Иоанн утешаше душю свою, глаголя: «Зане аще сяду и во тме гонения, но Господь свет мне в терпении будет» [Михея, 7].

И тако оплакав европскии странник асийския страдалцы, не возбраняше же над теми быти и помяновения благодати [Сирах, 7], но тою провождаше души их в место покоино и похваляше (по Еклисиасту) [Еклисиаст, 4] тех за православие умерших, паче неже живых сущих не естивых. И сице пребываше в первом обычаи уседиря [усердия?], люте беднуя от лютых гонителеи, наветуем, поношаем, и выну к мучителному томлению, яко незлобивое агня, ищем. Яже вся находящая на нь вражия наветы видя, выну ополчашеся противу тех молитвеною силою и непрестанно ко всяческих Творцу давыдски вопияше: «Бог мои еси Ты, не отступи от мене, яко скорбь близ и несть помогающаго ми, но спаси мя от уст львов и от рог единорож, смирение мое [Псалом, 21]. Тебе бо оставлен есмь нищии, Ты буди помощник [Псалом, 9]», и ущедряя Выгорецкия пустыни персть, вопияше: «Сподоби мя, Господи, быти во обители твоеи [Псалом, 21], да тамо быв, повем имя Твое отцем и братии моеи и посреде церкве молебным пением воспою Тя». И отвнегда сия завеща во уме своем, оттоле тщашеся выну достигнути в Выгорецию и внити тамо в дом Божии с душевным всесожжением [Псалом, 65] и воздати Богови молитвы своя, яже изрекосте устне его. И глаголаша уста его в печали его: «Творяи же волю боящихся его, желание сердца его даде ему и хотение устну его не лиши его» [Псалом].

По неколиком бо времени испрсив от брата своего Гавриила благословение и коснуся абие пути, от Вышимии в Выгорецию протяжному; и Богу поспешествующу в недолзе времени прейде оного долготу безнапастъно. Быв же в Выгорецтей обители Спасове, падает на всепреподобнии отечестии нозе, проливает реки теплейших слез, просит от них милостиво благословен быти. Его же видевше чадолюбнии отечестии очи, милость с жалостию смесивше, помазаша главу его достоиным благословением, и тако давше друг другу еже о Господе любезное целование, седоша веселящеся, тако онии о прибытии его к ним их толь далечаиших стран, яко тои о узрении тех отеческия благости, и не возмогаху дние и нощи наполнити времени к сладости тех словоразглагольствии. Гуляше же Божии раб выну по Выгорецкому селу, и каждый послушателнаго братства крин подобным ему словопохвалением сладостно оприветоваше и сердоболныя персоны медвенным словоизлиянием сотно утучневаше.

И тако строине по всему вышимский гость гостяше в Спасове Выгорецтем общежителстве. И егда обеты молитв своих Господеви воздаде, тогда паки на невозвращателныи асийский путь уготовляшеся, взимая от отец благословение, от братии последнее прощение, от сестр конечное оприветование, от единоплеменных не к тому уже хотящее быти отпущение, от единоутробных разлучителное навек целование и от преставльшихся отец и братии, лежащих в погребателнои кущи, от нетленных их мощей чюдотворное и мироухателное благословение. И обогатився от всех всеми и конечный всем мир дав, паки возвратися от Российския Олонецкия Выгореции в Сибирския пределы. И пришед ко обитающему в помяновенои пещере стареишему своему по духу и по плоти брату, паки живяше, покаряяся тому, як же и прежде.

И по некотором времени паки благословен от него бывает Иоанн с неколикими братиею ити во ин град, нарицаемыи… от пещеры того двема тысящами отстоящии. В онь же тии грядуще и на оном пути от качевых татар едва спасахуся. И егда бывше негде во окрестности оного града, паки поткоша жителство, в не же, Богу поспешествующу, ко сту [и] 1.000 братии и сестр умножися. С ними же пребывая во оном месте, велие усердие показа елико о содержании древлеблагочестных преданий, толико о сохранении пустыннаго постническаго жителства. Яже вся изрещи к ползе слышащим, не сего краткаго времене есть и не моего грубаго ума, обаче не премолкнет таковое множество собрания, еже о нем бывшее всеусердное оного прилежание, не помолчат и прежние пустынножителства Кошуция и Вышимиа всекраснейшее добронравие его поведати, не потаит и Выгорециа всесклонное того послушание объявити. Мы же вся сия молчанием паче неже повествованием прешедше, оставляем боголюбивым душам, ведущим о нем таковая друг другу повествовати. Нас же понуждает слово к концу усердныя его жизни приити.

Егда же приспеша лета, в ня же Божии промысл благоволи их от маловременнаго сего света препослати на будущии некончаемыи век, да многое яко того проповедателных трудов богатьство, тако и веровавших безчисленное о благочестии усердие не разсыплется долговременною отрадою. Новых убо преданий новшестии жрецы не терпяще древлецерковному благочестию во Асийских странах разширятися, на не же яростию своею возревеша, согласишася погасити древлеотеческаго православия искру, в неверном пепеле крыющуюся. И тако лукавство с лицемерием соткавше, сшиша лесть, ею же навадиша на Иоанна с протчими высочаишим градосодержателем, яко бы он противится всегрознейшим царским законом и вся взаконяемая таиносоветным сенаторством ни во что же вменяет. О, прелукаваго ти лукавства, лукавыи лисе диаволе! Уведевше бо тии жрецев волю императорскаго величества не к тому намерену озлобляти мучительством верныя Божия люди, содержащия нелестно древлеотеческия обычаи, и сего ради сплетоша новии персы новое коварство на новаго сего Даниила, хотяще того уловити в цаконех царских, но он не точию еже бы царским законом противитися когда дерзнул бяше, но присно по онех до положения своея души мужественне побораше, о чем свидетелствует истинно бывшее родителеи его в Кижском селе о законех древлеотеческих непреклонное даже до смерти усердие, объявляемое ныне, паче лучезарныя светлости всюду блистает.

И яко убо коснувшася властелская ушеса о онех льстивейшее шептание, и возмнеша от устен тех правде капати, не ведуще, яко несть во устех их истины [Псалом]. Сердца бо градоправителеи бяху суетна и сего ради не познаша, яко клятвы уста жреческая полны суть и горести и льсти, растлеша бо ся и омразишася лестьми священническими, и не бяше в них, иже бы кто к древлеправославным людем сотворил благостыню. Но, о Исуса моего непостижимых судеб, и на кресте бо вися, коварное диаволе коварство коварно запя, ибо, яко же пророк глаголет: со беззаконными вменися, да по церковному гласу, беззакония всех возмет. Сице нечто подобно и о нашем страдалце содеяся, да нашедшее на ны искушение исчистит огнем томления златую его и всеусердную веру, нам же да даст образ в нашедших злых искушениях не смущатися, исконно бо есть диаволу Божия люди смертным судом и боязнию облагати. Яко же видим о Моисеи, иже за жалость единоплеменства убив египтянина и того ради бысть беглец в земли Мадиамстей. Сице зрим и о Илии, заклавшем Иезавелины студныя пророки и бегающем за сие от лица ея в горе Хориве. Подобне разумеваем и о сем нашем новом ревнителе, случи бо ся и ему бедное сие бедство бедне страдати.

Егда бо новожреческая клевета обляже градоправителствующих сердца, тогда онии излияша суд на церковная чада, ярости полный. И послаша на тех обитель воинство, лютое томление и горкую смерть носящее, яко да лютыми теми смертонощами люте умучится Божие древлецерковное стадо и да потребится от земли праведная староверческая память, вместо же тоя да напишется на онех писмя вины, под гнев закононехранителства подводящее. Но, о незлобивых твоих, мати церкви, агньцев всекротчайшаго блекотания! О всех бо сих скорейше протчих Иоанново внуши ухо, и не домышляшеся Божии раб, что сотворити, и того ради с утесненою древле Сусаною плакателно плакателным воплем вопияше: «Тесно ми есть отвсюду», — но яко сыи мужествен, Павлова гласа медоточным сотом помазуя свое сердце, всенадежно глаголаше: «Аще живу, аще умираю, Господеви есмь». И тако мужествуя душею, пребываше, ожидая терпеливно, когда слышание наступающия на нь ярости воспалит своего мучительства пламень.

Егда же ко обители тех начаша прибегати лютых оных гонителных волков лютии отроди, тогда видя Божии раб неусыпное диавольское ополчение чрез чювственное воинство, на нь надходящее, от него же не восхоте беглец быти в земли чюждеи, яко Моисеи, но понудися храбрствовати дешевным усердием противу невидимых кознеи от чювственных же томлений, не обращаша хрепта к бежанию и за собранное во имя Божие древлецерковное стадо ополчашеся братися с геенским Голиадом. И яко доблии воевода, собра своя ему люди, объявляет тем запущенное на ня напрасное коварство, возвещает градозаконное небывалое над ними ловителство, доносит им жреческаго лукавнаго умышления насеянную на них и на себе самого смертоносную клевету, показует им градоправителное еже на них воинственное незапное ополчение, яже вся незлобивии они агньцы слышаша. И яко новорожденнии церковною утробою птенцы, не ведаху обретати на сице толь коварственном тризнищи ни десных, ни шуих уклонении, но зияху точию отверстыми устнами ко своему учителю, молчанием паче говеюще пастырю, неже роптанием и ведяще токмо души своя о выи того обвешивати и теплою своею ревностию согревати пастыреву душю.

Яже вся говеятелная знамения елико от устен онех слыша, толико от усклабляющихся смирением ланит видя во своем стаде Божии раб, прием дерзновение, простираше ко всем полное сладости учение: «Да не смущается, — глаголаше, — друзи, сердце ваше, иже бо аще кто хощет душю свою спасти, погубит ю, а иже погубит душю свою Исуса ради и Евангелия, тои спасет ю. И кая польза человеку, аще и весь мир приобрящет, душю же свою отщетит. Или что даст человек измену на души своеи, но не убоитеся от убивающих тело, души же не могущих потом лишше что сотворити. И влас бо главы вашея не погибнет и в терпении вашем стяжите душя вашя. И убо терпением да течем на предлежащии нам подвиг, взирающе на началника вере и совершителя Исуса, поминающе наставники нашя, иже глаголаша нам слово Божие, их же взирающе на скончание жителства, подражаем вере их, ибо не точию благоверия ради, но и хранения ради чистоты и постническаго жителства мнози умроша и умрети изволиша и прочим заповедаша приказании своими, яко же и Григории Беседовник глаголет: «Не токмо убо веры ради. Христовы умершии мученицы суть, но и заповедеи Его ради». О них же аще подробну начну вам сказовати, и то недостанет ми лето повести дающу, исчитати ли тех потщуся, но паче песка (по Давыду) тии умножатся. Но за краткое сие мучителственнаго нашествия время прекратив о сих, болезненым моим гласом к вам, о друзи, зову: «Претерпим мало, да негли венцы нетленными от Спаса Христа увяземся, яко же глаголет Исаак Сирианин: аще бо, рече, в подвизе Господнем умреши телесне, но и тебе Господь венчавает; будет бо благо (по церковнику) [Еклисиаст, глава 8] боящимся Бога. Сожжена буди наша рука, да унесет от гонителеи православное двоперстное сложение, да сокрушится нога, да оставит века сего стропотный путь строптивым врагом. Не предадим благочестия, о друзи, аще бо и болезнен зде жгущии нас огнь, но сладко есть тамо восприятие; яр паляи ны пламень, но тиха раиская порода; горек удавляяй нас дым, но медвенно новаго царствия пиво; грозна нам смертная сия чаща, но тихо Авраамле недро; страшны муки, но благоприветливи аггели; тяжко зде с сим веком разлучение, но легко тамо будущих покоев селение; нестерпимо зде от враг поношение, но неизреченно тамо превыспренних певцев славословие. Нам есть мати вышнии Иеросалим, наше есть, изгнанных правды ради, царствие небесное [Матфей, зачало 10]. Нам побеждающим обещана еста яко ясти манна сокровенная, тако прияти камень бел и написанное на нем имя ново, его же никто же весть, токмо приемлющии [Апокалипсис, глава 2]. Наше бо житие (по Павлу) на небесех есть».

Приспевшу же дню, в онь же мучити тех грядущее воинство ко онех обители прииде, тогда Божии раб немедленным позванием собра вся ученики своя в молитвенныи храм и, собрався с теми, совокупиша абие теплейшим усердием множество душ своих во едину душю, и тако пребываху, усердно молящеся.

Что же прочее ныне начну писати, утерпает бо ми десница, сицевое тех страдание описующая! О, великия ти любве, Боже мой! Ко сту тясяща под смертным мечем тогда лежаше; красная юношеская храбрость в смертный час написовашеся; пречестная старческая седина, яко бы наследие свое смертную ону годину усреташе. Благочинное же постниц сословие, полныи умиления глас, умилно шумяше, и бяше видети позор чюден миру, аггелом и человеком [Коринфом, 131]. В час бо той единодушнии онии ревнители простроша себе на всеусерднейшую молитву и паче всего века возжизаху теплоту молитвенную, и прежде разлучения душ желанием своим скакаху на самое небо, прохождаху мысленне мысленная чиноначалия, мимо идяху херувимы, на стране оставляху серафимы и тончайшею ума чистотою и благолепным говением приступаху к славе величествия Божия, в Его же щедроты изливаху со слезами купно и души своя.

И тако всеусердною и чистою мыслию припадше ко всемилостивым Божиим щедротам, вопияху глас, полн умиления: «Пощади, — глаголюще, — Владыко святыи, люди своя и, аще возможно, повели Всещедре искушения сего чаши мимо ити. Без правды бо погнаша нас, но помози нам [Псалом, 118]. Се бо окрест нечестивии ходят [13], и изгонящии нас обыдоша ны [16], и несть кто нам, разве Тебе, творяи благостыню [11], несть до единаго, но сохрани ны и соблюди от рода сего и во веки. Аще ли уже приспе конец сеи нашеи временеи жизни, и Ты, Человеколюбче, приими в вечныи Ти покои души наши. Ревнующе бо по святых Твоих законех, сия страдати разсудихом, да пестрота тщетныя новотворческия философии не украдствует наших душ в вечную погибель, Твое бо, человеколюбче, помняще реченное слово: аще бо, — глаголал еси, — и избрании не трезвятся, прелщатися имут, подобне почитающе и другое благодатию Твоею чрез усты апостола Твоего реченное: в научения странна и различна не прилагайтеся. Яже вся божественая Твоя речения мы, убозии Твои и препростии людии, блюсти желающе, прелести же новшеския убегающе, да не объяти будем лукавым тоя коварством, и сих ради вин, истиннаго нашего Бога, не будем приемницы инаго неведомаго владыки, да вместо Тебе, нашего пастыря, не приимем душетленнаго волка, приходящаго во овчеи пестроте, но едино Твое прехвалное имя знающе, единаго Тебе содетеля всех и Бога прославляем, не смеюще от законов церкве Твоея уяти ничесоже, по реченному в притчах: не прелагаи предел вечных, яже положиша отци твои [Притч]. И мы бо тогда не постыдимся, егда призрим на вся заповеди Твоя [Псалом, 118]. И за таковое святых Твоих угодников древлеправославное чиносодержание от гонителеи церкве Твоея осуждаемся, яко злодеи, и натягают на нас вину сопротивления царских законов, яко же и на Тебе, создателя всех, древле июдеи. Мы же едино точию ведуще, еже блюсти яко божественая Твоя повеления, тако отеческая древлезавещания, говеюще божественному гласу, Святым Твоим Духом в Давыде реченному: прокляти бо, рече, уклоняющиися от заповедеи Твоих, их же ради ныне страждем и до конца страдати усердствуем, но точию скорбим, яко несть во время се ни жертвы, ни приношения, ни места, еже пожрети нам пред Тобою и обрести милость, но душею сокрушенною и духом смиреном да прияти будем и скончаем во огни по Тебе, яко несть студа уповающим на Тя, и ныне возследуем всем сердцем и боимся Тебе и ищем лица Твоего, Тебе бо ради умерщвляеми есмы, весь день вменихомся, яко же овца заколению, и дахом возлюбленныя души наши в руце враг наших [Иеремия, 12]. Ты же, Боже наш, не посрами нас, но сотвори с нами по тихости Твоеи и по множеству милости Твоея и даждь славу имени Твоему. Господи, да избраннии Твои не трудятся вотще [Исаия, 65] и да посрамятся вси являющии рабом Твоим злая и разумеют, яко Ты еси Бог един и славен по всеи вселенней, и Тебе слава подобает во веки. Аминь».

И тако убо тем молящимся люто, еже мучителное воинство люте на тех обитание нападаше. И до толика свирепеяше, яко и келии их огненными оружии яростно разбиша. Яже вся бывающая Божии раб с единодышущим ему христианским множеством видев, и зело вскоре огня теплейшею верою и умиленным гласом нача пети со всеми причистей Богоматери пресладкую песнь: «Не остави нас в человеческое предстояние, пречистая Владычице». Подобне и другую преполнейшую умиления имну: «Владычице, приими молитву раб своих и избави нас от всякия нужа и пичале». И прочее стиха того поюще во гласе хваления, держаху свещи кождо в руках своих возжени и сами себе одеваху лютым огненным пламенем, яко златою ризою, и горкое дымокурение пияху, яко сладчаишыя медвенныя соты за пресладчаишее Исусово имя, разсудивше в себе по древней святей Домнине со дщерма ея [Пролог, октябрь 4], яко любве ради Христовы боле есть во огни згорети, нежели новотворцем в руце вдатися. И сице добре страждуще, доблии страстотерпцы предаша души своя Господеви в лето мироздания 7231[1723]-е марта месяца в 25-е на самыи Благовещения пресвятыя Богородицы день, от здешних маловременных томлений в надежду будущия вечныя жизни отъидоша, совершивше по отеческих законех крепкое течение.

И тако крепкому сему адаманту в крепости усердия со стадом своим в надежду спасения ко Господу отшедшу, преждепомянутыи же брат его Гавриил крыяся бяше новотворцев в безмолвней пещере, меншии же того брат пребывая беяше в Выгорецтем общежителстве, и яко виде себе от пресладкаго видения сладчайших своих братии надолзе удалена, воскипе абие обычнаго сердобольства кипящим пламенем и пожела всеусердно поискати единоутробных ему недрообитателеи, и сице тому с кровным желанием на путь взыскания пойти ретящуся. Братская же нужда предваривши его хотение, на асийстем пути того постави, и убо по благословению выгорецких отец в Сибирскую страну быстро поиде и, Богу поспешествующу, постиже место, идеже безмолвныи Илия в пещере седяше.

Едва же достиже того обитания, ударяет прошением в двери слуха старча, говеет гласом пред того сединами, любомудрствует словесы пред того служащими, являет себе быти из далечаиших северных стран усерднаго по отеческих законех странника, нарицается тому братом, сказует ему свое имя, просит видети честныя его седины, печалию за сохранение отеческих законов убеленныя. Что же старец, напужанный новотворческим гонением, обедованныи братнею бедою, досажденный христианскаго гонения досадою? Слышаше прошение пришедшаго странника, но бояшеся, да не лесть, подпущеная от новотворцев, пожрет того седины; внимаше гласу, говеющему пред того сединами, но ужасошеся, да не лукавство мучителское, подметнутое от противных, понрет[?] главу его в томления пропасть; ощущаше странническаго любомудрия словеса от уст служащих, но трепеташе, да не странства имя сведет его во страну томления; почюваше от мног лет видети возжеленнаго, но трясашеся, да не нарекованныи брат устроится ему в лютый враг. И того ради надолзе труждая свою старость, томяше пришедшаго странника и по мнозем испытании укрепився надеждою в Бога, повеле предстати пришедшему. Тои же, яко же обыкл бяше всегда во всех и пред всеми и везде точити свое всесклонное драгое вежество, сице и зде подобающим пустыннаго благочиния урядом приступив к старцу, просяше сподобитися молитвы. Старец же аще и оперся бяше о надежду, но обаче, яко искусен сыи, творит и еще лицевидное испытание, глаголя: «Наш ли еси или от сопостат, гонящих нас?» Тои же противу: «Ни, Господи мои, несмь сопостат, но присный твои брат».

И тако совопрощающеся надолзе, поздравлением друг друга обдарствоваша, седоша же и по обычаю сердоболнаго разглаголства протязаху беседу сладости, конца не имущую, но единаче срезоваше юнейшаго брата жалость о не сущем ту с ними среднем брате. О нем же всеговеятелно приложи старца вопросити, тои же со услышанием слова потрясеся весь несказанною тоскою и обливая свое лице и перси слезными быстринами и горким хлипанием, бия свои вежди, глаголаше: «Паки ли обновляеши сетованным твоим гласом мою печаль, паки ли срезоваеши жалостным твоим вопрошением мое убитое досадою сердце, паки ли приносиши остен, лютою печалию душю мою проклинающии? О брате ли вопрошаеши, о нем же точию вем плакати, а не поведати, рыдати, а не сказовати, вопити, а не показовати, понеже отпустих того от себе, а камо ся де, о том ведати известно не могу и ниже от человека, ниже от чвебечющих птиц о том извествуюся, точию сие едино вем, еже присно бегати от лица гонящих мя, но убо аще и не звещен есмь о оном, но сердобольства жалость дает ведати совести моеи, яко не к тому оныи с животными зде в веце сем пребывает, понеже тамо, идеже ему от мене жителствовати повелено бе, слышатся многая гонения на верных, неисчисляемая томления на содержащих древлеотеческое благочестие. И того ради надеюся и нашему брату не быти в веце сем живу, понеже ревнителен есть муж и не может ослабети противу ратующих, ревнивыи же не может помилован быти от гонящих его». Сия слышав, юнейший, с горким плачем неутешимое рыдание смесив, испроси от старца напутственныя молитвы и благословение и пойде искати брата, во Асии скрывшася.

И убо ходя по градом и слободам, соглядая улицы, обзирая междвория, но брата не видяше; обхождаше церкви, влачашеся по монастырем, но брата не усмотреваше; хождаше по торгом, утисняшеся во вратех, но брата не обреташе; яздяше по селом, скиташеся по весем, но брата не видяше; бегаше по степем, бродяше по блатом, приникаше по выскидем, обглядаше под хврастием, но брата не усмотреваше; ношашеся по морям, плаваше по езерам, преезжаше реки, прелазяше потоки, преклоняшеся по кладезем, зряше в источницех, смотряше во островех и лузех, на горах и в пещерах, но брата нигде же обреташе; скиташеся по пустыням, цепляшеся по щеглам, преметашеся по ломом и по язвинам, но брата взыскати не можаше.

Вниде в варварскую землю до горы превысокия Колыванския, яже высотою своею мало не касается облаком, и тамо виде многи звери и быстротечныя ласкавыя маралы, брата же нигде же не видяше. Понудися и еще впред ити до славныя Убы реки и за ню несколко прешед, не досизая токмо Норъзайсанския пучины, но единаче брата не обреташе. Кропяше слезами землю, лияше на путех рыдание, орошаше дебри плачем, наводняше блата жалостию и ко всем мил ся деяше, да брата обрящет, но тои не обреташеся. Падаше на лице земли, целоваше холмы, ущедряше камение, приветоваше пещеры, услаждаше пустыни, да брата обрящет, но тои не объявляшеся нигде же. Обращаше глас ко Асии, простираше слово к Симове части, вопияше жалостно ко Убе реце, прося брата его дати ему, но тии вси вопль его молчанием претекаху и никто же ущеряше плачющаго юношу.

Обрете же ся некто щедр, ущедряя того слезы, милуя того рыдание и глаголя: «Брата ли ищеши, его же Асия скры во огни и пепеле. И се место, идеже той огнем и дымом скончася за православие». Слышав же се, юноша скорейше стрелы на место оно потече и, пришед, паде на землю, посыпая главу свою погребшим брата его пепелом и вопияше жалостно: «О, Европо, Европо, на се ли отпустила еси рожденнаго во твоих странах Иоанна, да зде пепелом главу свою посыплет? О, Россие, того ли ради отдала еси израстшаго во отечестве твоем сего славнаго мужа, да перстию сибирскою покрыет свои очи? О, Олонче, помазанныи страдалческою кровию, того ли ради отпустил еси из своих предел славнаго твоего посадника, да не помажеши праги твоя оного кровию? О, Выгорецие, на се ли издала еси от своея пустынныя пазухи сие твое присное чадо, да скончается тои во Асии? Но и ты, Асие, со странами твоими и страны с пределы вашими, предели же с пустынями Кошуциею, Вышимиею и Уборециею, на се ли восприясте выгорецкаго нашего общебратственнаго послушника, да в ваших странах пламенем огня повит будет? Но вем, яко страна стране не возторжествова о кончине брата моего, но сице Богу изволившу, Ему же кто воспротивится, еже бо (рече) [Исаия, 14] совещает Богу, кто разорит и руку Его высокую кто отвратит».

И тако плачася, разгребаше пепел, страдалческия сожженныя члены в себе держащии, и между протчими обрете некоторую сухую главу, не всю до конца пламенем пояденую, ю же приим лобызая, пояше: «Приидите, последнее целование дадим, братие, умершим», — с нею же и прочыя обретеныя члены целуя и рыдателно от лица всех пострадавших вопияше: «Зряще нас, безгласных и без дыхания лежащих, восплачитеся о нас, вси братия и друзи, и сродницы, и знаемии». И сице оплакав, сице обрыдав выгорецкии вторыи странник перваго странника Иоанна, и елики члены возможе собрати, положи оны во гробе и по обычаю христианскому почте тыя надгробным пением и погребе их на месте оном, идеже скончашася тии за древлеотеческое благочестие, души же их помяну сладкопесненною церковнаго чина панахидою и со всеми всем воспе блаженную вечную память.

Тем же, благочестивии слышателие, воспомните любовь любезнаго вашего Иоанна, елицы тоземственною любовию к нему сосвязаннии, елицы единопустынным обитанием с ним древле тако в Европе, яко во Асии всеусердно всеусердною молитвою помолим Господа Бога, да подаст ему место покоя и радости со иже с ним скончавшимися. Нам же зде обуреваемым в страстнем жития сего суетнаго море да даст тишину незыблему и невлаему, да возможем свободитися от грехов и страстеи, свободивше же ся, да сподобимся удобейше с миром отъити в будущии безпечалныи век, еже буди нам получити о том самом Господе нашем, Ему же слава вовеки веком. Аминь.

На поле исхожду брань видети, потщитеся люботщаливии со мною соприходити. На позорище гряду воинства смотрити, благоволите храбрость любящии со мною соизыти. На тризнище выступаю воинов зрети, изволите венцелюбцы со мною спозоровати. Воиньство хощу созерцати, не в железныя броня оболченное, но в броня веры одеянное, не копии, пищали же и луки и прочими органы соокруженное, но во вся оружия правды вооруженное и шлемами истины покровенное. Воиньство хощу созерцати доблественое и духа благодатнаго преисполненое, воиньство небоязненно к супостатом на брань исходившее и не к плоти и крови, но к началом и ко властем, и к миродержителем тмы века сего брань имевшее – не на град Тройскии, но по Бозе, иже в Троицы, не стены тройския разорити, но веру, яже в Троице, утвердити, не столпы Тройския оборити, но хоругви Христа (еже есть крестное знамение) незыблемо удержати; брань имевшее, не яже со Александром царем Македонским вселенную ратовати и пленовати, но яже со Христом Царем небесным церковныя догматы от хотящих испроврещи оборонити; брань имевшее, не яже с Пором Индейским храбрым борением, но яже с маэором Албером и с Соловым, вицегубернатором тарским, (за двоперстное крестнаго знамения сложение и прочее святоотеческое благочестие) храбрым стоянием и вконец благочестным огнесожжения скончанием. Ельма убо желателно бяше и достойно судися Григорию Богослову Маккавеов за ветхозаконная повеления и моисейская предания, еже есть за свиная мяса (да не вкусят), страдание по законех отеческих исповедати и мученики воистинну тех ублажити, и сих матерь Соломонию, самоввергшуюся от нападения нечестивых в сковраду, вельми похвалити, и равно чадом мученицу прославити, но и святей церкви не едину Соломонию, но и многи по ревнсоти Божии различным смертем самопредавшияся, соборне службам летными почести и присно пети и почитати, — кольми желателнее нам и вправду паче подобает за благочестие благодатное, ревнителей сибирских стояние, благочестивое страдание исповедати и вконец огнесамосожжение по ревности Божии прославити, и воистинну божественыя мученики тех ублажити. Тем же прииди, о Асие, и предложи на созерцание твоего поля богатство, изъяви твоего тризнища имение. И вы, о благочестивии слышателие (и ты, моего насписания убеждения виновниче, благодати и победоносия тезоимените), благоволите на тризнище слышания всеусердно соизыти. Кто убо от начала виде сибирския поля или степи благочестием цветущия, кто обоня сибирския пределы страдальческих мощей прахом мирисающия, кто убо когда прейде благочестивыи ногама землю сибирскую, языческую мерзостию оляденевшую и мраком безбожия помраченную, по реченному: «земля на ню же не возсия солнце (благочестия) никогда же». Воистину ничто же видети или слышати досточюдно бяше доселе в Сибири. Что убо ныне Сибирия славная, что украйна Российскаго царствия знаменитая ныне рече: «Призре на мя Господь милостивейшим присещением и освяти недра моя кровию воинов благочестивых, и очисти внутреняя моя мощьми святопочивших храборников, прогна тму идолобесия прахом благочестно огнем подвиг сконъчавших страдалцев». Чюдно убо въправду бяше воиньство, от обоего пола мужеска и женска совокупленное: мужы силны, жены благородны и младенцы благолепни, не силою плоти, ни же благородием телесе (еже апостол студ нарицает), но силою и благородием духа, по пророку: «не в силе констей восхощет, ни в лыстех мужеских благоволит; благоволит Господь на боящихся Его и уповающих на милость Его». Мужи и жены – благочестия крепцыи поборницы, древлеотеческаго российскаго (до Никона патриарха бывшаго) содержания всеусердни ревнителие, Никонова же и по нем сущих нововъводства и смущения огнепалнии возбранницы, яковыя же и апостол похваляет, глаголя: «Вы подобницы бысте нам, Господне приемше слово в скорби мнозе и с радостию Святаго Духа, яко быти вам образ всем верующим». Военачалник же того чюднаго полка муж бяше предивен, добротою естества совершен, разумом и искусством изряден, словесы благоглаголив, Иоанн именем, учитель изящныи и всякия добродетели исполненныи. Ему же свойственно, мню, царственным пророком сия приветствуется: «блажен муж, иже не иде на совет нечестивых» и прочая. Его же отечество Российскаго царствия, Великоновоградския митрополии, града Олонца, погоста Кижи. Родители его – отец в тамо сущих благонарочит, южик Лаврентия митрополита Казанскаго, Симеон именем, прозванием Дьяков и мати именем Екатерина, и тая благородна и честна, обаче добродетелна. От нея же сей Иоанн родися и воспитася, има же и родительскую честь всепокорно отдая, неотходно с нима пребываше, дондеже мати его вечным сном успе. Та же домовнаго ради правления нужда бысть ему Иоанну жену пояти, еже и сотвори. И тако со отцем дом и домашния благосчасливо вождествоваше.

Сице же Симеону, отцу Иоаннову, еще в мире с чады тогда живущу и мира придержащуся, сын его большии (брат же Иоаннов), Гавриил именем, прежде отлучився от них и жительствоваше под паствою отец Даниила, Андрея и Петра, того же града Олонца в пределах, на Выгу реце собравшихся братии во общежительстве. И некогда сей Гавриил увеща отца отложитися общения с новолюбцы, оставити же отечество и дом и преселитися во оно общежительство предъявленных отец под паству, еже и сотвори Симеон. Собрав елико можно имения и взем прочая своя чада, точию сноху, Иоаннову жену оставиша, преселися к сыну большему, и все имение, и чад, и свою душу вручи отцем. Иоанну же тогда не сущу в доме. Егда же возвратився и приближився, услыша отца и прочая из дому отшедшия в Выгорецию и отцем подчинившияся, восплану и сей огнем ревности божественныя, воскипе горньцем любве истиннаго благочестия. В самую версту мужескаго возраста, в самое желании и сластей умножение презре дом и домашния, и жену и обрати шествие вслед отца и братии, и во общежительство абие достиже, и прият быв банею, паки бытия просвещен, Тереньтии преименовася, и тако братии счинися. Та же отец его, яко старец, стужив мало, восхоте изыти на безмольвие, иже и отпущен быв отцы, преселися в скит, мало отстояще общежительства, ничто же взем от принесенных, точию сего Иоанна, вселюбезнаго своего сына, и дщерь немощную – да послужат старости его. Всеизрядныи же сей Иоанн яко обычен покаряшеся родителю и, труждаяся собою в поте лица хлеб притяжавая, отца питаше и снабдеваше седмь лет. И абие благочестивыи старец Симеон благочестне ко отцем приложися и в предреченнем общежительстве погребен, да поведав Иоанну покарятися сыну своему большему Гавриилу, яко самому иионому[?].

Иоанн же отца своего погребыи, спогребе с ним и себе, сиречь не к тому себе жити произволи, но Христу, и паки во общежительство ко отцем приложися, проходя смиренно службы братьския, ожидая брата большаго Гавриила – ему же отцем в руковождение обручен бяше. Понеже оныи Гавриил прежде смерти отца своего за неколико времени предпослася отцы общежителными в Сибирию, да тогожде древлеотеческаго благочестия рачители посетит, иже и укосне намнозе удержаваем тамошними рачители. По времени же некоем послан бысть Иоанн со иными общежители на море рыб ловити. И бывшу ему в ловитве, и возвратившуся, прилучися быти у града Архангельскаго, идеже купцы со многих стран купечествоваша, вопроси тыя и уведе о брате (ему же обручен) где пребывает. И воспалися духом жалости, просив с ним сущу общежителную братию, и благословен в Сибирию пойде. И тамо быв, его же желаше брата обрете в тюменских пределех в Кошутстей пустыни общежительствующих у мужа добродетелна, Иоанна именем, сединами украшенна, браду до земли имуща, с братиею. Истязуем же братом Иоанн, яко не носящь от отец общежителных из Выгорецыи отпуста знамения, и уведомлен, яко отцем при смерти самому оному обручен и, быв на ловитве, братиею общежителною ити благословен, и тако приятся, и яже в Тюмени, в Кошутстей пустыни, Иоанна Брадатаго братии причтеся. И не по мнозе Иоанн управлен братом строительствовати новозаведенную его пустыню на Ишиме. И 7224-го лета, декабря 13, предъявленныи Иоанн Брадатыи с братиею, их же числом 149, от наезду Тобольскаго архиерея Филофея посланных, огнем скончашася. Гавриилу и брату его Иоанну в разорение то не прилучившемася ту, обаче последи бывше на месте скончавшихся, оба жалостне о разлучении Христовых рабов поплакавше и надгробными песньми священныя страдальцев мощи почтивше, и вечную память вечнодостойным воспеста. Удержавается прочее Иоанн братом, да немощем и нуждам его послужит, еже и сотвори. Строительствова добре в новзаведенней от брата на Ишиме пустыни, и дивен в Ышимских пустынножителех показася, и в Выгорецыю, яже разстоит от Ышима 2700 верст, посетити отцы и братию общежителную и благословение от брата донести чрез жестокия заставы потрудися. И в таковых и прочих подобных искусився, уже не яко брат точию, но яко душа в персех братом предпочиташеся, и никако же оному отлучитися и вмале не терпяше старец Гавриил. Егда же всеведыи коемуждо подобающая Бог восхоте, яже подобает Иоанну исполнити, вложи желание томским благочестия рачителем да Гавриила (брата и наставника Иоаннова) писати многажды, моляще, да посетит своим присудствием оныя, и утешит от печалей, и разрешит некая взыскания и недоумения их. Сим стрекалом бодом, Гавриил, не имея что на прошение томских содеяти, понеже сам за недолжное удержание, к сему же и за далное разстояние не можаше томския краи постигнути, благоразсудив, предложи брату Иоанну, да понудится посетити оныя своим дошествием. Иоанн же, яко же предрекох, отца погребе, спогребе и себе, сиречь не к тому себе живяи, но Христу. Егда от брата предложение ити в Томское услыша, абие повинеся. «И воля твоя, вселюбезнейшии отче и брате, буди», — рече. Сим словом уязвен, Гавриил по главу Иоанна ятся и целовав ю любезне, и плакав: «И Бог да благословит тя, да поспешит и исправит путь твой, чадо и брате, и душа, и утехо моя, о Господе», — рече и отпусти. Иоанн же приим старца по нозе и целова любезне, глаголя: «Благословен плесне текущии добре по пути заповедей Божиих», — и тако приветствовав и плакав, в намеренныи путь потече. Есть же разъстояние между Тобольским и Томским чрез татарских языков жилища глаголемых Барабы, верст 2000 и больши. Иже многажды злыи Барабити путников грабят и смертно убивают, ими же Иоанн ят, и связан от Барабитов нощеденьство держим пострада; иже последи сладкими словесы Иоанновыми увещавшеся злии, добре Иоанна напутьствовавше, отпустиша. Егда же прииде в Томское и яви себе благочестия рачителем, абие теми, яко намнозе ожидаем, с радостию прият бысть и послание утешителное и решителное о недоумеемых от брата им вручи, и словом доволне тыя возъутеши. Но понеже Иоанн, яко же благороден, тако и благонравен, сице и благоглаголив сыи, и ведыи вся ключимая боголюбивым, и много не точию себе хранити, но и другия безбедне предводительствовати. Сего ради томчане и вси тех краев християне Иоанна, да будет им предводитель ко спасению и о Господе отец ко исправлению, просяще, моляще и убеждающе многими словесы и приветствии, и слезами. Иже той, видев слезы и плачь, не стерпе, и по прошению тех быти попусти, аще и бояся тяготы бремене, обаче и плачася обещася. И нецыи, всеконечне распалающеся о спасении своем, начаша молити Иоанна, да приимет тыя во общежителное правительство и соградит, иде же Бог восхощет, обитель, яко да ненадолзе в миру живуще, и с мирскими смешающеся, в неких мирских сетех соблазнившеся, увязнут; во обители же под назирательством оного удобнейше всяко поживут. Иоанн же молим, преклонися ко прошению, ведяше от искуса самого пользу, еже под паствою искусных постничество проходити, и начат хотящыя руководитися по уставом общежителным приимати. И Кузнецкаго уезда, Белоярския слободы, близ деревни Езовой, на реце Чюмышы остров отвсюду водами облежащь, население общежительства возлюби, идеже помалу вздвизая храмы, обитель состави и неколико братии собра.

И тако в мире благоденствуя два лета и пол, отнеле же прибысть в Томское прииде, славя Бога добре жительствоваше.

История о страдании

В лето же от создания мира 7230-е, по счислению настоящаго гражданства от рождества Христова – 1722-го, февраля в 5 день, изыде повеление от скипетродержавствующаго всероссийскаго имъператора Петра Перваго во вся империи его страны, грады, правинцыи и села: да его же онаго величество в наследники Всероссийскаго царствия благоволит, того и вси россиистии сынове за истиннаго наследника со обычною присягою признавати да обещаются. Таковое повеление дойде и в Сибирскую губернию, в Тоболеск словущии град, из него же и во вся сибирския грады и села. И вси сибирстии народи его императорскаго величества повеление всеусердно совершаху. Во граде же именуемом Тара, некотории от живущих к присяге не приидоша и, взыскуеми, уклоняхуся. Чесо ради на оныя от присяги избегатели возвестиша писанием в царствующии Петрополь к сенатором. Сенатори же советовавше, присудиша оныя избегатели императорскому величеству за противники и послаша с Москвы вицегубернатора Александра Солового тыя противники имати и, испытуя по должности, казнем подлагати. И той вицегубернатор Соловой, прибыв в Тоболеск, предложи сибирскому губернатору из Сената указ. Губернатор же оному Соловому даде два полка военных людей вооружены, повелевая им над тарскими народы, яко над противниками императорскому величеству, вся действовати. И абие Соловой с воины устремися к Тарсе, и егда прибыша, въскоре тарскаго полковника и прочих того града ят и во оковах всади в темницу. И испытуя таряны лютейшими испытании, обрете от них некоторыя крестное знамение на себе воображающыя двома перстома и прочее обхождение церковное содержащыя по содержанию старопечатных книг, а триперстнаго сложения и прочих новин не приемлющыя. Принудити же тщася тыя треми персты знаменатися и прочия новины прияти, Соловой вложи я в горчайшыя муки: овыя бичи бия, овыя за руки спак повесив, от своих состав истерзая, овыя огнем опаляя, иным же ребра ломая, и теми и инеми озлобляя, нестерпимо весма умучи. В киих муках испытуемии, за превосходящую оного Соловаго ярость и муки, нецыи до триперстнаго сложения и прочих новин прилагахуся, инии же, мужественно вся терпяще, от древняго благочестия не отпадаху, в домех своих затворяющеся и, зелие зажегще, вседомовне сожигахуся, и паки, ножи себе режюще и ужи удавляюще, умираху. Мнози же по безчисленных муках, главами усекаеми скончевахуся. Соловой же слышав некоего инока, держаща древнее благочестие, именем Сергия, живуща в пустыни с неколикоею братиею, помысли, или от неких научен, или от испытуемых уведомлен, яко той инок древняго благочестия учитель есть. Сего ради во ону пустыню посла неколико воинов, заповедав им, да уловят жива ему онаго инока. Но посланнии ведуще обычай гонимых, яко аще нападут внезапу, огнем скончаются. Тем же обретше способника себе – онаго инока бывшаго ученика, живша с ним мало и ведуща того жительства входы и обычай, и обещавшася оного инока, тайно ухватив, привести. Иже и взем неколико воинов, вечеру глубоку, до келии помянутаго старца Сергия прииде и яко обычен молитвовав в келию вниде, воины же вне оставль. И яко отцелюбив творяся, припада к ногама инока, приветствуя льстивно. Иноку тогда в молитвах пребывающу на правиле, во единой свитце, и вмале преставшу от молитвы, внезапному ученика приходу почюдися. И в таковых тема упражняющемася, внезапу воини нападше и емше старца, руце и нозе связаша. Той же льстивыи ученик шед к преимущим над конскою службою и отчим словом донегде со оным ехати, коня приуготовивше к келии приведе. Воини же изведше инока ис келии и на возило посаждьше, к военачалнику представиша (прочим же сожительствующим старцу, ничто же ведущим). Военоначальник же в той час обрете время на прочия сожительствовавшыя со старцем, нападе всеми воины и овыя ят связа, овыя же разбегошася, друзии же сами себе различно смертем предаша; имение же и скоты похити, храм молебныи и келии огню предаде и с таковым триумфом к Соловому связанна инока с прочими представи. Их же, он лютыи мучитель, Соловой на испытание предъставль – инока с прочими и, горце различными муками: бичи, жезлием, огнем, железом смертно изнурив, произнесе на мучимыя вины, яко бы тии виновни были тарских жителей непокорству и до присяги неприхождению, яко учимым от предъявленнаго старца реэстр получи. И отсюду прием Соловой дерзновение: посла военачалника с воины во вся сибирския грады и слободы, и села, даде повеление вся древлецерковнаго содержания держащияся, яко же важным винам подпадающия ловити и к оному в Тару на испытание приводити. Отвсюду возмятеся вся Сибирия. Военачалники с воины во вся сибирския страны претекаху и вся домы двема персты знаменающихся затворяху, и разхищаху имение, и вся люди, древнему благочестию прилежащыя, хватаху, и к Соловому на Тару отсылаху. Отсюду и на Ишим (иде же предпомянутыи Иоанн до отшествия в Томское пребываше) военачалник с воины послани быша и вся ишимския пределы страха исполниша, хватающе и емлюще, и разоряюще жительства и домы; от котораго гонения и лютости, мнози ишимстии жители пометающе домы, и бегаху, друзии сами зажигающеся вседомовне згараху. Феодор же некто, Кротов по прозванию, на кони в степь текии, и от воинов гоним, уже ят быти мняшеся, ножем гортань себе пререза, на землю паде, и тако нощеденство от раны страдав, умре, до издыхания последняго знаменав себе двема персты, исповедая древлецерковное благочестие истинно быти. Тогда и пустыню (в ней же предпомянутыи Иоанн строительства), и другую, нарицаемую на Иру, воини обседоша. В первой же бяше началник Филипп, в другой же Софонии и прочии, иже прежде наезду воинов совещавахуся не боятися, яко в царственных винах не повинни и в реэстре не имут обрестися. А до триперстнаго сложения и прочих новин принуждать не велено, обаче глаголаше Филипп, во ограду воинов не пустити, но прежде предуготовитися на скончание, и егда воини прибудут, известити, яко в царственных винах не повинни и в реэстре не обретаемся, и внутрь не пустим, понеже слышим, яко принуждаете до триперстнаго сложения и иных новин. И яко же совещаша, тако и сотвориша, и уготовивше вся во обителех на сожжение, и затворишася. Егда же тайно нощию приехавше воини, приступиша и начаша нападати на взятие. Филипп же, имея обитель предуготовану и затворенну, и видевше воинов зелное на расхищение устремление, помянувше, яко древнии християне и в Росии древняго благочестия рачители от гонения сами различно скончявахуся и, прилежно помолившеся, глаголаху: «Виждь, Господи, немощь нашу, яко не имамы, где от мучителеи злочестивых убегнути, и противных лютость, яко не послабляют, принуждающе нас Твоя повеления преступити». И тако благочестивии благочестне огнем скончашася. Един точию, иже зажже, Наум именем, изшед и пред военачальником ста. «Глас ми, — рече, — глаголющь слышах изыти и обличити ваше злочестивое неистовство повелевающь, и не боятися, аще и ят буду, и мучен, но благочестне и добре течение мое совершу; ты же, зле творя, наветуеши на неповинныя». Его же военачалник ем, истяза муками, принуждая до триперстнаго сложения; егда же не може преодолети, к Соловому посла, иже по многих муках, яко же предрече, главою усечен блаженныи страдалец, прейде на вечную жизнь. Та же и к другой обители, на Иру, приспеша воини и нападоша, ломающе и разбивающе врата и затворы, и прочая вся. Видевше же сущии во обители воинов зелное нападение и яко Филипп с братиею уже скончашася. И возложьше надежду на Господа, с плачем возопиша: «Да будет скончание наше благоприятно пред Тобою, Господи, яко и всех, яже по Тебе страдаша и скончашася сами». И тако благочестивне благочестивии раби Божии самосожжением о Господе скончашася. Отсюду и в тюменския пределы мучитель с воины послашася и вся тамо поколебаша, имающе, вяжюще и конечно расхищающе, и зле биюще, и инако всяко мучаще, к новостем Никонова злочестия принуждаху, непокоряющих же ся на Тару отсылаху. Инии же, боящеся мук лютости, сами себе различным смертем предаяху. Тогда же и на реце Имше в пустыни Иоанна Мирнаго, и в Выровской деревни в храмине многое число огнем скончашася, и друзии мнози различно. Обаче вси за древнее святоотеческое содержание, за двоперстное креста сложение, и прочая вся ревнующе, скончашася, яко же и публичной Синодскии 725 году, генваря 15 дня посланной, указ свидетельствует, а не за оныя царьственныя вины, яже Соловой произнесе. Отсюду и в Томскии град маэор Алъбер с воины послася и весь град, и вся того пределы устраши, двема персты знаменающияся взыскуя и вселютейшими муками истязуя. Иде же нецыи многовидно мучение претерпевшия и дерзновенно мужествующия, к Соловому в Тару отсылахуся, друзии же, муками устрашаеми, на повинутие ослабляхуся, инии же, истязания избыти тщащеся, домы и имения оставляху и в бегстве грыяхуся, место местом пременяюще. Тогда и военачалник оныи Христовых воинов, предпомянутыи Иоанн и того благословенное Богом воиньство, в Кузнецком уезде, Белоярской слободы, близ деревни Язовой, на острове, на Чюмыши жительствующыя, яко древняго ради благочестия хранения от мира удаляются, маэору явлени быша. Еже слышав таковая, маэор возреве, аки лев, абие посла воины ко обители, иде же Иоанн с прочими жительствует. Во обители же сущии ничто же ведуще. Внезапу нощию нападоша на обитель злии они, яко разбойницы, и абие кликнувше вси, яко же им обычай бе, приступиша ко вратом и стенам ограды и начаша разоряти и внутрь вступати, и елицех внутрь ограды обретоша, яша и вся связаша. Един токмо, Афанасии именем, виде лютейшее воинов нападение и нестерпимое злобожных насилие, ножем сам себе уязви и, мало по язве пожив, скончася о Господе. Тогда же и в деревни на Иру зовомой, от обители яко два поприща, древлеотеческаго благочестия ревнители, егда увидевше обитель пламы палящу, воскипеша и сии огнем ревности благочестия. И скорее, неже словесы поведати, совокупишася в храмину некую 40 человек, и егда увидеша воинов от обители грядущих, везуще связня предъявленныя и к деревни Ировой приближающихся, плачюще вопияху: «Сердцеведче Господи, виждь злобу кровопивцев безбожных, яко сноповом равне связня братию нашу затязаша и обитель огнем пожгоша, и уже до нас приидоша, такожде сотворити имут. Но, о Судие праведныи, приими духи наша, яко же и всех, иже Тебе ради от нападения и страха мучителей сами себе разлияным смертем предавше. И вмени нам в закон истиннаго страдания, поистинне, яко Тебе ради умерщвляемся и яко же овцы от волков на смерть предаемся». И тако возопивше, предстоящим у храмины людем мир давше, храмину зажгоша. Воини же нападше ломати врата и оконца, ничто же успеша, точию неколико телес уже опалевших и бездушных извлекоша. И тако блаженнии страстотерпцы блаженную жизнь за благочестие скончавше. Кости же их и чревеса оставшия воини в громаду собравше, огнем сожгоша. И сия совершивше к маэору прибыша, связня во обители ятыя представиша, иже по многих истязании на Тару к Соловому послани и зелне умучени, благочестне в муках душя своя Господеви предаша. Прочии же, не стерпевше лютости мучения, горце плачюще до триперстнаго сложения приступаху. Таковое страшное прещение вся томския и кузнецкия пределы протече и древняго благочестия ревнители страхом поколеба. Воскипеша убо благочестивии ревностию благоверия, слышавше мучителя зверонеистовствующа и яростию дыхающа, и аки пес зайца гнати устремляющься их, от места до места претекаху. Таковое же ужасное слышание дойде в слухи и до военачалника Христовых воинов Иоанна, иже егда услышав о разорении обители абие, прилучившимся рачителем мир дав, на коня вседши, в Елунину, тако зовомую деревню, прибеже и к жителю тоя, Матфею именем, богату сущу и многи храмы имущу, в дом прииде, и пришествия своего вину поведа, яко спастися, или яту быти, или умрети у оного в доме и никакоже отгнатися, понеже не имеет никамо же бежати, молися. Иже той истинный ученик, учителя своего прошение слышав, рече: «Се аз и дом мой пред тобою, отче, и яко же хощеши спаси себе и нас». И ту Иоанн начат пребывати у онаго в доме. Еже слышавше прочии, иже в бегствах томстии древняго благочестия рачителие, яко учитель их Иоанн в Елуниной крыется, легкими ногами вси течаху тамо. И в малое время множество народа собрася, моляху его слезно не презрети тыя, но промышляти о них, яже на пользу, понеже и тии убежати мучителя прочее камо не ведят. Иоанн же, всюду окружен и принужден, разсуди, яко уже прииде время истину благочестия явити и свое учительство нелицемерное показати, совещавает со всеми совет благ, совет разсуждения и спасения исполнен. Начаша в доме предъявленнаго мужа Матфея храмы вси, елико имяше, предуготовляти тростием, соломою и порохом на сожжение и утверждати необычными затворами. Совещавающе, аще приидет мучитель с воины и нападут храмы оныя ломати, да сущия в храмех имут тогда, известивше мучителю в прочих неповинность, затворение же в храмы от онаго страха, понеже нудит к новинам приступити; и тако ответствовавши, и последнее злобы и нападания видевши, всем в славу Божию огнем скончатися. Судивше, яко и древнии благочестия ревнители многажды от гонения и нападания мучителей тако сами себе различным смертем предаваху, их же святая церковь яко мученики прославляет. Прикладъствующе при Трояне, иже кождо от християн веры ради и любве Христовы, сами себе в пещь вреваху. При Антиосе Соломонию, матерь Маккавеов, нестерпевшую нападения рук нечестивых, яже сама себе в разжегшую сковраду вверже, ю же Богослов равне чадом яко мученицу похваляет. При Максимиане в Никомидии, иже мнози от верных мужей и жен, божественою любовию разжегшеся, яко в некую прохладу, во огнь себе вметаху. И мучениц Домнину и дщери ея Виринию и Проскудию, иже божественою ревностию подвигшеся, вдаша себе струям водным, разсудивше, яко лучше есть водою утопитися, нежели беззаконным в руки вдатися, и иная множайшая вносяще. К сим и российских древняго благочестия ревнителей, иже от гонения новолюбцев и от тяжкаго нападения безчисленнии огнем и иными смертьми благочестне скончашася. По сем от неких известився мучитель, яко Иоанн водворяется в Елуниной, поклонь главу свою, яко пес следя гнати и яти Иоанна, собрався въскоре и, воины поем, в Елунину потече, предваряя и предъспевая, да никто же возвестит елуняном, да напад внезапу улучит намеренное. Четыредесят же дней, отнеле же в Елунину водворися Иоанн и затворися, прейде и уже ослабляющимся розытися, мняще яко преста мучитель гонити я. Иоанн же, укрепляя собравшихся, да праздник Благовещения приспевшии празднуют вкупе вси, понеже знаменито, рече, бывает в праздники время, знаменитаго ради Божия присещения. И тако вси удержашася. Промышляя же рабом своим полезная, Бог вложи некоему от слышавших мучителево погнание, иже прежде враждоваше ко Иоанну, преложися тогда на пожаление, возвестити грядущее воиньство елуняном и в своем неистовстве прощение испросити у Иоанна. Предварив мучителя в Елунину утече и о скором прибытии воиньства оныя уведоми. Иоанн же слышав, возвести и сущим с ним, заповедая молити прилежно всемилостиваго Бога, да я сохранит от разхищения мучителева и подаст крепость и силу к подвигу, и удалит от них всякое приложение лукаваго, и добре совершит течение их. Они же, яко ощутиша мучительское пришествие, слезами многими и хлипанием горцем во умилении сердца и в сокрушении души, моляще, просяще и убеждающе благость Божию, да не оставит я в поругание быти врагом. Сам же военачалник Христовых воинов Иоанн, отложив прочее сетование, светлым образом ко всем показуяся и вся укрепляя и утвержая, глаголаше Давыдово: «мужайтеся, и да крепится сердце ваше вси уповающии на Господа». И с некими совещавая, приготовляшеся от забрал и кровов видением срестися мучителю и совопроситится о чесом, аще требование призовет словесы, и сия и прочая боголюбивейшим о нем совещателем, ко общей всех пользе совещающимся и от часа в час мучителя с воины ожидающим. Приближися абие мучитель и воини к месту и узреша стрегущия на кровах и забралах, ополчившася и яко аще зима бе и вечер, огнь посреде ополчения возжгоша, пребирахуся. Блаженному же Иоанну с благочестивою дружиною совещавшуся, послаша некоторыя к мучителю з дары, да никто же им злое сотворит, понеже в царственных винах не повинни, а собралися и затворилися от онаго самого страха, яко принуждают до триперстнаго сложения и прочих новин. Он же отсла посланники безделны. И абие приступи мучитель с воины к дому, в нем же воини Христови затворишася, устремлюющеся со оружием на взятие. Видев же на забралех и кровех предстоящыя люди, вопроси с яростию: «Кто есть в вас олончанин Семенов толковщик (тако бо звашеся от противних)?» Иоанн же громосветлым гласом (ибо таков имяше) отвеща: «Убогии и меньшии Владыки моего раб аз есмь. Кто же вы тако во ополчении ратническом, яко на языки приидосте и что имате до мене оглавите, и подобающее вам отвещаю». Тогда взреве мучитель елико могущ гласом: «Маэор есмь, а се со мною воини, — рече, — послани по указу императорскаго величества от вицъгубернатора Солового ис Тары взыскивати в царственных винах повинныя. Но и ты, Семенов, многия народы смутил, от церкви и от священников отвратил, треми персты крестное знамение и прочее церковное служение отметати научил, многия о сем мучимых доводы свидетельствуют на тя. Но и зде, яже видим, колицы народи с тобою в собрании и яко безсловеснии скоти на заколение приводитися приготовлени. Вси же тобою смущенни и соблажнени суть и не явно ли важная сия вина твоя и сущих с тобою есть. И что еще требуем иных доказании, яко своим наездом улучихом. И аще повинетеся и дерзости, ю же творите раскаетеся, и в таковых к тому не быти обещаетеся, то нас абие не аки ратники, но аки мирники, повергших оружие узрите и яко гостившия у вас, и отъезжаем простите услышите, и ни едино же зло помыслим о вас. Аще же не раскаетеся и не повинетеся да весте, яко повинути вы приидохом и не отступим, дондеже повинетеся, и разбивше затворы и утвержения ваша, извлечем вы и на повинутие понудим». Отвеща же к маэору военачальник Христовых страдалцев Иоанн: «Мы от прародителей по Евангелию научени Божие Богови воздавати, а кесареви кесарева. Тем же императорскому величеству всякую честь и повинутие, подобающее подданства, отдаяти долженствуем и никако же противимся, и не буди нам. Триперстное же сложение и прочия новины новых книг отметаем не по противлению, но за правое своея совести, яко несогласная древлецерковному содержанию, яже мы ко спасению нашему достоверно имеем, паче древлецерковное содержание, яко сие держаще мнози российстии чюдотворцы спасошася. Новая же, новых книг держащии, ни един слышится что дивное и доброе содея и творит, разве злое по злем день от дне и слышати ужасное. Сих ради мы надежное нашему спасению древлецерковное содержание соблюдающе, к новому же принуждения боящеся и зде, елико Бог благоволи собрахомся. Понеже слышахом от вас, яко не толико в царственных винах повинныя взыскуете, елико двома персты знаменающыяся истязуете, и елицех обрящете, мучите, дондеже к триперстному принудите, неприемлющыя же смертем предаваете, яко же и предглаголасте не отступити от нас, аще не повинемся новин прияти. Но зрите, яко мы на сие собрахомся, да или мужествовавше преодолеем вашия злобы нашим терпением, в затворах сих пребывше до вашего отступления, или не отступающе нападати начнете, огнем скончаемся. Известитеся, яко не предамы святоотеческаго благоверия, не приимем нововводнаго никонияньскаго смущения; тех есмы свойственницы, к ним же во обители искус приражения иместе, единаго военачалника с ним и дружина, той же науки свиток старопечатныя книги учихом, оружие двема персты крестное знамение тоежде к вам употребляем, победу на вы – наше скончание такожде вам предвозвещаем, престаните устрашающе нас и отступите, вземше сия от нас дары». И с словом купно мешец сто рублев денег пред мучителя повергше. Той же, сребролюбия недугом убодом, сам взяти постыдеся, воинам обаче наманув, глаголя: «Вам пригодится, возмите». К предстоящим же на забралах и кровех рабом Божиим рече: «Не прельщайтеся, не можете от нас искупитися, ни же отглаголатися. Аще и все елико имате имения измещите, не отступим, аще и воздух словесы наполните, ко извинению не преклоните же ся на повинутие, не отъидем». И воином, держащим оружие огнепалное стреляти назнаменова, древесы же долгими и иными орудии забрала, врата и оконца разбивати и разрушати, воином возопи: «Промышляйте!» Незлобивии же агньцы, кроткаго пастыря ученицы, видевше мучительскую лютость и зверское того нападание, подражающе божественныи глас: «Иже не приемлют вы, — рече, — и прах от ног ваших на них отрясите», обратившеся абие, рекуще: «Ельма мира словесе и дары не приемлете, вместо же сих стрелы пущаете и конечнее разбивати устремляетеся, прочее мы не ведуще чим удовлити вас, точию сим». И с словом купно с неколиких пищалей пустиша пули (яже едина улучи самого маэора, но не уби, иже помале исцеле). И абие воспеша сладцем гласом и умиленным: «Владычице, приими молитву раб своих и избави нас от всякия нужды и печали», — и вступиша в предуготованныя на сожжение храмы, и затворишася, дыму тонку восходящу, и потом огнь возжеся велии, слышахуся страдалцы Христовы песни подобны блаженнаго скончания их поюще. И тако огнепалнии по благочестии ревнителие, православия поборницы, храбрии Христовы воини, истиннии страстотерпцы мученицы священнии, подвига благочестиваго поприще прошедше, веру Христову целу соблюдше, догму церковную праву усветливше, святоотеческое содержание непременно удержавше, никониянское же злочестие мужески отринувше, и конец предивно огнепролиянною тех кровию в славу Божию благочестне печатлеша, 1100 мученик огнесожжением скончашася лету текущу от Адама 7231-му, марта в 24 день. Их же священныя чревеса и кости нецыи христолюбцы, тогда честне собравше, земли предаша. Последи же брат сущии по плоти предпоминаемаго Иоанна, Никифор, на месте быв и кость едину сожженных обретя, плака доволно и, слезами облияв, целова, и, гроб соделав, во оном тую с прочими прахом затвори, надгробно же во умилении души привопльствуя пророка гласом: «кто даст главе моей воду и очима источник слез», и праотца Иакова гласом, о земле глаголаше: «Возопившая к Богу за кровь Авелеву, возопи и ныне со мною за кровь воистинну незлобивых сих Авелев. О небо, воньми и приникни со мною ныне над сих всеусердных поднебесников, о солнце и луно, испустите своя лучи над очи затворенныя пред собою выну Господа. Убо и вы, поле и степи, дубравы и лесы, возстените и восколеблитеся со мною над жупищи и прахом почивающих в недрех ваших по плоти сродников и рачителей благочестия всетеплейших». И тако намнозе приветствовав, в могилу гроб вложи и землею погребе. И наверху могилы в память вечно достойную крестных страдальцев, трисоставныи Христов крест, устроив добре, водрузи, и оградою в честь мучеников изрядно огради, да не попираются скоты. И конечне поклонився кресту, и вечную память погребенным прирек, оставль, и отъиде, славя и благодаря Бога, давшаго таковое терпение рабом своим.

Надсловие

Что мы прочее к сим возглаголем, что ли на исход за благочестие пострадавших огнесожжением сибирских страдалцев возгласим, не вемы. Тако нас предтекущая смяте повесть: ум наш яко лист потрясе, мысли нашя яко прах расточи, чювства наши яко врата раствори и въправду, поелику убо цветут слезы, потолику потрясается ум, поелику возрастает воздыхание, потолику расточают мысли, но кто убо, аще бы и стоязычен был, и не весь уста. И како возможно толиким и таковым по достоинству приложити слово, иже бо от естества данное жити желание презревшим и умрети паче, нежели с нечестивыми пребывати избравшим; и плотем их, преужаснейшую огнесожжением приимшим смерть, которую разве ангельский язык прославити весть; и рукам их, тростия, соломы и зелия приготовления на самосожжение, еже подсолнечную привлече на удивление; и ногам тех, входящим в храмы, на пламы ступание всю тварь приведе на почюждение; и очию онех, в лютости ярящагося огня помизание, яже вся небесныя силы приведе на созерцание; глас же блаженных и воздыхание с разлитием купно виющагося огневозношения, иже самого подвигоположника Бога преклони на видение. О, мужества, о, ревности, о, дерзновения по благочестии! Что убо тыя возгласим, Финеесы ли, Илии ли, или вавилонския отроки, Маккавеи ли и тех матерь Соломонию, мученицы ли, Домнину и дщери тоя Виринию и Проскудию и прочия по благочестии мужествовавшыя; не погрешим, но пралучне новыя Финеесы, Илии и прочия тыя наречем. Читаем в священном писании о мужестве Финеесове, иже воздвиг копие Замврия блудне мариамитине сплетшася, мужествуя по законе, прободе. Но сия сибирстии Финеесы не на другия копия воздвизаху, но себе на сожжение храмы мужествующе по благодати приготовляху. Дивно глашают 4-х царств книги о ревности Илиине, иже четыреста пророк мерских, ревнуя по Господе Бозе Вседержителе, ножем закла, но сами на сожжение во огнь входяще, ревнующе по Господе Бозе сгараху. Пречюдно гремит книга пророчества Даниилова о дерзновении по благочетии отечестем, иже в Вавилоне ко Навхудоносору ответствовавших отрок: «Разумно да будет ти, о царю, — глаголющих, — яко мы богом твоим не служим и образу златому, его же поставил еси, не кланяемся». Но сии елунстии отроцы, по благочестии отечестем ретящеся: «Разумно да будет вам, — глаголаху к мучителю, — яко мы древлеотеческаго благочестия, еже двема перстома знаменатися, и прочаго святоцерковнаго содержания не отстанем, новаго же никонианскаго смущения, еже треми персты знаменатися, и прочих новин не приимем, и аще отступите, благо же, аще ли не отступите, се мы в приготовлении всяцем на сожжение». Повествует же с похвалою Богослов и Макавеох и тех матери Соломонии, иже друг друга ко страданию возбуждающе и паки мати подвизающи: «станите добре, чада, станите в законе и воньмите страдание ваше совершити», и со смертию чад и свою душю ускори самоввержением в сковраду предати Господеви. Но и предъявленнии сибиротомстии истины рачителие, всеусердно друг друга поощряюще, глаголаху: «Мужаемся о истинне, мужаемся до смерти, аще не ныне по благочестии умрем, умрем же всяко и естеству долъжная отдамы», — и с сим затворяющеся благочестне самосожжением душя своя Господеви отдаяху. Почитает святая церковь со ублажением летныя памяти мучениц Домнины и дщерей ея, самоввергшихся в воду и утонувших, разсуждение, яко лучше водою утопитися, нежели беззаконным в руки вдатися. Убо и предпомянутии елуньстии страдалцы, благоразсуждающе, добре присудиша лучше в славу Божию собою огнем скончатися, неже злобожным кровопийцем в руки вдатися, и совет делом заключивше, души с телом благочестне огнем разлучивше. Кто убо не почюдится Финеесову мужеству? Кто не подивится Илиине по Бозе ревности? Кто покивает главою отроков по благочестии дерзновению? Кто не потрясется Маккавеов и тех матери по законех отеческих на подвиг возбуждению? Кто не содрогнет душею мучениц Домнины и тоя дщерей благоугодному разсуждению? Их же святая церковь почитает. Их же церковнии учители похваляют. О них же всякое противное вещание умолчавает. О них же всякое неблаго вещание затворяется и всяк неискусныи глагол празден бывает, и всякаго мнения мрак далече отгоняется. Но и сибирстии Финеесы благомужествоваху. Но и томстии Илии по Бозе ревноваху. Но и елунстии отроцы по благочестии дерзаху. Но и ассиоевропийстии Маккавеи по законе святоотеческом друг друга на подвиг возбуждаху. Но и сибиротомстии мученицы Домнины лучши благоразсудиша огнем скончатися, нежели злобожным кровопийцем в руки вдатися. Убо въправду достойни удивлению и похвалы, и почитания от православных, яко законно блаженнии мужествоваша, яко по правде священнии страдаша, яко достойне божественнии рачителие подвизашася. Ельма и матере Маккавеов и мучениц Домнины со дщерма самоубиение по естеству и по закону грех бяше смертныи, но понеже по ревности Божии самоубишася, сего ради тем в мужество по законе и в ревность по Бозе от церкви вменися. Не равне ли сим и сибирским о нем ревнителем, иже сами себе на сожжение по ревности Божии предаша, в мужество и в ревность вменится, и помяновения и почитания от всех православных по равней церковней правде да сподобятся. Да заградятся прочее уста, глаголющия неправедная беззаконие гордынею неправилнаго самосожжения и уничижением самоволнаго самоубийства, и сего ради недостоиньством помяновения осуждающия и с православноумершими от веков несочетающия. И всяк язык да исповест, яко воистину не точию помяновения правилнаго от православных со всеми тако по ревности Божии различно благочестно с самоскончавшимися достодолжни, и славы, и похвалам от благочестивых подоболепни, и в ходатайство к Богу от требующих заступления предлагатися достоприятни.

Тем же, слышателие благочестивии, походисте слухом по полю брани, побродисте умом по тризнищу подвижников, созерцасте повести слушанием усердие и мужество сибирских страдалцев, смотристе подвиг огнем скончания елунских мучеников – колико велици быша, какови чюдни показашася, како по благочестии течение и подвиг скончаша, на которыя совершеньства степени востекоша, над солнечную лучи Сибирскую страну уясниша, над лунную светлость Томскую украйну озариша, над дневныи свет Оборецкия степи просветиша. Самыя гремят тех блаженнаго скончания гласы, самыя трубят тех священнаго огнесожжения звуцы, самая возношения пламов, яко столп дыма, кадима от пустыни Ливановы, возносят тех всесвятеишаго издыхания духи. О поля чюднаго! О тризнища подвижников дивнаго! Сравнишася сибирския степи селениом едемским. Уподобишася сибирския поля садовом райским. Причеташася томския селения виноградам небесным, яко произнесоша небесное гроздие страдалец священных. Приложишася белоярския пределы пределом церкви Божия, яко вознесоша всесожжение в воню благоухания Богу всеусердных церковных поборников. Небо земное бысть Елунская пустыня воистинну, яко небесныя наследники стяжа и во отечество, его же вожделеша, выспрь вознесесе. Воевода небесныи по правде бысть предпоминаемыи Иоанн, яко с приложением 1000-щи воинов возшед предстоит престолу, иже в вышних превзятому. Воини бесплотнии поистинне они страдалцы, яко с бесплотными небесными воины совокупишася и тех лику сопредсташа, силнии в крепости, новии благочестия необоримии столпи, их же крепости ужаснеся ад, убояся сатана, устрашишася демони, вострепеташа вся лукавствия духи, посрамися мучитель маэор злочестивыи и того лукавое воинство. Умолкните прочее благочестивых наветницы, положите перст на устех и постыдитеся, хвалящеся о своих триперстнаго сложения и прочих новин поборницех. Не слышатся убо ваши поборники за древнее благочестие поборающе, но низлагающе. Не проповедаются ваши велицыи великими святоцерковными исправлении, но смущении. Не высоко трубят ваши учители святоучительскими сказании, но книжицы новыми и древним учителем церковным несогласными. Мы же радующеся разширяем уста слово плетуще и от словес пение восприюмлюще, мужество страдания предивных сибиротомских страдалцев повесть окончевающе, провозгласим блаженным рачителем блаженнаго упования вечную память. Со святыми покой Христе душя раб своих, иде же несть болезни, ни печали, ни воздыхания, но жизнь вечная. Взаимно же, о священнии страдалцы, о вселюбезнии друзи Божии, яко имеете дерзновение к позвавшему вы на тризнище борения и укрепившему на подвиг страдания Христу Богу, воздадите о нас молитву, вашя священныя подвиги всечестне почитающих, ваши раны и кровей токи всеусердно воспевающих, вашего скончания самосожжение благочестно приемлющих и чтущих. Яко да ходатайством и заступлением вашим получим от Христа Бога милость во благоприятную помощь, мир и тишину, и благословение, здравие и долгожитие, и благодатное присещение, и вконец душам спасение, и царствия небеснаго восприятие, о самом Христе Бозе Господе нашем, Ему же буди слава со Отцем и со Святым Духом, ныне и присно и вовеки веком. Аминь.

Скачать файл в формате PDF

Иоанн Филиппов
выговский киновиарх, автор Истории Выговской пустыни

Во имя Пресвятыя и Живоначальныя и Неразделимыя Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

Аз недостойный и паче всех человек грешный Иоанн, близ сый врат смертных, пишу писание сие рукою моею, чрез которое писание окаянное мое и многогрешное извествую житие и злая моя дела, яже от младеньчества моего даже до самыя смерти творих. Кратким словом, краткости ради времене, исповедаю не ток¬мо отцу моему духовному, но и всей о Христе братии и прощения и молитв с горкими прошу слезами у всего боголюбиваго собрания.

Родихся убо плотьским рождением в мирском многогреховном и многострастном жительстве, по пророку глаголющу: «В беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя моя мати». И изыдох на сей маловременный свет, не родихся банею святыя купели и во отступлении от благочестия возрастох в своеволии. И водворяхся измлада с новолюбители, и учихся от них, и с ними в церквах на службах псалмы говорих, и поях, и праздновах с верою и усердием. И причащахся от их служеб волею за незнание, а последи и за страх. И научихся всякаго зла и всякия неправды, вражды и похищения, клеветы, и лжи, и грабления, и впадох во всякия грехи скверныя, страсти и нечистоты, в блуды и в прелюбодейства скотски и содомски. И по их закону поях себе жену и жих беззаконно во всяких сквернах и нечистотах, и родих дети.

Кого тамо не оскорбих, кого не досадих, кого не соблазних, кого не оклеветах, кому не солгах, кого не обидих, кого не насиловах всякими мздами и похищением и посулами, кому не завидех? Что много глаголю? Но всю волю дияволю сотворих. И за оное беззаконное житие, попущением Божиим приводя к по¬каянию, хотя мя помиловати по пророку, глаголющу: «Броздами и уздою челюсти их востягнеши». Неоднократно больним наказанием и тяжкими болезньми близ я смерти, и во оных болезнех положих многия обеты к Богу, чтоб престати от всякаго богомерзскаго злаго дела и бежати от мира и взыскати путь спасения, покаянием Бога умилостивити.

И дах в поруку по себе Царицу и всех Владычицу Пресвя¬тую Богородицу, и глаголах пред образом ея с горкими слезами: «Аще не отстану всяких злых дел и не отъиду от мира, то не потерпи мне, Господи, ни дни единаго, но погуби мя со беззаконии моими! [В том во всем солгах и преступих обеты свои.] И не отступих от мира, в тая же грехи впадах, но сие творих неодно¬кратно, но многажды. И видех милосердие Божие и долготерпение на мне, окаянном, заступлением и ходатайством Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы, что к ней, аще и малу веру имех, токмо паче всех святых, и плакахся пред образом ея многажды и метахся о землю, и просих милости и долготерпения и настав¬ления.

И некогда приидох во умиление и в страх по некоему сонному видению, помянух вся злая моя дела и ужасохся, и начах плакати и вельми скорбети, и глаголати к себе: «Ах, душе моя окаянная! Что сотворила, за что первие истяжут тя святии ангели, за что ли первие ответ даси, о котором деле отвещаеши? Не имееши на себе святаго крещения и правыя веры! И воспомяни убо страшный суд и горкое воздаяние за согрешение свое, преобидела еси Творца сво¬его заповеди словом и делом и помышлением страшнаго оного будущаго суда пред тмами ангел и пред легеонами человек. И по суде осуждение во огнь неугасающий, и во тму, и скрежет зубный, и в червь неусыпаемый, и в грозу не согреемую, и в тартар преисподний, и в прочия безконечныя муки, которыя уготовашася дияволу и бесом его, в которыя посылаеми будут грешни¬цы, подобнии тебе.

О, люте, убогая душе моя! Веси, яко отступницы и неправоверующии, аще и в неведении, с еретики осуждаются в лютыя муки, такожде и блудницы во огнь идут. А ты, отступница и блудница еси, веси, яко татие и хищницы в муку посылаеми суть. А ты, тать и хищница еси, веси, яко клеветницы и разбойницы в червь неусыпа¬ющий осуждаются. А ты, клеветница еси, веси, яко не помиловав¬шии не помиловани будут. Ты же не помиловала еси, веси, яко всяк злодей и досадитель, и обидник со дияволом осуждаются в пре¬исподнюю глубину огненую. А ты ни единаго добра сотворила пред Богом, ведущи смерть, почто не поминаеши дне того смертнаго и не плачеши дел своих злых, и не помышляеши, кто тя создал, кто душу вдохнул, кто тя оживил, како ти заповеди рек в правой вере творити и хранити, что восприимеши, не сохранши и не со¬блюдши их, ниже истинныя взыскавши веры, таже ниже помыш¬ляеши о страшном суде Божии и о хотящем быти тебе томлении, но сему кальному телу и смердящему, и червем в пищу готовяще¬муся, угождаеши деянием своим злым, гордостию и буйством, и питаешися и сластолюбствуеши, и ризами тленными украшаешися, и славу лестную любиши, и праздными беседами и словесы глумными спасителное свое провождаеши время, ведущи, яко и за слово и помысл отвещати будеши страшному Судии.

Но поне отныне покайся тепле, и умилением, и плачем, и сетованием моли своего Владыку, да помилует тя по велицей милости Своей. Не бо последовала еси святых угодников Божиих бо¬гоугодному житию, их же дело бяше, еже плакати и рыдати при¬сно. Ниже подобишася нынешним страдальцем, иже до излияния кровей своих мужественно за святое древлецерковное благочестие стоят, предающе телеса своя на муки и уды своя на раздробление, инии же, оставляюще домы своя, в пустынях и горах скитаются, храняще отец предание.

Доколе убо ленишися о своем спасении, доколе не отступиши от злых своих, ими же Бога своего гнев сама на ся разжегла еси? Доколе миру сему суетному удивляешися и похотем его работаеши? Доколе дияволу угождаеши мерзскими и гнусными делы? Прибежи убо ко Творцу и Богу своему и припади к Нему, вопиющи яко Давыд, с горкими слезами: «Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих, очисти беззаконие мое. Ты бо еси Бог мой от чрева матере моея и на Тя уповах, да не постыжуся во веки. Научи мя творити волю Твою, скажи мне путь, в онь же пойду. Изведи мя ис темницы сея исповедатися име¬ни Твоему святому и хвалитися во хвале Твоей. Стужающии ми да постыдятся, аз же возрадуюся вовеки и пою имени Твоему, Выш¬ний, яко благо пред преподобными Твоими».

Сия глаголя к себе, горко плакав, ужасаяся и трепеща страшнаго и праведнаго суда Божия. И плаках вельми горкими слезами, бояся за преступления наказания Божия и смертнаго посечения. И покинух дом и бежах от мира, и приидох в сию Выговскую пустыню. И преже скитахся время некое немного по пустыни.

Таже крестихся святым крещением во истинней православной вере апостольской, отеческой, мученической, утверженной на краеугольном камени и седьмию Вселенскими соборы укрепленной и страстотерпческими кровьми запечатленной. В ней же аз родився водою и Духом от Пресвятыя Матере моея, в немерцающее пресветлое мысленное солнце облеченныя, превозшедшия нощесветную мирскую скоропременную жизнь, и ногами поправшия и украшенныя апостольскими догматы, яко венцем светлующия, парящия же выспрь по аеру в деяниих и в видениих великаго орла крилами, и неемлимыя низуплежнаго змия многообразными коварствы, и непотопленныя изблеванием смердящими змиевыми еретичества во¬дами, и в пустыни благоплодия скитающейся, и з болезнию чада своя раждающия, от таковыя матере аз от ложесн на истинный свет изыдох и млеком воздоихся. Обаче со многими скорбьми и болезньми в совершена же мужа не достигох за сущую во мне леность. Богу же вся возможна, и многими наказованьми от матере церкве повсегда научаем, но косен бых был к послушанию, и разслаблен и несмыслен.

Егда же приидох в сию пустыню, неприемшим мя отцем в киновию, живях особно по своей воли, окружающим мя житейским суетам и попечению всякому неполезному. Несколько лет питахся пашнею, и во время нужных зяблых годов крайней нуж¬ды не могох понести, обдолжихся долгом. И ехав с новогород¬ским старцем в Новъгород на своем осляти, ово за долг, а овое и для прошения милостыни у христолюбцев. И тамо поиман бых, яко злодей, ничтоже содеяв зла, и отдан бых во архиерейский розряд, и истязан, и озлоблен всячески и окован, и сидех за караулом зимною годиною четыренадесять седмиц, всякую нужду понесох. Сперва явихся прямым истинным путем, кто и откуду, а после, для выручки, по уговору тамошных жителей и по их ходатайству для избавления, и своим неможением и о сиротах попечением сказахся не так. В допросах показах себе из миру, где родихся, и приезд свой показах инаго ради случая, хотя таким способом избыти. Не чаях себе о вере истязания, но за малое малодушие и за некрепкое и непрямое о истинне стояние попустися на мя от Бога искушение: вопрошаем бых и о вере з грозою и со озлоблением. И убояхся мук, показах крестное знамение треми персты, со своими ложны¬ми допросами соединихся и озлоблен бых великою досадою. И после сего начах вельми плакати и скорбети о своем отступ¬лении денно и нощно, и молити всемилостиваго Господа Бога. И призывах на помощь в молитвах великую християнскую Зас¬тупницу, всех Царицу и Владычицу Пресвятую Богородицу, и скораго в бедах помощника святителя Николу Чюдотворца и всех святых о избавлении, дабы мя от рова погибели своими молит¬вами избавили. И их заступлением отпущен бых. Аще и много ратоваша враждующии, но все коварство их исчезоша и погибоша.

И приидох в сию пустыню и жих особь своеволием и слабостию и леностию и небрежением во гресех своих, не пекохся о души своей, но о суетном житии всегда пекохся. Не плакахся о своем отступлении и согрешении, и наказан бых от Бога огнепожарным искушением и отъятием чюдотворнаго образа Пресвятыя Богородицы, и от семьи своея, овых смертным посечением, а овых и в мир отхождением. И убояхся, окаянный, страхом велиим и начах помышляти в себе и плакати и скорбети вельми. И по плачи начах благодарити всемилостиваго Господа Бога, яко и еще с милостию наказа мя милостивый Господь, еще оставил мя от огненнаго незапнаго запаления, не хотя смерти грешником, но ожидая моего покаяния. И начах даватися в Бо¬гоявленскую сию киновию и прият бых милостивыми наши отцами и братиею.

И начах во обители жити в посланных службах и во отхожих и монастырьских в небрежении и в неуправлении, и в суете, и унынии. И братские службы за леностию и слабостию и человекоугодием не добре отправлях и чинов братских данных не сохранях. Данная ми лета на покаяние изжих в молвах и в лено¬сти, а уреченныя ми дни скончах в небрежении. А о истинней жизни мало попечение творях, прельщаяся отлаганием смертнаго часа и люблением окаянныя жизни сея ложными надеждами долгожитием и благопребыванием веселяся.

Увы, великою прелестию прельстился, окаянный аз, вечная бла¬гая в забытие положих, маловременными суетными украдаем, прельстихся страшнаго Божия суда и трепетнаго онаго истязания не убояхся, в онь же вся наша тайная обьявлена будут. И огненныя клокочющыя непостоянныя пламенем реки не страшахся, вся поядающыя, камения и горы. И осуждения безконечнаго лютаго от праведнаго Судии в горкия и страшныя и нестерпимыя муки не ужасахся прежде того приходящаго смертнаго часа, и болезненныя тоя чаши не бояся, понеже вси пити ю имамы, и яко безсмертен пребывах, гроба же темнаго и трилакотнаго, и разсыпанию телесных удов, и червей ядовитых, и в прах обращения не помних. И на исхождении души моея нечистыя и страстныя от окаяннаго ми тела, смраднаго и тленнаго, не готовихся и не памятовах, коликая истязания трепетная и нужная от лукавых и темных и нечистых бесов буду подъяти. В прехождении же воздушных мытарств, каковая бедная и лютая и незреченная постигнути хо¬тят! О, горе и увы мне, страстному! Вся сия в забвение положих, не попекохся, яко же подобает, но глумлением и небрежением и леностию препроводил дни своя.

Се ныне, увы мне, к концу притекох, и горе мне, яко сице в нечаянии постижен бых и не убо разумех, яко воистину суета человеческая житие се, и всуе мятется всяк земнородный, яко же реша книги, и краткий путь, им же тецем, дым есть и сон се, и всуе мятется всяк человек, пара и персть и пепел, вмале явля¬ется и вскоре погибает. И день убо к вечеру моея жизни приходит, солнце же к западу моего века приспе, тма прочее постизает мя без¬лунна, и не вем, что срящет мя.

Увы мне, увы мне, любимицы мои, друзи мои и братия моя воз¬любленная и вожделенная! Се убо к другому веку прехожду и ко друзей жизни некончаемей, к Царю Славы, Его же трепещет небо и земля трясется, Его же ангели ужасаются и херувими страшатся, пред Его же величеством вся тварь колеблется. К таковому страшному и ужасному Царю и нелицемерному идти и предстати имам, и хотящии мя пояти приближаются, безсмертнии страшнии слуги великаго и страшнаго Царя. И сия быти вскоре чаю, понеже много¬страстная сия плоть моя скорбьми и болезньми и частыми недуги одолевается, и свет от очию моею оскудевает, и крепость телесная во мне до конца оскуде, и се прочее исполу мертв есмь и недейств, и никое ино чаяние ми предлежит, точию смерть и от сея жизни исход на он век. Всячески приидет сие время, приидет и не медлит! Пойду и к тому уже к вам не возъвращуся, жду повеления Владыки моего и Бога и Царя страшнаго и славнаго, Его же царствие безконечно и безсмертно, Ему же вся поклоняют¬ся небесная и земная и преисподняя, Ему же раб нарекохся, аще и работы не сохраних, Его же ради любве мира отбегох, аще и пристрастия его не отвергох, и се ужасаюся и трепещу, яко не приготовлен есмь. Безвестие же пути онаго далнаго страшит мя и смущает мя, да некако темный князь и миродержец, лютии они истязатели представше, пакость ми деяти будут за многая моя со¬грешения в ведении и не в ведении содеянная.

Егда же ужасная сия тайна и страшная всем совершится надо мною — ох, увы и горе часа онаго, егда необходимый должник при¬идет и в мале прю свою со мною сотворит! Егда яко хищник смерть приидет и, разрушая моя телесныя составы, яко тлитель разрушити моя уды, и яко не суща мя покажет, яко и не бывша — оле, моея горькия и нестерпимыя болезни! Тогда тело мое смрадное и нечистое, не имея видения ни доброты, гробу предается и землею покрывает¬ся, смрад испущая и червьми ядомо и разсыпаемо. Душа же моя ока¬янная и страстная плачющися влекома страшными словоиспытатели, биема и ураняема, трепещущи лют, боящися, да не предана будет лукавым и немилостивым бесом, да не ввергут ю в преисподняя адовы темницы, да не заключат ю со узники вечными во тме и сени смертней.

Егда же в неведомый он путь долгий поведена будет ведущими прейти лютая истязания на воздусе горкая мытарства — увы мне, кто буду и что содею, како пройду путь оный, наполненый невидимых убийц, страшных и мрачных демонов, их и самое видение смер¬ти предати может. Аще и душа, безплотна сущи, умрети не может, — оле, трепета онаго неисповедимаго! Коликая страхования от мрачных тех истязателей, каковая прещения и свирепства, егда принесут содеянная мною и забвенная словеса и дела, и помыш¬ления, и сердечныя мысли тайныя и сокровенныя. Еще же и ложная клевещут, многая и несведомая, и како тщатся исхитити нуждею от святых ангел и вринути в бездну. О, колико боятися и страшитися имам, окаянный аз, в час он, кого тогда помощника призову и избавителя, к кому тогда молбу сотворю, к кому руки простру, к кому очи возведу, пред ким слезы пролию теплыя, пред ким воздохну из глубины сердечныя, к кому возопию жалостным гла¬сом, кого умолю плачевными глаголы?! Колики тогда помощи требе, коликих молитв и слез горьких, коликаго воздыхания и плача в той час нужный и болезненный!?

Помогите мне, окаянному и страстному, помогите, господие честнии, духовнии мои отцы и братия, матери и сестры возлюбленнии и вожделеннии, и простите ми вся моя согрешения к вам, со¬творенная от дерзости или глупости, или от неразсуждения словом и делом, от ярости и зависти и напрасньства. И всеми моими уды и чювствы елико оскорбих и прогневах кого — во всем прощения прошу и отпущения, елико в своем братстве или вне братства. И помолитеся о мне ко Господу Богу нашему Исусу Христу и пролейте теплыя ваши слезы ко всемогущему нашему Владыце и Богу. Потрудитеся во святых ваших молитвах и поклонех о мне, окаянном, во оно трепетное и помощи достойное время. Не помните моего досаждения к вам и малую мою любовь воспомяните, егда вкупе совокупляхомся и беседовахом, и ядохом, и пихом, и веселихомся.

Се ныне обдержим есмь злыми, яко пси, обыдоша мя лукавии бесове, ищуще погубити мя и свести душу мою во мрачную бездну. Ох, люте мне в сей час и горе мне ныне! Помолитеся, господие мои и госпожи, и пролейте слезы ваши ко Пречистей и Преблагословенней Госпожи нашей и Помощницы Владычицы Богородицы, крепкой Надежди и Заступницы. Да поможет ми ныне своими пречистыми молитвами, да прострет Сыну Своему пречистыя Свои руце, ими же Того, яко младенца, ношаше, и да расторгнет узы грехов, да избавит мя в час сей от зверообразных сих губителей и исторгнет мя от рук их злолютных. Может бо Сия избавити мя от всякия скорби и нужда, яко Мати Бога вышняго, может утешити мя в печали моей, рождши Утешителя миру все¬му. Может и царствию небесному сподобити мя, ибо Та едина небом и землею царствует, и всею видимою и невидимою тварию владычествует, милость бо Ея ко грешником несказанна есть, и благоутробие неизглаголанно. Точию аще молитвами ва¬шими умолена будет, не надеюся бо на своя дела, не имам что достойно избавления. Не имех чисто и нескверно тело, не имех молитвы чисты, не имех плача и воздыхания непрестаннаго, не имех любве и милосердия нелицемернаго, не имех смиреномудрия и кротости истинныя, ни послушания, ни трудов, ниже прочих дел добрых в сие время на избавление. Ниже имех покаяние истинное, очищающее мя от грехов, но во страстех не¬чистых жизнь свою изнурих, во глумлении пустошном и безстрашии мнозе дни своя изжих.

И се ныне ищу помощи со слезами и не обретаю. Ох мне, горе мне, увы мне, како прельстихся окаянный, како украден бых всестрастный, како явлюся Создателю моему Владыце, како предстану Творцу моему и Содетелю, и что реку и что отвещаю, сам ся осуж¬даю, сам на ся осуждение изрицаю! Воистинну, Владыко, Господи Спасе, достоин аз всякаго осуждения и мучения, понеже пресладкаго Тя Света прогневах, огорчих сладкую Твою отеческу утро¬бу. Дух Твой Святый оскорбих, не помянух Твоего многаго благодеяния и великия милости Твоея и долготерпения крайняго, но помилуй мя, Господи Боже мой, многих ради Твоих щедрот и великия ради Твоея милости и Честныя ради и Святыя Матере Твоея и всех ради святых, и отец моих ради и братии, и матерей, и сестр, молящих Ти ся о мне, окаяннем, и терпящих Тебе ради всякия скор¬би и напасти, и в пустыни сей живущих. Сих ради всех умолен буди и избави мя ныне и всегда от врагов моих лютых и лукавых бесов, хотящих мя погубити и в бездну темную затворити мя во мрачная адова жилища. Помилуй мя, Господи, ради честныя пречистыя крове Своея, ю же цену великую во искупление за ны дал еси, неблагодарныя и неразумныя, и от клятвы нас свободил еси, быв нас ради клятва, да благословиши нас благословением вечным! Господи Боже наш, великий и страшный, разоривый вечныя адо¬вы темницы и узники свободивый, пресладкий мой свете, Господи Исусе Христе Сыне Божий, иже немощи наша и недуги понесый, иже крайния ради Своея благости брат нам нарещися изволивый по пло¬ти нашея, Владыка наш и Господь сый всех Создатель, иже преж¬де век сый Бог наш, немерцающее солнце, просвети мою грехопадшую душу, избави мя от мучителей сих прелютых, свободи мя от томителей сих нужных! Ангелы Твоя пресветлыя хранители по¬сли моей худости, провождающия безпакостно лукавыя и злолютыя мытарства и истязания, молитв ради Пресвятыя и Пренепорочныя и возлюбленныя Матере Своея, во всяких бедах Помощницы и Избавителницы и непостыдныя Надежды, честнаго ради и святаго крес¬та Твоего, на нем же плотию пригвоздитися изволил еси и нас умерщвенных оживотворив, и того оружие нам дарова на лукавыя враги наша, и хранителя от тех коварств, умных ради и неве-щественных ти чиноначалник и архистратиг Михаила и Гавриила, и прочих сил небесных, служащих непрестанно божественному Твоему хотению, и за спасение человеческое посылаемых от Тебе, идеже Твоя вседержителная хощет держава, друга Твоего ради возлюбленнаго, нашего же предстателя и молитвенника Предтечи и Кре¬стителя Твоего Иоанна, от его же пречистыя руки рабское приял еси крещение, не Своя омывая скверны, источниче святыни, но мо¬их скверностей целое море иорданскими потопляя водами, и верховных Твоих ради апостол Петра и Павла, во Еуангелии Твоем трудившихся много и горкую смерть за Тебе, пресладкаго Владыку, всесладостно претерпевших, и наперстника Твоего возълюбленнаго Иоанна Богослова, наших заступников и помощников крепких и всех дванадесяти другов Твоих и проповедник, и седмидесяти, и праведных богоотец Иоакима и Анны, и Симеона Богоприимца Твоего и дерзновеннаго молитвенника за нас, великих вселенских учителей Василия Великаго, Григория Богослова, Иоанна Златоустаго, и храбрых ради Твоих воинов, иже во своей крови багряницу нетления носящих и змиева коварства поправших: славнаго первомученика архидиякона Стефана и прочих мученик, Ты сам их имена веси. Паче же ради новых Твоих светлых добропобедных страстотерпцев, иже самого сына погибелнаго поправших и кровию своею мечтателное того царство омерзивших, и показавших вселенней самого того древняго нашего губителя и завистника сущи. И преподобных и богоносных отец наших, пастырей вселенских и учителей всемирных, и постников, и пустынников, и воздержников и всех святых Твоих, с ними же всеми наших всегдашних заступников и молитвенников и хранителей: великаго во святителех и чюдотворца Николы, и преподобных и богоносных отец на¬ших Зосимы и Саватия и Германа Соловецких, и великих чюдотворцов Варлаама Хутынскаго, Сергия Радонежскаго, Александра Свирскаго, Александра Ошевенскаго и всех ради росийских чюдотворцов, и присного моего предстателя и хранителя святаго ангела, даннаго ми Тобою, Господи, от святаго крещения. Сих ради всех умилостивися, Господи Боже мой, излей человеколюбия Твоего щед¬роты на мою последнюю нищету, избави мя от врагов моих бесов, простив моя многая безчисленная согрешения туне, и небесному Твоему царствию сподоби, блаженному и безсмертному.

И, аще и умилосердится преблагий и милостивый Господь Бог и помилует мя по милости своей, паче всех согрешившаго, и ва¬шим молитвам, поспешившим ми, и даст ми место покойно, тог¬да возрадуюся и возвеселюся о Бозе Спасе моем, поминая вашу любовь. Аще преодолеют моя тяжчайшая и безчисленная многая беззакония, и предан буду немилостивым томителем врагом — о, горе мне, увы мне, люте мне, отцы мои честнии и братия моя воз¬любленная, и матери, и сестры! Где посажен буду, в которую злосмрадную темницу заключен буду, в какия узы нерешимыя свяжут мя, каковыя раны жестокия дают ми, каково мучение безконечное приимет!? Которыя тогда песни плачевныя воспою, каковыми стонателными гласы воскликну, кого к рыданию призову!? О, горе мне, окаянному, люте мне, беззаконному, увы мне, страстному! И кто мя услышит кричащаго, и кто ми поможет скорбящему, кто мя избавит мучимаго в темницах преисподних и сени смертней, плачющаго неутешно и рыдающаго погибели своея!? И что ожидати буду: избавления ли? Но несть тамо избавления. Покаяния ли? Но несть во аде покаяния. Оле, оле, моея превеликия беды! Оле, моея погибели конечныя! О, горкаго моего плача и многорыдательнаго стонания, ожидая страшнаго Божия суда, ведая, яко осужден бу¬ду в вечныя муки, во огнь негасимый, в тартар преисподний, в червь ядовитый, в грозу непостоянную и в прочия страшныя и грозныя муки, их сам сатана трепещет.

Егда же трубы вострубят и возбудят всех, иже от века умерших, тогда вся земля поколеблется от гласа труб онех, яко вода морская от великой бури, и востанут вси, иже от Адама и до последняго человека, нази и умилении, ждуще праведнаго судии. Река же огненная потечет ревущи и гремящи, яко же свирепое море, вся поядая и пожигая. Праведнии же на облацех взяти будут в стретение престола Христова, грешных же жещи имать огненная река. Зна-мение же небеснаго Царя явится, всех устрашая неверовавших, верныя же и претерпевшия всякия скорби Христа ради возвеселяя и просвещая. В то время громи и трескания и молнии без числа бу¬дут, воиньства же ангельская безъчисленная, огнени видением и страшни, и силни, огненно дыхающе, огненно глаголюще. И престоли поставятся, и Судия страшный явится, грядый на облацех в неизреченней Славе Господь наш Исус Христос, и сядет на престоле Славы Своея, и праведных одесную поставит, грешных же ошуюю, и праведным воздаст небесное царство, грешным же вечныя муки.

Сего ради боюся, сего ради страшуся и ужасаюся и трепещу, да не вечным мукам предан буду.

Прежде же пришествия тоя великия скорби ко мне, истою своею рукою написах сие, доколе еще служит, прощения прошу и разрешения у всех отец моих и братии, и у матерей инокинь, и сестр всех, кого чим оскорбих или кому чим досадих, словом или делом, или инако чим ни есть, в очи или за очи, у всех прощения прошу и благословения вашего, и сам всех прощаю, кто мне в чем досадих или изъгрубил словом или делом, или помышлением, такожде во очи или за очи — во всем прощени да будут от Господа Бога и от мене недостойнаго. Но сам болши прощения требую, но сам разкаиваюся. Кого аз, недостойный, не досадих, кого не озлобих, кого не оскорбих словом и делом? Овых и своими руками бих, а овых бити приказывах и во око¬вы саждах; ово повинны, а ово и без вины. Ово судих правдою, а овое и Господь весть, в неведении и в неразсуждении и неправдою; ово ведением, овое же и неведением. Кому не солгах, кого не оклеветах, кого не соблазних, кого не осудих, кого не оговаривах словом и делом? На кого не гневахся, овое по правде, а овое и без правды, не разсудя и не разсмотря добре, а овое и по человечески?

Также и в посланных службах овое в небрежении, а овое в неразсмотрении, а овое за леностию, а иное и за неведением, а овое же сластолюбием и славолюбием и слабостию держах братскую издержку небрежливо. А овое обоя издержка держалась, собственная монастырская и общая суземская, во обоих делах вся¬чески во обще, одними деньгами. И в разделении издержки, аще в чем, яко человек, согреших, не по правде разделих, аще ведением или неведением, или не разсудя, или забвением — того ради у всех отец и у братии, и у суземских всех жителей слезно про¬щения прошу и молитвы о мне окаянном к Богу.

И сам молю Господа Бога, аще кто в нашем братстве или вне братства, котории мне в чем досадили словом или делом, или помыслом — всех прощаю, чтоб им никакого отместия Господь Бог не сотворил ни в сем веце, ни в будущем за мене, окаяннаго, понеже аз достоин всякой досады и наказания, и аз всех болши досаждах и оскорблях, и чтоб им Господь Бог дал милость свою.

А что кому в своем братстве, в братии или в сестрах, или суземским за какое неисправление грубно глаголах или содеях жестоко, то им поразумети достоит, яко о общей пользе и о их исправлениих сие сотворих. Аще ли что и чрез меру прилучися, и в том прощения прошу, понеже никто же в человецех без порока есть, и недоумение не точию над нами, но и над всеми хвалится и премудрых не оставляет. Но аз и хуждьши всех, аще что и сотворих и дерзнух, но понеже о общих и братских пекуся, чтоб не посрамленым быти нам всем за таковая и пред Богом и человеки, боюся за то гнева и наказания и отместия Божия.

Аще случися чрезмерием произнестися или от ярости, или неразсмотрением, или на сходах в советах что спорих или упрямствовах, милости прошу от Бога и от всех отец моих и братии, и от всех скитских жителей и от самех тех оскорбленных, понеже и вси милости требуем от Бога и от человек про¬щения, токмо един Бог совершен есть.

Детей своих духовных, их же аз, грешный, от святаго креще¬ния восприях, аще велми и мало токмо имех мужеска полу и женска, в нашем братстве живущих или во окрестных скитех, или в далних странах, где кои есть, всех во всем прощаю, буде кто мне в чем непослушание сотворих или инако погрубил, да вси прощени будут Господем Богом и мною грешным. Такожде сродников своих ближних и далних и дщерь свою единочадую по плотьскому рождению, и всех своих прощаю и благословляю, и всем им возвещаю и молением молю, чтоб они по своему обещанию добре в правой вере и в добрых делех жити в послушании и в повиновении у настоятелей и у отцев своих духовных.

И сам аз, грешный, у всех прощения прошу, кому чим досадих и согрубих словом или делом, по правде или не по правде, в неразсуждении и дерзостию всякою. Такожде и аз, недостойный, у отца своего духовнаго прощения прошу и разрешения во всех моих содеянных безъзакониих, елико в чем ему досадих сло¬вом или делом, или помыслом, или что по заочию выговорих, или в чем осудих, во всех прочих прегрешении моих, яже согреших словом и делом и помышлением, яже помню и яже не помню, или во исповеди каким своим небрежением или забвением, или зазрением — во всем прощения прошу и благословения в нынешнем веце и в будущем, и помяновения по смерти моей.

Такожде и у отца своего настоятеля о Господе прощения про¬шу, елико в чем когда не послушах и оскорбих словом и делом, и во очи и за очи, аще что изглаголах или солгах, или согрубих, или осудих, во всем прощения прошу и благословения в сем веце и в будущем, и поминания по смерти моей о души моей окаянной, паче всех человек согрешившей. Ей, молю тя, отче мой честный и любезный, помолися о мне ко Господу Богу во святых своих молитвах и прочих подвигни Господа ради, молю тя.

Аще и не достоин таковаго общаго моления и подвигнутия, по¬неже ничим братства не одолжих и ниже какого блага братству сотворих, но нужда мя сия последняя влечет.

И у всех церковных служителей прощения прошу, елико ког¬да чим согрубих и оскорбих, словом и делом, во очи и за очи, аще что изглаголах или солгах, и неправдовах, в ведении и не в ведении, во всем прощения прошу и благословения в сем веце и в будущем, и помяновения по смерти моей о души моей окаянной. Аще ничим же не задолжих, токмо грубостию моею досадих вам, но ныне прошу не помнити досады и грубости моея к вам, Господа ради. И всех молю честных господ, соборных отец и братию от мала и до велика и до последних, такожде и постниц, матерей и сестр, инокинь и белиц церковниц, и прочих всех трудниц, и больничных, и скитских отец и братию, и всех в пустыни сей жителей, такожде во градех и в селех у всех християн прощения прошу, кого чим согру¬бих или досадих, словом или делом, или кого оглаголах или прогневах, или кому солгах, или осудих, или оклеветах, живущи некогда с ними — у всех прощения прошу и их во всем прощаю, кто буде мне в чем согрубил. Прощения прошу и мо-литвы и помяновения по души моей окаянной ко Господу Богу, аще кого чим оскорбих или согрубих, или досадих, или кого оглаголах, или кому солгах, или оклеветах, или осудих, или на сходах в спорах кому досадих словом и делом, или помышлением, или гневахся на кого и не простихся, или бедных сирот, наемников и нищих чим кого оскорбих или досадих, или обидех словом и делом жестоким или делом и помышле¬нием. Но ныне прошу не помнити досады и грубости моея к вам, Господа ради.

Аще благоволит Господь Бог мой послати по мою унылую грешную душу каким ни есть случаем, как Он, наш милости¬вый Господь Бог Исус Христос, Своим изволением и мило¬сердием по воли Своей святей изволит, помолитися о мне, окаяннем, и помозите ми во страшное оно словоположение. Потрудитеся, Господа ради, не призрите сего моего последняго к вам прошения в сие в самое мне нужное время. А тело мое окаянное, недостойное и скверное, вервицею за ноги задевше, повергните вне монастыря или где пригодится в неугодное место, в блатное или в ров, псом, зверем и птицам на снедение — того оное и достойное. Не смире¬ния ради сия глаголю, но истинно того достойно. Аще и желах и просих у Господа Бога, чтоб посреди града влачиму и поругану быти и повергнуту зверем и птицам на снедение, но воля нашего общаго Владыки, Создателя Господа Бога, как Он, Свет наш милостивый, по моей немощи благоволит, и яко же Ему годе, тако и буди, и буди имя Господне благословенно отныне и до века: Аминь.

Декабря 3 дня 7253 [1744].

Слово отвещательное на возглашение некоего мужа, желающаго малодушие свое дружними недостатки покрыти

Понеже убо присланное от вашего любомудрия сочиненное вами возгласительное слово понуди грубость нашу на подвиг отвещания; ибо показанная вами в этом слове Финеесова ревность венчася радостию сердца слышателей; веющая же ярость ваша, гаждательная буря, сломляет досадою не точию малодушных, но и истинных братолюбителей мысли: яко находиши лютым гаждением на место, основанное исповедническими трудами; наступаешь на селение, собранное отеческими подвигами; наскочеши на жительство, утвержденное святописанными законами; и прогрызаеши утробы святоподвижных отец, давших свет познания истины; биеши по лицею твоея хулы и надсмеивания бедную нашу трудолюбивую братию, приимшую тя радостными сердцами. Но не подобало бы ти, — о, любезне, — надходити с гордым фарисеом на плачущих пред Создателем мытарей; не годствовало бы ти нападати на влекущиеся во вся дни ко Отцу щедрот с обратившимся к покаянию блудным сыном; не надлежало бы ти для защищения слабости твоея поносити пребывающую неотступно во благочестии братию. Ибо глаголеши о жителех нашея страны, яко восприяша залоги тверды в том, дабы со женами не сопрягатися браком, зло некако душевредно изобретоша: нужд своих ради чужих жен или дев придержати; якобы бежаще дыма, паче же во огнь страстей приидоша.

Но чего ради, рцы нам, — о, премудре, — таковым поношением от пустыннаго нашего ковчега, во многих напастных водах плавающаго, ядрила веры отсекаеши? Почто истинных ревнителей отеческих законов души таковою смущения твоего бурею колебаеши? Почто в тернии вымышленныя ти беседы подвигом ревности лукаваго змия крыеши, не понимая реченнаго: свою правду ищуще поставити, правде Божией не повинушася [на поле: Рим. 103]. Или ты мниши, яко и мы не вемы апостольскаго гласа, вещающаго: лучше есть женитися и посягати, нежели разжизатися; и паки: честна женитва о всем и ложе не скверно, блудником же и прелюбодеем судит Бог; и паки: яко блудницы и прелюбодеи царствия Божия не наследят [Коринф. 136. Евр. зач. 333. Коринф. 134]. Сия же обая ведуще, не чести брака гнушаемся, не сопряжение мужа и жены поносим; подобне убо и блудныя главы не венчаем похвальными цветами, ни скареднаго жития покрываем одеялом потаки. Аще убо браки не приемлем, не тайну отревающе, но новин, просыпанных от Никона, убегаем. И сам убо ты основание веры твоея на древлеотеческом благочестии первее положил еси, и веси, яко вся тайны церковныя креста святаго силою освящаются и благословением священническия руки совершение приемлют. В действуемых же ныне тайнах креста двучастнаго, а не трисоставнаго вид зрится. Подобне и благословение иерейское пятиперстное, а не двуперстное видится. Чесо ради мы и отцы наши, ревнующе по древлепреданных уставех и чиноположениих, о новоположенных же исполнениих сомняющеся, трепещем, древнее предание презрев, в новопросыпанные обычаи впасти. Того ради тако брака, яко и прочих тайнодействий, убегаем, боящеся соборныя клятвы: аще, рече, кто предание церкви, писанием или обычаем утверженное, пренебрежет, да будет проклят.

Ты же, малодушие твое древлеотеческия бывшия святоподвижныя чистоты воспоминанием покрывая, о странствующих Бога ради в пустынных дебрех братиях наших вопиеши: аще толикие и таковые столпы (си есть святии древние отцы) тако от жен храняхуся, то не постраждут ли малодушнии, прямо, смело, по сеням блудным ходяще? И сие убо тако. Но можеши ли, рцы нам, — о, любезне, — сицевый суд на вся девы навести? Можеши ли сицеваго осуждения камением вся мужи побити? Аще ли и на сие ополчишися, блюди, да не како побиеши между ними и святаго Виталия, по вся дни в блудилища ходившаго; зри, да не уязвиши древняго мниха иерея Конова,  в девическом монастыре порученное ему крещение и святым мvром жен и девиц помазание, смущающими его помыслы исполняющаго. И аще ты еси ведатель человеческим мыслем, можеши ли прежде совершенно уведати души твоея помыслы: кия от десныя и которыя от шуия страны привпадают? Аще ты судия человеческим согрешениям, можеши ли хотя едину вину обрести в тебе, подлежащую осуждению? Или, видя себя во всем непреткновенна, вся человеки подводиши под противность святыя церкви? О, коль дерзновенно нарицаеши быти всех противниками святыя церкви! Аще убо выя твоя не вся железна, и в горниле неразсудныя ярости не разженна, и в воде пререкания не закаленна, то обратися поне мало на древние отец наших обычаи, и помазанные новолюбия и осуждения братии брением очи твои отверзи, и виждь писанные отец наших уставы и пределения, коль свято и праведно запрещающия: юным с юными не соводворятися; тако девственное и вдовственное целомудрия хранити, яко за несогласие с древлецерковным благочестием к бракосочетанию не совокуплятися; впадшим же кому в тину любодеяния коликая словесы прещения, коликая от соединения отлучения, коликое на тело ран умножение, коликая пред народы постыжения, коликая пред церковию входящим братии поклонения, коликая на трапезе труднейшия до земли метания, коликая эпитимии в посте и в молитвах связания быша и бывают. И сия о впадших зазорно в видимыя согрешения, по гласу святаго апостола Павла: аще, рече, брат, именуем блудник, с таковым ниже ясти; но и о тех святый Афанасий Великий глаголет: мнози бо яве согрешиша, отай же покаяшеся, прощение получиша и Святый Дух прияша; а иже нами мними грешни суще, праведни суть у Бога.

Подобне и о спрягшихся в новобрак коликие подвиги имеша: отлучение тое же, необратное же от тех убегание, яко никогда же знаемых, и непождательное тех из пустынных селений в мир изгнание, и недопущение их не точию в чий дом знаемых, но ни к родителем своим; обращающимся же завещание таково: яко или да муж в отдаленное от жены жилище преидет, или жена в далеком от мужа разстоянии поселение свое возъимеет.

Ты же ни законы прежде бывших отец наших пустынножительных обозрел еси, ни целомудреннаго жития ревнивых братий и сестер воспомянул еси, ни чинимаго преступающим пустынныя обычаи жестокаго наказания в память прияти восхотел еси, но едино фарисейскаго нрава песие безстудие прием, лаеши на праведные и грешные единако; не воспомянул еси святаго Иоанна Милостиваго, патриарха Александрийскаго, к клевещущим на святаго Виталия, ходящаго по вся дни к блудницам в блудилище, глаголющаго: престаните от осуждения, ибо великий Константин царь, данныя ему на епископы и клирики написанныя греховныя дела сжегши, рече: аще бых епископа, или иерея, или инока моима истыма очима видех на греховном деле, то моею одеждою покрыл бых его, да ин никтоже узрит того грешаща. Приводиши ли святаго Златоуста,  обратившаго око на клир свой, имущий при себе дев, аки духовных дщерей и сестер, нарицаемых ими агапиты? Представляеши ли святых соборов священная правила о недержании епископу, пресвитеру, диакону и всякому причетнику в дому своем жены, кроме матери, сестры, и тетки? И о сих убо отеческих завещаниях и соборных запрещениях добре вемы и почитаем, и исполняти по крайней нашей возможности усердствуем. Но и тии отечестии законы больше утверждают таковое, весьма незазорное, пребывание имети церковному клиру, а не простому народу. Обаче и простой народ от сих преданий, якоже мню, несть свободен, ибо и Спаса нашего чтем глаголы: всяк, рече, воззревый на жену, еже вожделети ея, уже прелюбодействова с нею в сердце своем, — не рече убо просто воззрети, но еже вожделети ея: раздели простое зрение от лукаваго сердечнаго залога.
Ты же, — о, любомудре, — наострил еси Финеесово копие не на Мадиямены, но на всю братию и сестры; ненавидел еси девственныя чистоты не точию безбрачных, но и в сопряжении сущих; не прочитал еси повестей о древних Галактионе и Епистимии, и о Андронике и Афанасии, и прочих многих таковых, иже и в сопряжении суще, девственную чистоту соблюдоша [Пролог, окт. 5. Амона, поживша с девицею лет 18. октября 4]. Посмеешилися нынешним Галактионам и Епистимиям, в таковых же теснотах гонения пребывающим? Поругаешилися сущим ныне в пустынных селениях Андроникам и Афанасиям богорадно живущим? Но мы вемы и веруем, яко мнози и последние сии первых чистоту во вдовственном своем житии невредно соблюдоша и соблюдают, по реченному св. Евангелием: Богови единому есть оправдати, или осуждати, ведущему составление комуждо и силу, якоже той Сам един весть [Пролог, сентября 27].

Ты же, гаждая нас, паки возглашаеши: яко многие от вас, не простии, но грамотнии, не токмо на свой вред, но и на соблазн и претыкание внешним, и на велию хулу церковную придержат жен и дев, и часто с ними водворяются. Сими убо тяжчайшими оглаголании терзая нас, размысли о наших многообразных случаех. Инии убо, бегающе гонение за древлеотеческое благочестие, изшедше из мира, с женами и детьми своими пребывают, живуще вдовственное чистое житие; и мнози убо таковии, подвиг сицеваго терпения скончавше, отыдоша в будущий век, не посадивше словес поношения и хулы на нынешние языки. Инии же, имеюще ближних родственниц и тех престарелых, овии же, аще и чужих, но свидетельствованных общим всех соседствующих жителей оком, яко безпорочных и уже многолетних, и могущих и юных свирепство обуздати, — сицевыя незазорныя лица чем осуждены? и кое зазрение на таковые возложиши? коим хульным тернием главу онех обвяжеши?

Сим ли, еже к нам глаголеши: яко вы поистине кары вси Божия понесете, судяще бо инех, а сами горчайшее зло творите? Кое осуждение ваше на ны — молим тя показати? Кое наше горчайшее злотворение? То ли, еже новин убегаем; еже древлеотеческое благочестие лобызаем; еже пустынными отец наших бывшими благочестиями хвалимся? Аще убо киих добродетелей и не соблюдаем, но верою спастися уповаем, по реченному: правдивый мой от веры жив будет.

Ты же, законополагая нам, возглашаеши: а не хотящих с ними, то есть с женами и девами, разлучитися, дабы от церкви отлучали, и с ними никоего общества имели, аки с ругатели церковными и аки с преслушниками правил св. отец. Еще ли наскочеши, — о, любомудре, — безстудным твоим брехотанием на необличившиеся в таковых винах жители, и на сотворшую тебе ничтоже нашу братию! Ибо не препяша ноги твоея, в путь новолюбия бежащия; ниже удержаша тя от вожделения сопряжения; и новоженства твоего часть тебе оставиша; и законы новостей твоих о твоей вые обешени: красуйся ими, яко гривнами, и ликуй в них, яко в вертограде! братия же наша тернием гаждения твоего на всяк день слухи своя чешуще, со благодарением приемлют твоя поношения.

Мы же и о впадающих когда в некое прегрешение, избраннаго сосуда завещание в памяти имеюще, глаголющее [К Галатом 213]: аще и прежде человек впадет в некое прегрешение, вы, духовнии, исправляйте таковаго духом кротости. По которому его завещанию не смеем на кающиеся твоею яростию наскакати; не имеем, по твоему закону, непощадным духовным мечем душевныя главы их отсекати, боящеся, да не постраждем с древним Карпом страшнаго Ісусова изречения [Мучение Дионисия Ареопагита].

Паки же, не имея стыда и боязни, глашаеши: о, за что юными так мудрость Божия укорена, и надсмеяна, и обезчещена! Подобало бы ти, подобало, — о, любезне, — волкояднаго хапания твоего хулу затворити в твоих устнах, и долгий и толстый лисов хвост на хребте памяти дел твоих подъяти, и тако незапаханные следы новоженства твоего оставити нам зрети. Не помниши писаннаго: горе грешнику, ходящу на две стези; и паки: приближаются мне, глаголет Господь, людии сии и устнами чтут Мя, сердце же их далече отстоит от Мене, — всуе чтут Мя; и паки: вем твоя дела, яко ни студен еси, ни тепл: изблевати тя имам от уст Моих. Или ты мниши сим гаждением и напрасною хулою погребсти в пепел забвения содеянное тобою, с приятием новин, жены сопряжение? Но обаче память же того написана есть графиею железною на камени гладце сердец человеческих. Како не трепещеши гордыми твоими устнами глаголати мудрость Божию нами укорену, надсмеяну и обезчещену? Кий таковый тяжкий грех на ны наносиши? Кое таковое беззаконие на ны сплетаеши? Ибо единым от Бога отступлением и хулою мудрость Божия бывает укорена, надсмеяна и обезчещена, а не падением греха. Ты же толь тяжкия вериги на грешные куеши, яко едва и покаянием оныя можно разрешити: на Святаго бо Духа хулившему не оставится [Матф. 46].

И паки гаждаеши, глаголя: почто доселе вы домы таковых не очищаете от стряпух, не разрушаете их беззаконныя любимства и придержания дев и жен, таймичищ некиих лукавых таящихся, аки покровы драгими, чистоты сущими, блуда исполненных и прелюбодеяния? Но на коих убо горах, рцы нам, узрел еси у нас острым осуждения твоего оком блуднические домы? В киих церемониях познал еси беззаконныя любимства? Где увидел еси прелюбодейная таймичища, содержащая дев и жен сонмища? Кого исполненных блуда и прелюбодеяния, под кровом чистоты лежащих, обрел еси? Блудных ли сынов сонмы? Но по вся дни к щедрому Отцу вопиют: согрешихом на небо, и пред Тобою, и несть мы достойны нарещися сынове Твои, сотвори нас яко единых от наемник Твоих. Блудных ли жен и дев совокупление? Но по вся часы кающеся, нозе Владычне слезами моют. Сих ли речеши таящихся под кровом драгия чистоты? О них же св. Златоуст глаголет: всяк, иже себе оглаголуяй, укротевает судиино негодование; и паки от лица Божия вещает [Маргарит, слово]; всякий час даровах вам в покаяние, всякий возраст объемлю: аще младенца принесеши ми, радостию приемлю; аще отроча, немотуя, прибегнет ми, веселюся; аще ли юноша, множае ликовствую о сих; аще и совершеннии мужие притекут, приемлю вся с верою приходящие и, яко братию, целую. И сам Господь, утешая таковые, глаголет [Лука, 79]: радость бывает на небеси о едином грешнице кающемся, нежели девятидесятых и девяти праведных, иже не требуют покаяния.

Ты же, наскочив на всех, безстудно брехочеши на предводителей и на подчиняемые, овех нарицая блудниками и прелюбодеями, других же уступателями таковаго беззакония. Оле, дерзости безчеловечныя! Мню убо, яко не приити в память реченнаго Господем: лицемере, изми первее бервно из очесе твоего и потом узреши изъяти сучец из очесе брата твоего; и паки: научаяй иного, себе ли не учиши! И сим возбуждаем, от юга на север скоро потекл еси, нося во устну твою язык твой изощрен гаждением и хулою, а не сладостию евангельскаго закона и отеческих завещаний помазан. Аще бо согрешит к тебе, глаголет Господь, брат твой: иди, и обличи его между собою и тем единем. И святый авва Дорофей между прочими глаголы вещает: о приключающихся согрешениях не зело стужати, но без смущения показуй пакость, яко от согрешения, не властельски повелевая, но со смирением советуяся с братом, и да не оставиши сердце твое возвыситися на нь, но помяни, яко брат твой есть, и уд о Христе, и образ Божий. И отцы глаголют: аще иному запрещая, на гнев подвигнишися, свою страсть исполнил еси.

Ты же, — о, братолюбче, да не реку ангельниче, — не обличение, в возглашении твоем ко дверем слуха нашего послал еси, но гаждательнаго осуждения глас рекий: почто доселе вы домы таковых блудных стряпух не очищаете, но тако, един другому уступающе и умолчевающе, лицемерно на свою церковь из малых человек влечете срам и уничижение от внешних. Оле, твоего лицемернаго обличения, налияннаго ядом душевреднаго осуждения! Ибо св. авва Дорофей глаголет: еже осуждати есть, еже рещи, яко он сица ложь есть, гневлив есть, блудник есть, се бо осуди самое то завещание души его, глагола: яко таков есть, посуди его, яко такова.

Ты же, — о, любезне, — не единаго, но всея страны нашея жителей под тяжкое иго осуждения низвергл еси, не воспомянув страшнаго Владыки нашего на древняго Иоанна Саваитскаго изречения, глаголющаго: изрините его вон, яко антихрист ми есть, прежде Моего суда той осуди брата своего.

Подобне и предводительствующую богорадне братию поносиши, вопия: един другому лечетеающе и умолчевающе лицемерно и на свою церковь в уступ срам и уничижение, от внешних.

Ты же, — о, любезне, — того ради, гаждая, осуждаеши всех нас, яко покровители беззакония, всуе. Ибо, чтый Священная Писания, неси ли видел повести о отце Аммоне, како скрытую братом в келии под спудом жену, седя вверху делвы, не хотя подати братии соблазна, утаи; по исшествии же прочих из келии, увеща святая та душа онаго внити в страх Божий и сотворити покаяние о душе своей [Пролог, сентября 9]. Не речеши ли, — о, любезне, — и сему в пучине лицемерия утопати, и тем на свою обитель срам и уничижение привлекати? Не подражаеши ли сему суду святого Иоанна Милостиваго, запрещающаго братии осуждати Виталия, в блуднические домы по вся дни ходящаго [Апреля 22, в житии св. Виталия]. Не подклониши ли под те тягости сего осуждения равноапостольнаго царя Константина, видящаго истыми его очима на греховном деле епископов и простых иноков и желающаго одеждою своею покрыти их, да ин никто же узрит тех грешащих?

Аще убо ты (по реченному негде) тако прилежный испытатель жития искренняго еси, прииди и помози ему в нужде, спостражи его немощь, к тому не зазирай ему. Аще бо, рече, с гордынею дерзостный будеши судия, попустит ти Бог в той же грех впасти, яже осуждаеши в нищетнем брате твоем.

Ты же, — о, любомудре, — не воспоминая сих приказаний, терзаеши люте досадою и поношением братоболительныя утробы, и законополагая, вещаеши: домы, в них же лукавая сия таймичища содеваются, глаголю девы и жены соводворяются, пресецыте пути посещения сих любимиц нечестивых, их же ради искони гнев Божий настоит.

Вемы, — о, любезне, — яко на таковые скверные домы, аще где будут, настоит искони, яко же рекл еси, гнев Господень. Но мы на испытание таковыя скверны устроенных домов не имеем и путей на любодейное посещение не углаждаем, кроме случающияся неминучия благословныя потребы: яко больна ли кто кого посетит когда, но имеет в том себе на оправдание заповедь Божию; послужит ли чем кто кому, но ведает и сосуда избраннаго, благодаривша иногда Мариам за вся к ним послужения; сроднии ли друг о друзе попекутся когда, и тех елико союз сродства, толико Павлово завещание понуждет на сие, глаголющее: аще кто, рече, о своих, паче же о присных, не промышляет, не прилежит, веры отвергл ся есть и невернаго горши есть.

Или дивишися, — о, прилежный на братские недостатки зрителю, — яко случаются когда в братии нашей какие соблазны и преткновения? Но не помниши ли притчи, Господом Богом реченныя?  О ней же  и ты в начале слова твоего надпомнил еси: яко уподобися царствие небесное человеку сеявшу доброе семя на селе своем; спящим же человеком прииде враг и всея плевелы посреди пшеницы и отъиде; и егда возрасте трава, явишася плевелы. И аще в насеянном евангельскою проповедью вселенском поле насея враг плевелы: ваше ли едино Стародубское поле остави, не бросив горсти плевелов? И аще тако, то в райской породе ваше житие есть, кроме всякаго смущения. Но и в таковом упокоении боятися надлежит, да не явится кто иной Адам, райских плодов посетитель, и другая Ева, разумнаго древа вкусительница. И аще в раю бяше преступление заповеди Божия, то почто дивишися в толиком народе нашем, к тому же самовластительном, коликому ни буди плевелу расти? Ибо доколе возмогаху у нас отеческие пределы, доколе цветяше в старческих сединах мудрость целомудрия, неодолеваша злоба добродетели: целы бяху церковнии законы, непоколебимы пребываху древлеотеческие обычаи, всех же добродетелей основание и верх страх Божий незыблем стояше, и любовь друг ко другу, яко рай Божий, выну цветяше. Егда же вогнездися в юных мысли змий сластолюбия и сердца их потрясе преслушанием, и мысли их помаза своеволием: тогда начаша презиратися старческия седины, уничтожишися спасительнии обычаи, возростоша плевелы, чистоту добродетели подавляющие, над всеми же сими явися лжебратий лютая сонмища. Ея же клеветами потрясошася общежительства, разоришася скиты, связашася веригами настоятельстии нозе, просыпася нестерпимая гроза во всю пустыню, дебри и блата восплакаша, источники и реки кровавыя струи испустиша, распужено бысть Христовых овец ревнительное стадо, того ради умолкоша отечестии законы, испровергошася пу¬стынные обычаи, пойдоша мнози в пути преступления, побежаша в стези ослушания, и прияша браки, новинами гобзующие. Увы, нашея обиды! Возскрыпе пустыня младенче¬скими колыбелями, огустеша жительства малолетними отрочатами, отворишася врата новолюбным священникам, и все старческое предводительство отъято бысть. Се же все содеяся от потеряния страха Божия и любви к искреннему своему. Не имея бо, рече, страха Божия в себе, повинен есть таковый диаволим начинаниям; и паки: не бояйся Бога и не имеяй страха Его в сердце своем впадет в грехи мнози и тяжки. Подобие и о любви: не любяй бо, рече, брата, пребывает в смерти; всяк бо ненавидяй брата своего человекоубийца есть.

Ваше же любомудрие страхом Божиим ограждаем и горячею любовью к ближним своим распалаем. Не ужаснулся еси вся домы наша, якобы на исполнение блудныя скверны устроенными, нарещи, и вся пути, яко бы на любодейное посещение углаженными, назвати.

Мы же, сия слышаще, Павлово исполняем: аще укоряеми, благословляем; аще гоними, терпим; аще хулими, утишаемся; якоже бо отреби миру быхом, всем попрание доселе.

Тебе же, по законех отеческих добраго ревнителя видяще и дружних недостатков острозрительнаго надзира¬теля разумевающе, покорно молим мыслию твоею к верху добродетелей разсуждения снити, и о нашеме бедном пред¬водительстве разсмотрити. Ибо не можем убо ни властию обладати ряду, ни образом бывати стаду. И того ради последуем Владычней предусмотрительной высокой воле, оставльше расти пшеницу с плевелы купно. Помним же и Тайновидцу реченное Господем, яко время близ есть: обидяй да обидит еще, и скверный да сквернится еще, и праведный правду да творит еще, и святый да святится еще, и се гряду скоро, и мзда Моя со Мною воздати комуждо по делом его. Не идем же мимо и Памвы Великаго, во отцех приказания глаголющаго: в та времена и лета спасаяй спаси душу свою, сей велик будет во царствии небесном, его же да сподобит нас милостивый Господь Бог получити. Аминь.

Послание на Керженец

[О раздоре в крещении между собою тогожде и единаго согласия, о чем последующее сие послание яве покажет. Распри случаем. Послание Спиридона Иванова от Малороссии до Нижних пределов для подлиннаго совета о искомых].

Боголюбивым отцем и братиям: Иакову, Никифору, Симеону, Иоанну, Елисею, Емелиану, Максиму, Ермолаю, Василию и Иоанну и всем, истину любящим.

Сетоваше древле Ревекка, яко во утробе ея два несогласующая сына, Иаков и Исав, брань между собою творяху и матернюю утробу братоборным томлением удручаху о перворождении. Ныне же в нас мати наша церковь: о, колико сетует несогласных ради сынов своих сих — Петра Тимофеева, Макара и Ивана Осиповых и Афанасия Стрелкова, ревнуюших в брани развращенному Исаву. Братию свою сущую ненавидят и гаждают, и сими хулами и досадами любимое носило матери — церкви святыя терзающе, и саму козноплетенным лжесловесием обложиша, и совет премудрейшаго мужа Андрея, преданный нам, попраша. Повелевающе и сами дерзающе от новорукоположенцев второкрестити, от коих рукоположенцев премудрейшие отцы наши обще не соизволиша второкрестити, — о чем и ваше благоразумие весть. На мнение же таковаго второкрещения предлагают от канона апостольскаго 46-го толкование сицево: епископ, или пресвитер, или диакон, аще не похуляет, ни ругается еретическому крещению, но приемлет крещенаго от них, таковый да извержется. Но мы смотрим, и обретаем в сем еретическом крещении святою, соборною и апостольскою церковию разные суды, кои зде и предлагаем.

Первый суд

Председатель перваго вселенскаго собора Сильвестр, папа Римский, Александр, патриарх Александрийский, Евстафий Антиохийский, Макарий Иеросалимский, и прочии святии отцы 318, такожде и втораго, и шестаго вселенских соборов, и прочих поместных, божественнии мужи, действием Пресвятаго Духа, разные суды о еретическом крещении положиша. Овых повелеша, от еретиков крещеные, в соборную пришедших церковь, повторяти крещением. Овых токмо помазовати мvром. Овых же, точию прокленших ереси, приимати. И сицевых святых отец суд не бяше противен святых апостол разуму, но якоже святии апостоли, такожде и соборы святых отец единым и тем же Духом Святым правила писаша, убо и всякаго приятия достойны.

Второй суд

Известно весть ваше благоразумие, яко воздержники и апотактиты, впадше в ересь маркионитскую, в лето от мироздания 5648, их же ереси суть сия: 1. Брака гнушаются, — сатанин быти глаголюще. 2. Вместо вина воду Богови приносят. 3. Одушевленных отрицают снеди. 4. Тварь Божию скверну быти блядут. И таковых убо ради ересей во всех тайнах оставляет их Дух Святый, — убо и крещение их бяше еретическо. Обаче изволися некиим всяко, иже во Асии, смотрения ради многих, прияти их крещение, да будет приято [На поле: Никон. Черног., слово 63]. И архидиакон Алексий законохранитель, истолкова всех святых соборов каноны, лета от создания мира 6400-го, по впадении же воздержных в ересь вящше 700 лет, тожде о них на правило 47-е Василия Великаго глаголет: воде предстоящих и воздержащихся крещение, аще и не приято есть, понеже оставляет их Дух Святый, но смотрения ради, да будет приято. По сем прподобный Никон, бывый в лето 6585-е, по впадении же в ересь воздержных 900 лет, тожде о них глаголет: боюся же, рече, да не како, хотя тех ленивейших (еже крещати) сотворити, возбраним спасающимся. Ниже: со всяцем же словом да вообразится, иже от крещения приходящим, помазуемым быти яве, яко с верными, тако приступати к тайнам [Никон, слово 63]. Но и Матфей Властарь, бывый в лето 6843, по впадении в ересь воздержных 1200 лет минувши, тожде о сих глаголет: но да не опасения, рече, держащеся, ленивейших сих сотворим к соборной приступати церкви. Да приимемся, рече, обычая, и иже о нас устроившим отцем да последуем, яко же оных, мнится, помазуеми святым миром. И сии убо вси учители церковнии и толкователи святых отец канонов в суде сем, мнится, противницы оному о крещении апостольскому правилу, но в том же Дусе Святе и разуме каноны писаху и толковаху, смотряще пользу и созидание церковное убо и приятни суть.

Третий суд

Армени еретики, отпадоша православныя веры в Евтихиеву и Диоскорову ересь, о их же ересех святый Иоанн Никейский и инии историописатели церковнии сице являют: 1. Святаго великаго града Рима сопрестольники и единомысленники святых хулят, яко два естества, и два действа, и два хотения во Христе быти проповедаша. 2. Благочестие их нечестием нарицают. 3. Исповедание их отвержением глаголют. 4. Благочестивых проклинают. 5. Древния книги, истину о Христе разумевающия, отметниками их воплощения Христова и кривосказательми святаго Евангелия объявляют. 6. Древеса боготворят: три кресты спрягше, святою Троицею нарицают, коим нарицанием (аще и не глаголют, обаче) богострастных ересей подобятся. 7. В священной литургии воды в вино не вливают, якоже 6-го вселенскаго собора правило 32 являет. 8. До иерейства тех токмо допускают, кои иерейскаго рода, о чем 33 правило того же собора сказует. 9. Мясо во алтарех варят и то попом всем раздают, яко же в правиле сотом (99-м) читаем. 10. Бездушный опреснок в тела место Христова приемлют, рекше тайнодействуют и глаголют, яко Григорий, Великия Армении епископ, во Азиме, опресноки и без воды подавати велел, о чем Никифор Каллист в книге 18, во главе 54, пишет [О вере. Белоруской печати, л. 282]. 11. От Кесарийской церкви поставления не приемлют, без него же всячески не рукоположени и не крещени суть. И сия убо вся ереси во арменех, по свидетельству святаго Писания, до седьмаго вселенскаго собора быша, еще опричь Халепиных 8 дел. Обаче в великих, и соборных, патриархиях, обращеных армен ко святей церкви токмо мvром помазуют, а не крещают.

И тако убо от сих всех церковных судов явлено бысть, яко еретическое крещение не всяко повторяется, но разными образы в церковь Божию приемлется.

Четвертый суд

Добре убо весть ваше люботщательное, яко по умолению великороссийских архипастырей от вселенскаго патриарха Паисия прислана книга Скрижаль в лето 7161-е, о чем свидетельствуется в той же Скрижали, на листе 100-м втораго счета. Тогда в великороссийских архипастырех и соблазн о вере начася. И того ради, первое собор сотворили в лето 7162-е, от него же в Царь-град, к Паисию патриарху, послаша мужа Мануила с граматами о всех винах, по которой и Соборное Деяние в лето 7163-е оттуду прислаша. И онаго ради Деяния паки великороссийский собор сотвориша в лето 7163-е, на коем бяше Никон, патриарх всея России, Макарий, патриарх Антиохийский,  Гавриил, патриарх Сербский с митрополиты и игумены, и прочетше оное Соборное Деяние, тогда новоиздаша книгу Служебник и прочия книги повелеша напечатать в лето 7163-е [ Предисловие, л. 4 и 8]. И в лето 7164, с великороссийскими архипастыри восточнии патриархи Макарий и Гавриил, с ними же и Григорий, митрополит Никейский, в неделю православия, в соборной церкви крестящихся двема персты, сице прокляли: аще кто по Феодоритову писанию и ложному преданию творит, проклят есть. И сие проклятие в Жезле, на листе 58-м, засвидетельствует, яко в лето 7164-е утвердися, и не покоривии анафеме предашася. И тако издание явися с пременами, — с отъятием же и приложением. Служебник с разными премены в лето 7163-е напечаташа. Триоди Постныя и Цветыя в лето 7164 напечатаны. Ирмолой в лето 7165 и 6-е. Псалтырь со возследованием в лето 7166-е. В сие же лето и еще Служебник новоиздан, в коем на листу 1-м напечатано сице благословением же и повелением великаго государя, святейшаго Никона, архиепископа Московскаго, всея России  патриарха, в шестое лето патриаршества его, шестое издадеся книга сия Служебник, в лето от сотворения мира 7166, индикта 11, месяца июля в 1-й день. И по свидетельству новопечатных книг, разумеем быти до настатия 7167 лета в Великороссии внесенныя противности (архипастырьми) сия: 1. Треми персты знаменатися, а двумя персты знаменающиеся проклинаются, которая клятва в Скрижали, в вопросе и ответе Макария, Антиохийскаго патриарха, и прочих, тако на двоперстное положена: таковый есть, рече, еретик и подражатель арменов, и сего ради имамы его отлучена от Отца и Сына и Святаго Духа, и проклята. 2. Треми первыми персты исповедающе Святую Троицу, новоповелеша сими крест на себе воображати, по Дамаскину Студиту, иподиакону, о чем есть в Скрижали и Псалтырях: не такоже творящии прокляты. 3. Архиереом, сложа персты указательный со средним, великий перст с четвертым, а мизинец особь, мало наклонен имущь (еже знаменают I да С, X да С, сице ІС. ХС. и без титл толкующе), новопредано люди благословляти, и вся таинства церковныя сим благословением освящати, глаголю же: в крещении, в мvроосвящении, в рукоположении, в евхаристии, в покаянии, в браце и елеосвящении. 4. В литургии вместо 7-ми просфир новопредаша имети пять просфир. 5. На просфире агнца Божия: отложение креста трисоставнаго, отложение круглой печати, Божество знаменующей, отложение надписания: «Се Агнец Божий», и прочее, отложение спасительнаго имени с единою литерою пишемаго: ІС. И вместо сих новопредано на просфире имети крест двоечастный, печать четвероугольную, имя Спасово «Іисус» печатати. 6. В Символе веры новопредано: вместо Ісуса — Іисуса; вместо: рождена, а не сотворена — рожденна, не сотворенна; вместо: несть конца — не будет конца. 7. В новопечатных Требниках, изданных в лето 7166, в тайне святаго крещения многия суть отмены, в самых важных отрицаниях и обещаниях, новопреданы, о чем да чтется во ответах. 8. В том же Требнике чин неподобательный по 40 днех младенца вцерковления положен: начертовати младенцем пред дверьми крест, и прочая. 9. В чине  исповедания сокращение. 10. В том же Требнике нововнесение молитвы Трифоновы неслыханной.

О сем вся кратко пробег, воспоминая токмо, а именно важность их и прочих изъявляя, да не замрачим память изшествия словес, хотяй же пространнаго ведения, о сем тамо да чтет.

И сия убо вся до исполнения числа 1666-го произыдоша, чего ради и не можем разумети их православными быти. Доводим сие. Понеже тайнозритель Иоанн во Апокалипсии, в главе 20 предъяви: яко по тысящи лет разрешен будет сатана. Кое предсказание Иоанново церковнии учители над папою Сильвестром Магусом, по тысящи сбывшееся, разумеют, якоже в Книге о вере, во главе 27-й, читаем. Обаче той же писатель о вере, во главе 21, не по исполнении 1000 лет римлян во отступлении быти разумеет, но по седьмом вселенском соборе, бывшем по Рождестве в 787-м лете, при папе Леоне III-м: во Франции веру седми вселенских соборов франкове дерзнули нарушити, сиречь: в символ вселенскаго исповедания веры прилагати начали другий прилог: и от Сына. Но и в Прологе, маиа в 9-й день, на листе 362-м, сице напечатано: западницы о отеческом благочестии, наченше от лета 809-го о исхождении Пресвятаго Духа, еже всем расколом виновно, погрешиша. До зде Пролог. А за опресноки римлянов не токмо по 1000 лет богословцы обличают, но и шестой вселенский собор, бывый в лето 680 по Христе, в каноне 11 обличает и запрещает. Подобне же и Филарет в Изложении пишет. Потребник иноческий, лист 236.

И яко же святии отцы до 1000-го лета у латин в новотворных тайнах не исповедают Духа Святаго схождения, тако убо и ныне благоискуснии мужи до исполнения 1666-го года [1658 в современном исчислении] за новотворство и анафемы в тайнах схождения Духа Святаго не исповедают. Но от лета перемен 1663-го года до 1667-го мнози во оная три лета [в 4-е, 5-е и 6-е лета] и новорукоположишася, и от сих множайшии крещшеся, и потом к древлеправной церкви приступаху. И о таковых благоискуснии божественнаго Писания многими леты труждьшиеся и кровь свою за исповедание православныя веры излиявшие, вся многоразсудительная отеческая чета, яко Соловетстии и Поморские, тако Зарубежские и Новгородские, внимающе с примеров древних (о них же прежде), единых еретиков двоими образы приемлющих, такожде единоумне суд положиша двома образы приимати. Которые во оныя три лета до исполнения 1666 года родившиеся и от тех рукоположенцев крещшиеся за неисполнение еще премен, обращенные не второкрещати положиша. А которые по исполнении 1666 года родишася, таковых второкрестити повелеша.

И от таковаго благоразсудительства отец наших вси Соловетстии, и Поморстии, и Нижегородстии страны, и Феодосеевы, обращенных в древлеправославную веру во оныя три лета рождьшиеся и крещенные на всяко время без второкрещения приемлют. Обаче за сие никим зазрены ниже ограждены, для того, что сие присуждение имуще доводы древних случаев и преданий достоверных, о чем вышеположенные суды являют, яко воздержных, яко армен и прочих еретиков, нуждных ради и благословенных вин, не второкрестити святии приимаху. И Тимофей, Великия церкви презвитер, глаголет: «мы же, рече вся сия разсмотревше, должны есмы обычаю последовати, ныне держащемуся в патриархиях и митрополиях.

Сицево и онии отцы наши и благоискуснии мужие, сущие ведомцы Писания, разсмотривши, таково же последование вящшим обычаем святых сотвориша: священнодиякон Игнатий Соловьянин [сей Игнатий диакон бяше Соловецкаго монастыря, и потом жил в Помории в Даниловом монастыре], Даниил Викульевич, Андрей Денисович с братом своим Симеоном, Леонтий Федосеев, Прокопий Макарьев, Петр Прокопьев [Прокопий и Петр, един по другом, Поморскаго монастыря уставщики, а по них Трифон] и прочие.

Но яко древние страдальцы и премудрейшие отцы, в толиких вышепоказанных новодогматствованиях, и переменах, и анафематисующих истину новорукоположенцев, крещение благоразсудиша покаянием прияти, о чем и вы сами известны есте, и последователи сему истиннии, и мы тожде разумеваем, и храним. И вемы истинно, яко единомысленно, и единокупно с нами: Андрей, Симеон, Никифор, Меркурий, Михайло, и прочие. И иногда вечныя правды словесы беседующе с нами, и вся преднаписанная подобия нам онии представляюще, и свидетельствующе, яко обычай бяше у святых отец — за превеликия перемены от еретических рукоположенцев не второкрещати. И, по таковому страдальческому разсуждению, церковь многотягчайше бегствующих сих новорукоположенцев приемлет. Ибо новорукоположенцы, поборствующие новым преданиям, гонят истину, хулят и анафематисуют держащих истину, и по новопреданному слагающе персты, в тайне крещения благословляют. А бегствующие рукоположенцы веры ради истинныя и преданий староцерковных бегствуют, и в никоих членах богословия не погрешают, наипаче же и страждут за сие, дабы новин не прияти.

Но понеже и Филарет патриарх, аще и ведомых еретиков, латин, обаче без изчисления и уподобления премен, не дерзне в суд крещения вчинити, но предварив сравнением и приуподоблением прочим еретиком, повеле крестити, убо и нам не безызвестно будет нынешних рукоположенцев со святою церковью разнствие воспомянути, да не безмерием суесловия отягчены бывше, отпадем обычая святых.

Но поставим суд и в нем смотрим: аще тягчайше злодействием сии воздержных и армен и оных новорукоположенцев, анафематисующих истину? Никако. Ибо бегствующие токмо погрешают в некоих преданиях сих.

1. Яко от новодогматствующих, не смотря правильнаго повеления о крещении, крещенных не второкрестя приемлют.
2. Мvра безвестнаго действа или священия содержат, или прост елей содержаще, глаголют: помазовати мvром, ибо сущаго уже не имут.
3. Священство от вне приемлюще, без архиерейской власти и благословения повелевает иерей все тайны церковныя совершати.
4. Церкви имут без благословения архиерейскаго и  антимисы  чуждых церквей содержат.
5. Евхаристию, не приявши от архиерея  благодати, действуют,  и сию, не смотря достоинства, по разным людем предают.
6. Не благословенные браки  родителями венчают.
7. Разных вер жениха и невесты венчают.
8. Молитвою и ядением с противоверными общаются и в том никогда отлучения общающимся не творят.
9. Истиннаго учения христиан хулят, а некие дерзне и проклинают.

И таковых ради преступлений, аще и под винами правильными бегствующие иереи, обаче далече суть преже положенных противностьми, тем же и суду ину и ину подлежат.

И на сие отцы и благоумнии учителие наши, твердые доводы приводяще, глаголаху нам. Святый Афанасий Великий ко Антиоху князю во ответе 110-м беседует сице: Есть ересь и ересь, есть суд и суд. Ниже: Не точию же сие, но и в той единой ереси многи и различны суды: ин бо грех проклинающаго люди. Ниже: И ин, проклинающаго истину. До зде Афанасия.  И еще  приводяще, како святый Епифаний, архиепископ Кипрский, во описании всех еретик во главе 47-й воздержник, Маркионовых учеников, от Татиана научившихся, за неравенство ереси в един суд не полагает. И паки: преподобный Никон в слове 51-м глаголет: ІІодобает и се ведати, яко не просто и несмысленне приемля предвчиненная свидетельства, паче же показания божественных Писаний, но егда что подобно сим по нужде и напасти приключится нам. И еще, приводяще преподобнаго Матфея Властаря, во главе 4-й, о обычаях сице заповедающа: о них же писанен не лежит закон, сохранити подобает навычение и обычай. Аще ли же и сего есть оскудение, последовати подобает, иже множае приближающимся и уподобление имущим ко искомому.

Но о нынешних новорукоположенцах, како приимати их, аще писаннаго закона и не имеем, обаче многшее подобление и обычай церковный имеем ко искомому: ему же, яко писанному закону, преподобный Матфей повелевает последовати.

Речет ли кто: кий от святых некрещенных истинным крещением рукоположенцев еретических крещение, не второкрестя, в церковь восприимал, и где таковый обычай и уподобление ко искомому? Глаголем: 1. Обычай ко искомому уподоблению: божественнии отцы во Асийской митрополии, обычаем от воздержник и прочих приемлюще, не второкрестиша [Никон, слово 63]. 2. Преподобный Никон о воздержницех глаголет: устроившим яже о нас отцем последуя, боюся же, да не како, хотяще тех ленивейша, еже крещати, сотворити возбраним спасающимся. 3. Преподобный Матфей о воздержниках глаголет: но да не опасения держащеся, ленивейших сотворим сих к соборной церкви приходити, да приемлемся, рече, обычая, и иже о нас устроившим отцем да последуем [1-й состав, гл. 2]. 4. В великих соборных церквах, рекше патриархиях и митрополиях и прочих, армены и прочие божественным мvром помазуют, а не крещают. 5. Тимофей-презвитер о арменах и прочих глаголет: мы же всякия разсмотривше, должны есмы последовати ныне держащемуся обычаю в патриархиях и митрополиях. 6. Вси благочестивии древнии страдальцы наши, иде же обращающимся в православную веру спасение содевается, до сего настоящаго лета более 67 лет, на всяко лето раждающиеся по новопечатным книгам от лета 1663-го новорукоположенцами, анафематисующими истину, крещенные, кроме второкрещения и епископскаго мvра до лета 1667-го, приимаху.

И тако обще разсудивше о сем: яко бегствующие рукоположенцы далече суть оных воздержник и армен, и сих рукоположенцев, анафематисующих истину, и неподобни суть всяко. И повелеша нам от оных крещеные не второкрестя, приимати.

Посем же Божиим благоволением и сам преизрядный муж Андрей у нас бывши [был в слободах в лето 7220], разсуждая о том церковном требовании, тожде приказа нам древнее их присуждение общее о новорукоположенцах сих бегствующих, хранити неизменно. Тем же и не можем сих совета и приказания в чем преступити или иначе творити, кроме сих отщепенцев и молвотворцев предреченных, ревнителей суще Хамовых, отеческому благосоветию хульников и казнителей сущих, кои преступиша вся пределы отеческие и уставы, вознесшеся над вся, не точію ваша увещания, но и на самаго премудраго мужа Андрея, начаша продерзостию своею безумною чад церковных второкрестити.

1. Прибывшаго человека от нас в Нижний, Леонтия, от бегствующих рукоположенцов принял, не второкрестя, Меркурий [сей Меркурий бяше духовник стрельцов: Макара, Ивана Осиповых и прочиих], во исполнение церковное, и исповеда. И егда сей Леонтий к нам в Малороссию из Нижняго пришед, был три лета в церкви равный христианом во всем, а после ваших грамоток Стрелков его в Великую субботу второкрести, и, тако сотворив, ни отца своего духовнаго устыдеся — дело обругати, ни брата своего в том пощаде.
2. Алексием Феодоровичем кои были в церковь приняты и пред лицем Андрея были, а ныне Стрелков, превзыде совет сих и дело, в Великую субботу второкрести их [без совета Андрея Алексея крестил. В Чернецкой был Андрей].
3. И еще: коих мы, убозии, по совету отеческому приимахом, а той вышепомянутый Стрелков развращает, и от отеческих советоположений отводит и, уловя в свою лесть, второкрещает.
4. И паки: новопришедшим от киих-либо стран, неискусным лицемеруя, нас хулит и поносит, и сих ради, крещеных от бегствующих второкрещает, стадо Христово возмущая и, сомнение ревнителем наводя, глаголет, аки бы мы с поповщиною в сем соединилися.
5. Меркурия за вышепомянутый онаго Леонтия прием и за то, что в Москве со отрицанием сатаны крести принародно, у нас плутом и хульником его нарицал [дети духовныя нарицали Макар и прочии].
6. Грамоткам, во увещание их распри от вашего благоумия присланным, глаголют: не верим и не последуем, для того, что их не отцы писали, но такой же мужик, как и мы, и вольно ему что хощет писать [зане сие писал не Меркурий, но простой учитель Симеон Еремеев].
7. А о богомудром муже Андрее, ему же, премудрости ради и высокаго жития, вся церковная чета говеют, сей, невежествуя, глаголет: аще и отцы не по нашему будут творити, чужды будем.
8. Еликих от ограды учения отец наших в своеумие отторже, запрещает им нас во всяком обществе блюстися, глаголю же: в питии, ядении и в молитве паче иных раздорников освенятися.
9. Из единаго стада Христова сии суеумцы три согласия сотворили. Мы, яко же и быхом, в отеческих советех пребываем. Сии же, Исавово исчадие, на братию свою, нас, возставше, отлучишася, и быша враги, и ненавистники, и пречертатели отеческаго благословения; чрез запрещения отец наших начаша второкрестити, яко же безумная дерзость их настави.

Тем же сущие с ними, во отщепенстве пребывающие, зряще их после отец своих второкрестящих, возсташа на оные, глаголюще: аще отцы ваши, учаще, вас крестиша, то подобает и вас второкрестити.  И тако сии от них отодравшеся, нарицают их Никонова предания общниками быти, яко главнейшие их отцы, оных, до числа 1667-го новыми оными рукоположенцами крещеных, не второкрестя, прияли, и ныне, глаголюще, от лета 1663-го в 4-е, в 5-е, в 6-е лето рожденные и в ереси той крещеные приемлите, убо общницы есте новинам. И сице убо в своем невежестве, яко нетопыреве и вранове нощнии, света истиннаго отец святых лишеннии, во тьме неведения заблудивше, мног соблазн внешним подают, и церковь Христову повреждают.

Тем убо, ради причин сих, с болезнию сердца нашего, молим вашу отеческую милость: умилосердитеся убо о нас, потщитеся благоразсудительными словесы сей пламень раздоров угасити, и зыблемыя нозе от подвижения церковнаго немощных братий посланием от высокаго вашего разума утвердите, и преподайте легкомысленным в нас совет, како доброе от злаго разумети и лесть от истины отлучати. С коими ваше благоразсудительство им прикажете стояти: со оным ли Андреем и прочими, или со оным Стрелковым и подобными ему? Такожде и о нас, Господа ради, слезно просим: попекитеся, благоволите письменно нам объявити: в коей стране верою обретатися? Желаем ваше благосоветие к нам о сем явлено быти, яко Даниила с собранием пророческих гласов, на умерщвление лютаго змия — раздора церковнаго, и преподати нам хлеб утешения, аки Аввакумом Даниилу в рове львов, сих терзающих Тело Христово и изостряющих на ня зубы своя, да не останет что доброты его.

Бог же мира и щедрот, неизреченным человеколюбием, да известит вашему благому сердцу обоюдно о нас самих и о братии нашей, полезная преподати и вся, ко спасению ключимая, безпреткновенно сотворити, во славу и честь возлюбленныя его церкви. Аминь.

Многогрешнии и непотребнии:

Чернец Сергий, чернец Феодосий, чернец Стефан, Михайло Нестеров, Спиридон, Архип, Никон, и прочии, падше на честныя ваши нозе, просим милостивне писанная прияти, долготерпеливне же прочести, а писавшим елей милости излияти, вопиющим: в требовании нашем не оставьте без разрешения.

Елико же в сем невежливо изречено, просим своим благоумием покрыти, и, окончевающе сие, желаем вашего отеческаго благословения и теплых ваших о мире церковном и спасении душ наших молитв к Богу. Аминь.

Писано бысть в лето 7223-е [Ныне же скращенно преписася в лето 7259 ноября 27].

Житие и подвизи блаженнаго инока Кирила перваго Выгорецкаго пустынножителя. создавшаго прежде обители при реце Суне на острову Виданском во Олонецких пределех.

Праведник аще постигнет скончатися в покой будет: похваляему праведнику веселятся люди. множайше же веселие и прибыток, еже святым похваление приносити, полезно бо се, и зело утешно. похвала святым обыче на самого Бога восходити и превозноситися: и в лепоту не яко они таковая требующе, но яко Богу хотящу прославити угодники своя. яко же глаголет во святом евангелии, прославляющаго Мя пред человеки исповем его и Аз пред Отцем Моим небесным. и сих убо смотряя и аз: воспалихся желанием сердца, понуждает мя любовь отеческая, подвизает мя к беседе дабы написати, от многа времени желая от жития Христова подражателя дивнаго пустынножителя блаженнаго отца: но возбраняет недостоинство мое и грубость, понеже имея разум несовершен и всякаго невежествия исполнен; неучен грамматическаго и риторическаго разума, и ни единаго дела стяжах ко исправлению и свою немощь смотряя недостижну, и великому исправлению онаго старца взирая, аки безгласен и безделен в недоумении и ужасти быв не обретая словес потребных, подобных деянию его. како могу аз бедный в нынешнее последнее время таковаго отца житие списати, и неисчетныя труды его сказати, и деяния того и подвиги послушателем слышанна вся сотворити. немощно есть малой ладеицы велико и тяжко бремя налагаемо понести. сице и превосходит нашу немощь и ум подлежащаяся беседа. много и сам мятохся и размышлях в себе угодно ли се будет Богу и угоднику Его пустынножителю отцу Кирилу: но обаче молился всемилостивому всесильному Богу и пречистей Его матери пресвятей Богородицы, яко да вразумит и помилует мене грубаго и неразумнаго: яко да подаст слово мне во отверзении уст моих. не моего ради недостоинства, но молитв ради таковаго старца, и самого того призываю Кирила на помощь, и соосеняющую его благодать духовную, яко да поспешник ми будет, и слову пособник. не похвалы ради старца сия дерзнух писати, но себе на утешение и умиление, души своея и читающим и слушающим на пользу. Аще бо мужа свята житие списано будет то от того польза велика есть и утешение вкупе списателем и сказателем и послушателем, и сие кто слышав негли и поревнует вслед жития его ходити, и от сего приимет пользу; Пишет же Великий Василий, буди ревнитель праву живущим и сих жития и деяния пиши на сердце своем. виждь яко велит жития святых писати не токмо на хартиях, но и на своем сердце, пользы ради, а не скрывати и не таити, а дела Божия проповедати преславно; Аще бо и не писано будет старцево житие никакоже сие вредит того старца, еже не получити ему от нас воспоминания, их же бо имена на небесех Бог написа, сим ни кая же потреба еже от человек требовати писания и воспоминания, но мы сами от сего пользуемся, оставляющу толику пользу. и того ради сия вся собравше начинаем писати: да яко прочии иже не суть видели старца, да и тии почтут и поревнуют старцевой добродетели и его житию. Блажени бо рече не видевшии а веровавше. он бо добрый старец чюдный страстотерпец: без лености повсегда добрым подвигом подвизашеся, николиже обленися. мы же не токмо сами не подвизаемся, но и того готовых чюжих трудов еже в житии его ленимся возвестити писанием, и послушателем слышана сия сотворити, да не забвена будут толикая исправления его. но боюся усумняся, прикоснутися повести, не смею и недоумею како бы сотворити начаток первие подписанию яко выше силы моея дело бысть, но обаче надеюся на милосердаго Бога, и на блаженнаго старца молитву, прошу милости и благодати от Него и дара слову и разума и памяти. творит бо Бог елико хощет и может: еже могий даровати слепым прозрение, хромым хождение и глухим слышание и немым проглаголание: сице может и мое омрачение просветити и неразумие вразумити, и недоумению умение подати. Да убо о имени Господа нашего Исуса Христа рекшаго без Мене не можете творити ничтоже: сего Господа Бога и Спаса Помощника на помощь призываю, Той бо есть Бог наш Великодатель, несмысленным Наказатель, дая умение неумеющим на пользу просящим по силе нашей. И после старца Кирила сходу с монастыря Кириловой пустыни, тако оной монастырь называшеся. бых аз недостойный во оном монастыре при присланном игумене с Великаго Нова града Ефреме и при оставшихся от онаго Кирила старцах во оной обители живущих Иякове Лукичеве с товарищи. Хотя тогда уже и от благочестия неволею в новину приклоньшихся, токмо еще чин и устав оного старца Кирила держащих: видех их чюдное смирение и дивное послушание з безмолвием вся по чину на моление всех сходящихся во едину церковь по вся дни, и на единой же трапезе ядущих с безмолвием, токмо един чтец посреде столовой жертвенник читаше, и на трудех вси со смирением хождаху, и друг ко другу совопрошающеся и повелевающе. и вся службы еще по чину добре устроены храняще и беседовах со оставшими старцы и совопрошах их о старце Кириле и о житии его: они же мне со слезами начаша сказати поминающе оного старца учение, и житие и труды его и подвиги, и з бесы борение, и показующе и келию его. и прочих иноков соловецких выходцев Епифания и Варлаама, где оный Варлаам и погребен: како они пожиша преже монастыря пустынным житием; и аз видех и смотрях прилежно еще ми в юном возрасте, почюдихся и прославих Бога. и после того в сей пустыни живущу ми поминах видех онаго старца в земли погребенна, и воспалихся к нему желанием и начах поминати онаго старца где когда что слышах и писах на малые бумашки что когда спомню, и помышлях когда бы сие собрати во едину тетратку но сумняхся, и по времени видех книжицу малую писания руки дивнаго отца, Соловецкия обители, и за благочестие пострадавшаго, и чюднаго во исповедании о благочестии, и храбраго во страдании, в Пустозерском острове с прочими страдалцы протопопом Аввакумом, и с прочими, скончавшагося инока Епифания, како с ним поживе вышед из Соловецкой обители в пустыни на Суны реке и от многих иных достоверных мужей слышав како той старец Кирил в той пустыни поживе пустынным жестоким житием, и како ту обитель согради и церковь воздвиже Святыя Живоначальныя Троицы, и како братию собра, и како избеже из своея обители от гонителей, и како забеже в сию в Выгорецкую пустыню, и како поживе ту и скончася о Господе: и начах собирати вся писмена вкупе, но писано все не вдруг и не порядочно, перьвое после, а последнее перьво: и начах совокупляти воедино и разбирати по статиям, и написах в трех тетрадех самою простою речию: и начах о сем помышляти, како сие в люди показати: но помыслих отдати начисто переписать и приукрасити речи пристройнее, и молих и нудих некотораго христолюбца, он же приим мое моление и преписа а овые речи и приукраси добре, токмо еще вчерняв: и отдаст мне недостойному пересмотрети, аз же приях от его любезно и разсмотрих и прочтох, иныя статии пространих, а иныя смалих, и написах в славу Святыя Живоначальныя Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и вовеки веком аминь: Но о сем прошу прощения смотрившех и читавших и всех христолюбцев предложения предословию.

О отечестве и о родителех блаженнаго

Есть убо во области великаго Нова града в пределе же Олонецкаго езера Онега на западней стране, село некоторое зело мало именуемо Суна, в нем же есть весь нарицаемая Андреев наволок. яже сего блаженнаго отрока родителие живяста от благочестивых родителей християнскою верою цветуща: отец его именем Ипатий Васильевич сын, мати его именем [..?] живяста по закону богоугодно, имением же и нужными потребами всяк довол имуще.

О рождении блаженнаго

В лето от создания мира 7116 родиста сего блаженнаго отрока, и радовахуся о рождении его яко благослови Бог ложесна мужеска пола. и огласивше его иерейскою молитвою, и того руками породивше во святей купели святым крещением и Карпом именоваша. отрок же растяше, от самых пелен крепляшеся духом о Господе в страсе Божии и наказании родителей своих присно. детских же играний и губительных глумлений, и празднословия всегда бегаше, яко темнаго ада и от бесед вредительных и пустошных яко от смертнаго яда поелику мощно охраняшеся, и прилежаше паче кротости и смирению и молчанию, от частых же снедей весма уклоняшеся, и посту паче внимаше нежели игранию и частым снедем, и пустошным беседам, яко же и прочии отрочата в мире прилежат. но сей всегда яко дряхл хождаше, всегда соводворяшеся со старейшими, слушая и внимая полезных, или сам наедине в молчании пребываше яко и родителем чюдитеся его чюдному смирению и разуму и кротости и воздержанию. в таковом еще детском возрасте. и помышляюще и глаголаху друг на другу что убо будет детище се, и радовахуся о сем и горяще к нему сильнее любовию.

О научении грамоте

Молчание и кротость стяжавшаго, на путь спасения наставляет: сам бо рече Господь: На кого призрю разве на кроткаго и смиреннаго и молчаливаго и трепещущаго Моих словес: что же творит дивный всея твари Содетель, присаждает сердце его к любви писания, да испытав е обрящет живот вечный, от теплоты мягкаго младенческаго сердца. приступает отрок к родителем своим и руце свои на выи тех воздвизает и тихо язык свой к молению со стыдением отверзает, кланяяся и падая на родительскую ногу просит благословения учитися грамоте от слепаго поселянскаго невежества: держай бо рало по Спасову гласу когда умудряется. но присно бо отцу его попечение и прилежание бяше еже землю делати и еже рыбу ловити, и того ради не внимаше отрока молению. но любящим Бога вся по апостолу приуспеют во благое, ибо по многом его молении по некотором времени умягчися нива сердца родительска и каменная поселянская в мягкость преложися: даяше отроку благословение к научению грамоте, и тако вдан бывает блаженный Карп во училище от дому своего яко за пять поприщь в село рекомое Кондолога к священнику: отрок же взяв от родитель благословение с великою радостию верою влеком и прилежанием наставляем не в долгом времени изучися букварь и часослов и псалмы Давыдовы читати добре навыче, и отпущен бысть в дом к родителем своим. Но место то где отрок живяше рекомое Суна прочих книг никакоже стяжа, зане грамотных людей не обреташеся в то время в селе оном. Но отрок яко елень желаше тещи на воды словес, часто прихождаше в село рекомое Кондологу к церкви Успения Пресвятыя Владычицы, к вышеписанному священнику, часто слушая божественныя литоргии, и церковнаго пения и чтения. и от онаго священника взимая книги, прочитоваше, и яко губа воду поглощаше божественных словес начертание. но и священник той, видя отрока смирение возлюби его, и часто наказываше ему по заповедем Господним жити. многажды даяше ему в церкви псалмы читати. отрок же вельми внимаше и учаше со всяким вниманием и прилежанием: и тако отроку преспевающу в духовных и телесных добродетелех, их же ради весма сладок и любезен всем являющеся. аще и кипяше добродетельми, обаче тяжко в себе вменяше еже с мирскими сожитие, но помышляше в себе во уме своем како Богу угодити, и коим ухищрением мира избежати, и часто о сем моляшеся Богу с великим усердием и слезами, и того ради непрестанно желаше всего себе отдать в любовь Христову, о сем вельми печаловашеся, дабы его кто наставил на таковое благое изволение: токмо сам в сердце своем таяше, и не смеяше сего никому поведати, бояся родителей своих да не уведано будет ими прежде времени: аще и хотяше бежати, но пути не веде, и на мнозе блудяше умом сам себе размышляя и глаголаше в себе: бедный Карпе, аще и сотвориша сия, да еще постигнет отец мой яко мощно ему сия сотворити и возвратит мя вспять и тем отца в скорбь вложу, себе же в срам и в студ мног и в поношение всем, а сам не управлен буду таковому рачению: и сего ради прежде времени не смеяше сего сотворити. но искаше прежде себе таковаго чина обрести, кто бы его к таковому делу наставил и путь показал, но не прилучися в то время таковаго человека обрести, или тако Богу изволившу, хотя его искусити мирским житием яко да искуснее явится; а сам на таковое дело бояся без благословения родителей и наставника дерзнути, да не како от диявола запят будет, или родителями возбранен будет, или своим малоумием не достигнет таковаго жития: себе в срам вложит и в поношение, а родителей на гнев и на скорбь подвигнет. отроку же растящу, и разсматряше в себе тленная и временная века сего, яко мимоходяща вся суть и непостоянна, и скорби исполнена, сего ради не внимаше сему житию много волнуемому, и тяжко себе вменяше еже с мирскими сожитие. и того ради непрестанно желаше, всего себе отдати в любовь Христову, всегда о сем часто моляше всемилостиваго Бога да устроит ему ко спасению путь. славу же и богатство вся яже в мире многомятежну и непостоятельну разсуждаше. и доброт земных жития обилие вся елика человеческая на земли, суетна и не суща разумев: деснаго пути емлется, научением божественных книг упражняется, пощение же любяше и сухоядение. празднословия же и смехотворения безчиннаго сквернословесных же и душевредных песен, юношескаго желания ослабляющих душу до конца ненавидяше бе бо благ и кроток всем, уветлив, нищелюбив же по премногу, наипаче же иноческий чин любя зело почиташе, яко и самем родителем дивитися таковаго опасения отрока и благонравия. видяще в юне возрасте и помышляюще в себе не яко от них рожденнаго, яко поистине от Бога дана, и непщеваху. и яко в меру мужа прииде возраст его.

О сопряжении брака

Родителие же его помышляху браку законному причташи и, а юноша присно желаше и помышляше како от всех к Богу угодити, и коим ухищрением мира избежати и упразднитися. и прииде к своим родителем с кротостию и со смирением и любовию отрекашеся, и глаголаше им от писания словеса самого Владыки и Бога, блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят; и апостола Павла глаголы, и женивыйся рече печется, како угодити жене; а неоженивыйся, печется како угодити Господеви, и иная многая словеса глаголаше от божественнаго писания, з жалостию и со умилением и со слезами. они же слышавше от него таковыя глаголы, и начаша его болши понуждати к брачному совокуплению, желающе его видети наследника дому их боящебося да некако избегнет от них на свое произволение, и з жестоким прещением понуждаху отрока: он же видя родительское непреложное устремление, к брачному совокуплению: того ради ратовашеся з борющимися помыслы: оттуду убо понуждаше его родительская воля: а от внутрь удержеваше его к сохранению девства. и нача о сем вельми скорбети и плакати, и глаголаше сам к себе. бедный Карпе, что ныне сотвориши, избери себе едину от сих, или волю родительскую сотвори, или родительския любви лишися. но хотяше воли Господни повинутися паче: ужасашежеся и родителем противитися да не постраждет что лютое яко же и древний мних Малх. иже не послуша родителей своих к браку его приводящих. последи же пленивших его принуждением, и во иночестве сый жене припряжеся: но аще и чистоту соблюде, обаче многая бедонаведения претерпе. сия поминая Карп плачася горько, и нехотя повинуется воли родителей своих; они же абие обретоша отроковицу, именем Татияну. яко в стяжании имения тако и в кротости нрава юноши соравня ему, юже по воли родителй сопрягоша ю с ним, по християнским обычаем законному браку: по реченному: честна женитва о всем и ложе нескверно. но юноша в то время возрастом бе шести надесяти лет, и тако пребывая з женою своею три лета по естественным пределом. она же приемши от него, и роди дщерь, юже и огласивше и крестиша и нарекоша имя Акилина.

О отвержении мира

Но юноша аще брака иго на рамо свое и возложи, и рожденныя от него дщери узою ногу своею связа: обаче искаше како бы ярем креста Господня могл поносити, покушашебося приточне едино око возвести на небо а другое оставити зрети на землю, но не можаше. невозможно бо по гласу самого Спаса: единому рабу двема господинома работати. подобне и тому о мирских прилежащу Богови угодити; и того ради многажды сокрушаяся душею в стонании сердца, яко увязе нога его в сетех мирскаго попечения. о теплыя любве к Богу Божия раба, приемлет бо во уме Спасово слово глаголющее: аще кто любит отца или матерь паче Мене несть Мне достоин, или жену или чада, несть Мне достоин. и сия словеса поминая сам в себе плачася глаголаше, что сотворил еси убогий Карпе: вместо нетленных тленная возлюбил еси. вместо свободы узами себе связал еси. о моего окаянства райскую доброту оставя, терние же и волчец жати изволив, царствия небеснаго славу презрев, в тленных мира сего прелестех валятися восхоте, легкое иго Владыки Моего отложив, тяжкое же бремя печалей мирских на ся возложих; кто имея и ум, не посмеется моему безумию: и тако укаряя себе по вся дни и часы. не даяше сна своима очима и веждома дремания, но непрестанно желаше отлучитися мира и похотей его. милостив же бяше блаженный, и часто послушая пророка Исаии глаголющаго: раздробляй алчущим хлеб свой и нищия бескровныя введи в дом свой: и того ради приимаше нищия, и странных под кров ввождая упокоеваше непрестанно, и с ними беседуя и вопрошаше о спасительных пустынных местех: и слыша от них о некоторой пустыни Юрьегорской, яже отстояше далече от мира, обретается в пределех Каргопольских. яко зело удобна есть ко спасению. ея же первый насельник бяше преподобный Диодор, и по нем братиям богоугодно живущим и труждающимся. и положи блаженный желание в сердцы своем во еже бы быти тамо.

О отшествии из дому родителей своих.

Не по мнозе времени во едину от нощей, всем домашним его, и супрузе, в глубокий сон сведенным бывшим: той же востав скоро взя с собою мало хлеба, и ризу юже всегда ношаше, изыде тайно из дому своего: на него же взирая со слезами ко Господу моляшеся глаголя, всесильный и страшный и от всея твари всеговейно покланяемый Боже и Содетелю Господи мой Исусе Христе изволивый прежде нашего ради странствововати на земли, да нас устранившихся приведеши к себе яко милосерд: Ты всемилостивый Спасе призри ныне от святаго Ти жилища славы Твоея на мене грешнаго и недостойнаго раба твоего, и даждь мне крепость и силу во еже победити вся смущающая мя помыслы, се бо оставляю дом, и родителей моих, и жену и чада имене Твоего ради: Ты же Источниче некончаемый радости сподоби мя вместо сих тленных получити нетленная и вечная благая, яже уготованна суть у Тебе Создателя моего праведным Твоим, и сердце мое воспали в сладчайшую любовь Твою, яко Тебе подобает слава со Отцем и со Святым Духом ныне и присно и вовеки веком аминь. И скончав молитву пойде в путь свой славя Бога. дошедшу же ему в пределы Каргопольския. и по смотрению Божию обрете спутника идуща в предреченную пустыню Юрьегорскую, с ним же пришед во оную пустыню, радовашеся яко сподобися видети желаемое ему пустынное место. Егда же время куроглашения бысть, в неже обычай имут мирския от сна воставати: но Карп в доме не обреташеся поискавше же его в домашних селениях, мняще да негли отведоша его камо некая домовная попечения; но единаче не обреташеся, и того ради в скорби велицей бяху родителие его и супружница: и день от дне провождающе искаху его во окрестных весех но не обретаху, и того  ради плакаху по нем яко по мертвом. отец же его видя сына своего неначаянное отшествие или огласнее родительской болезни рещи пагубу, большею печалию обложи свою душу. такожде и мати его, матерски кричаше женскими умильными гласы причиташе: такожде и супруга его горько вдовства и сиротства своего плакаше, дочь свою малую на руках своих держаше, всяческими умильными женскими гласы стоняше. и стекошася на их горкий плачь вси знаемии и сродственнии с соседи, и вси с ними горько кричаще поминающе его добрыя глаголы от божественнаго писания, како им сказоваше и поучаше их, и глаголаху к родителем: почто вы сие дело над ним не хотящу ему сотворили принудили его силою законному браку сочетатися: родителие же его начаша себе зазирати и каятися, и сугубый вопль к настоящему плачю прилагающе. понеже стрецаше старца лишение сына, яко обременение домашния чади, ибо жену имяше, и невестку со внукою, яже требоваху повседневней пищи и одеяния и прочих. Их же кроме тело пребывати не может. к тому же и земля делателя прошаше, и воды рыболова требоваху и пажити стригущаго их ожидаху, но обрести того не ведяху. Сими же всеми принужден быв Ипатий, и прияв к себе в дом в единожительство зятя своего Ивана со отданною в жену за него дщерию своею, с сестрою же блаженнаго отрока Карпа: и тако живяху мирскими пекущеся и о лишении сына своего сетующе всегда.

О пришествии на Юрьевы горы блаженнаго отрока.

Отрок же прииде во обитель Юрьевгорску еще живу сущу преподобному Диодору яко светилу сияющу в добродетелех. имея у себе в келии подобных себе учеников инока Прохора и другаго священноинока Иоасафа велика обоя по Бозе житием мужа блага и кротка, у отца своего в послушании живуща. яко звезды сияюща в добродетелех. пособствующе отцу во всяких правлениях. и посли отца своего обои строительствовавше во оной обители в монастырьских правлениях по стопам отца своего ходяще и добре правяще. и к ним приступает блаженный отрок Карп и молит и просит их отца своего преподобнаго Диодора молити о нем чтобы ему сподобитися отеческаго благословения и молитвы. да повелено ему будет во обители их пребывати некоторое время. оные же Прохор, Иоасаф видя отрока с великою верою и со слезами. приклоняются к молению отрока. и приводят его к преподобному Диодору, отрок же пад к честным его стопам с великим умилением и со слезами молит и просит о приятии его во обитель. отец же смотря на отрока прозорливым оком возлюби его и повелеваше ему во обители пребывати во всяком послушании и в трудех. отрок же радуюся и веселяшеся и благодаря Бога яко сподобился святаго благословение прияти и желание получити. нача жити блаженный отрок во всяком послушании, и в трудех, повинуяся настоятелю и братии: и кротостию нрава, пленяше всех сердца во еже любити его от всея души. и пребысть тако живый целое годищное время искушашеся, в трудех послушания, и восхоте иночества ярем на себе возложити.

О пострижении во иноческий образ.

Тем же приступает к настоятелю и учеником его любезно объемля тех нозе, землю же слезами омывая. просит облечен быти во иноческий ангелоподобный образ. слышавше же настоятель Диодор и ученицы его Прохор, Иосаф взявше его особь, распросиша по тонку: он же сказа им вся о себе подробну, и глаголаху ему: чадо любезное, тесноту сея пустыни непроходимыя видиши, и сущия в ней тяжкия труды уже искусил еси, иночества же иго како носят братия, можеши разумети. ты же юн сый, того ради не можеши подвига сего терпети: к тому же еще и родителей имаша болящих о тебе, и сожительницу с чадом плачющих отшествия твоего ради: негли некогда и твоя любовь воспалится к любви их, и восхощеши возвратитися к ним паки: и тогда последняя твоя презрению и посмеянию достойна будут. Слышав же Карп таковая увещания, прилагает к слезам слезы, и воплю вопль; и молит их глаголя, простите мя отцы да не тяжек вам буду за невежество мое, ибо вся ведый Господь настави мя приити к вашей святыни, и верую яко начало моего спасения от вас мне датися может: точию прошу вашу благостыню да облечете мя во иноческий образ, искусным вашим разсуждением: да приставите ко мне пестуна разумна могуща мя на добродетельныя пути наставити, от него же научився и идеже аще буду возмогу желаемый мне живот вечный получити, Господня бо есть земля и исполнение ея и на всяком месте владычествия Его, и тако мне милосердия Его, да не будет вами уничтожено прошение. и видевше же его непреложную веру, и усердие, возлагают нань иноческий образ, Кирила того преименоваша потчению тезоименита устроиша в текущее тогда от рождения его в двадесятое лето, повелеваша же ему по обычаю иноческому в послушании быти у некоторого обители тоя искусна инока добродетельнами сединами и разсуднаго нрава красотою сияюща, ведящаго окормляти новоначальныя; у него же Кирил живый, повиновашеся ему. не яко человеку но яко Богу, всегда часто беседоваше с настоятелем и ученики его совопрошающи о духовных дорбродетелех; и волею настоятельскою же и благословением тех во вся монастырская служения пореваше себе присно вся службы прохождаше кроме всякаго прекословия: и бяше образ не точию новоначальным, но и древним жителем, поживе же в таковом послушании украшая себе молитвами и постом и чернечества правилом два лета.

О обхождении блаженнаго по монастырем.

По сем возревнови строящей медвенныя соты трудолюбней пчеле, и на тоя по цвети на сем летание взираяй, возжела походити по разным иноческим обителем, да крепчайшыя образы спасения в души своей напишет, тем же приступив ко отцем и подвизающыя его мысли подносит к тех ушесам, и со всяким смирение просит от них отпущения. что нам отеческим сердцем щедрая любовь, аще и не малу тщету вмениша быти того от них отшествие. но обаче мысленныма очима провидяще хотящую на нем благодать Божию быти, отпускают его от себе, и молитвами и благословением наградивше. прирекоша же ему не отлучатися иноческаго правила. Той же не восхоте в дальныя страны отлучатися, да не виною не пресечется иноческое правило. пришед в Кожеозерский монастырь. его же укрепи пустынным своим безмолвным  житием. преподобный Никодим Кожеозерский при животе его и беседоваше с ним наслаждаяся духовных словес. походив и разсмотрив чины и уставы в той обители; и та обитель отстоит от мира в дальнем растоянии. пустынным житием тогда цветяше: И оттоле восхоте ити в под северную и на полунощную страну Понта окияна иже во оттоце окиянстем, на Соловецкий остров иже соградися честная киновия зданием и трудами и молитвами преподобных отец Зосимы и Саватия, с ними же и сожителя их преподобнаго Германа. восхотев в ней видети чина и устава мнишескаго и общежительнаго, како в ней просияша святых яко звезд в небеси, мнози тогда в нетленных мощах чюдесами процветоша: а иныя тогда, на Соловецком острове пустынном отшельническим житием живяху особно в горах и норах земных ведомыя, а мнози и неведомыя, оных Бог весть: и пришед хотяше насладитися жития их, и от того обогатитися: и помолився в соборной церкви и у гробов преподобных отец со усердием и с теплыми слезами. и прият бысть тоя обители настоятелем; и нача жити с верою и со усердием проходити трудами своими вся службы монастырьския с великим тщанием и смирением и послушанием, и всеми любим бысть тоя обители: и разсмотряше чины и уставы и здания монастырьския: и от гробов преподобных отец Зосимы и Саватия и слыша безчисленныя чюдеса и дивляшеся, и прославляше Бога: и часто беседоваше з боящимися Бога тоя обители честными духовными мужи и со отшельники, но сам в себе разсмотряше и внимаше и на сердце своем писаше: и поживе блаженный во оной обители три лета с великим усердием и вниманием прохождаше вся службы монастырьския, томяше плоть свою, и по молению и прошению блаженнаго, отпущен бысть от тоя обители з благословением отец ту живущих. и возвратися паки в Каргопольския пределы. и пришед близ града Каргополя, во Ошевеньской монастырь, кий созда своими трудами и молитвами Александр Ошевенский. аще и мощи своя под землею сокровенно имеет, но дивными чюдесы всех уверяет. помолися ту со слезами теплыми преподобному Александру, разсмотряя труды его и здания монастырьская, и чины и устав монастырьской; и отшед оттуду в Кенозерский монастырь его же созда преподобный Пахомий на Кенском устье и мощми своими осияет. и ту пребыв мало, разсмотряя; оттуду отъиде в пределы града Олонца: пришед же в Курженскую пустыню, идеже благоухает в земленых недрах преподобный Евфросин Андомский. и тамо смотряше иноческих уставов прилежно. и оттуду пошед в Муромский монастырь и прииде, его же земленую персть преподобный Лазарь положенными мощьми освящает. и ту пребысть неколико время опасно внимая постнических обычаев; Восхотев же и еще к северным странам уклонитися. и прииде в Палеостровский монастырь, его же чюдотворивый Корнилий созда. иже веригами своими отшельною в каменной горе пещерою под молитвенным храмом. тело свое положено быти уверяет. живый же тамо прилежаше прилежно о строениих монастырьских; но и оттуду по мале днех иде в Климецкий монастырь иже стоит при том же великом езере Онеге. его же созда преподобный и чюдный Иона трудами своими и молитвами. и тако быв единаче сам труждаяся, смотряше прочих иноков постническия труды. вся же сия монастыри по отшествии из Юрьевския пустыни приснопамятный Кирил шестилетнаго течения объиде. Потом прииде в монастырь рекомый Задню пустыню и ту пребываше два лета живый во всяком послушании к настоятелю и братии. от града же Олонца во Онежския пределы лежаше тогда путь через оной монастырь. отстояше же от монастыря того по оному пути село некое именуемое Святозеро. и место то бяше благом налияно, за седмь поприщь и неудобь проходимо. Кирил же молив настоятелю и братии да повелит ему оное блато премостити своима рукама в два древа. они же доброе его изволение видевше повелеша желаемое ему исполнити, еже и сотвори. пребысть же в том монастыре два лета: и потом восхоте во обитель великаго отца преподобнаго Александра Свирскаго ити.

О пришествии в монастырь Александров иже на Свире.

Да тамо быв недоконченныя труды и подвиги понесет, и совершенно да навыкнет постническим обычаем и иноческим нравом. и монастырьское строение, и чины и уставы церковныя, крепко в мысли своей вообразит. и пришед в церковь Живоначальныя Троицы и пад пред образом с великим умилением и со слезами. тако же и к раце преподобнаго чюдотворца Александра глаголя. виждь Господи труд мой да не вотще будет хождение мое. Ты мя Господи научи. и настави мя на путь спасения. и тако приступль к настоятелю молит его о приятии в монастырь. он же настоятель виде его смирение. и распрошав его. оной же Кирил все про себе исповедав и прият бысть в монастырь и нача жити во обители Олонецкаго солнца славнаго отца Александра. тогда усердие ко усердию прилагаше. пот к поту соединяше. слезы к слезам источаше. послушание к послушанию совокупляше. поваренныя службы и хлебопекарныя труды с радостию ношаше. лесосечения орания руку яти с радостию подъимаше. рыбным ловитвам и пустынных былия собиранию неленостно прилежаше. во всех бо искусен доблий сей блаженнаго послушания сын. пребысть же в таковом устроении во обители оной пять лет во всяком послушании проходя вся монастырьская службы со всяческим прилежанием и послушанием и вниманием, и разсмотряя и поминая труды и поты преподобнаго отца Александра и часто беседоваше со игуменом и с духовными старцы. совопрошая о общежительном и пустынном житии, и сказоваху ему вельми бо его любляху вси во обители за великое его смирение и послушание. И прииде ему в мысль посетити родителей своих. не для желания или угождения плоти своея, но для спасения родителей своих да вина им будет к вечному спасению и сам от них благословения сподобится, а оных на старость от печали свободит. и егда сицевую мысль от сокровища сердца своего во уши игумену и духовнаго своего отца отрыгну. тогда той немалу тщету возмнеша быти отшествию его от них. отсюду же жалеюще образ послушания его из обители отпустити. отнюду же боящеся, да не будет оный пленен любовию родителей своих и супружницы. Тем же увещают его глаголюще, почто чадо оставляеши спасительное место и в мирския жилища отходиши. уже бо единою умре мирови, почто к нему яко жив обращаешися. почто оставляеши покой и в некончаемыи безпокойство идеши; или не веси жалости родителей твоих, или не знаеши болезни бывающих о детех, их же всех в дому твоем имаши. и аще любовию тех пленишися увы коликая пострадати имаши. таковая увещания от игумена, и от духовнаго отца своего слышав Кирил, глаголет к ним. о прилежнии спасения моего снискателие отцы святии. милостив да будет вам Господь Бог яко толикое в пользу мою прилежание имаше. обаче да востанет от уныния ваша святотеческая мысль, и в веселие надежды да благоволит внити, понеже аще телом и отхожду от вашея святыни, но духом моим неотлучен желаю с вами пребывати. не бо ради мирских похотей умащающих тело во своя возвращаюся. но да посещу иже мя в болезнех рождьших, и вина спасению их да буду. имам законную заповедь на раме моем висящу: чти рече отца твоего и матерь. и апостолово запрещение глаголющее: аще кто не прилежит о своих ему паче о присных, сей и невернаго горши есть. сих ради хощу идти во своя си. да негли возмогу и родителя моя увещати в спасительное иноческое житие, точию молю вашу святыню. дати ми на путь благословение яко молитвы ваша хотению моему на совершение. слышавше же отци непреклонное его нрава, рекоша: благословен Бог хотяй всем спатися, и в разум истинный приити, той да наставит мя на путь спасения, и желание твое да исполнит по божественной Его воли. и Кирилу рекшу Аминь. и тако даде им о Христе целование и отъиде в путь свой.

О пришествии Кирилове в дом родителей своих.

Не помнозех днех достиже дом родителей своих. вонь же вшед и по обычаю мнишескому даде родителема своима еже о Христе целование. тии же видеша его иноческими одеждами многими же трудами и подвиги изнурена, абие с радостию плачь смесивше и с веселием рыдание совокупивше глаголаху: откуду нам се. яко прииде к нам надежда живота нашего, се бо уже шестьнадесят лет круг течения своего вращает, мы же не насладихомся прекраснаго твоего видения любезный сыне наш, не насытихомся пресладкаго твоего гласа. всежаланная утробо наша. но быхом яко нощьнии вранове на нырище бдяще, и яко птицы особящеся, с нощницами воююще плакахом лишения твоего крепкий подпоре старости нашея. ныне же видим тя сладкий наш свете. и о прибытии твоем к нам зело возрадовахомся. срадовашеся родителема и супружница его и дщи его аще и замуж отдана сликовствоваше, яко узре рождьшаго ю тихое лице. и тако всем веселящимся. пребываше блаженный в доме родителей своих не ослабевая нимало в трудех телесеных. иноческое правило присно исполняше. видевше же родители и супруга добродетельное его житие. и ктому не яко по плоти любимаго им быти вменяху, но яко велика отца почитаху. и не смеяху вопрошати его о отшествии из дому.

О отшествии из дому родителей своих на остров Виданский в лето 7148-го.

Минувшим же неколиким днем восхоте паки отъити блаженный впреди реченую великаго отца Александра обитель. призаповедано бо бяше ему тамошними отцы неукосневати в доме родителей своих, и того ради тщашеся немедленно отъити, да не пленится сердце его мира сего любовию; родители же его слышавше о сем. моляху его со слезами и с плачем глаголюще. возлюбленное наше чадо, еще ли хощеши к перьвым нашим болезнем приложити вторую печаль. почто неуврачевав сердца нашего перьвых печальных ран, вторыя болезненыя терны в душу нашу всаждаеши. или неразумеваеши естественных предел. повинися молим тя родительской нашей воле, иди в монастырь не далече от нас отстоящий, иже Вышеостровский именуется и пребывай тамо, можеши бо везде Богу угодити; аще ли не хощеши во оном монастыре жити, то иди в пустыню яже есте о Суну реку, и вельми всяко удобно ти будет ко спасению. ибо лесом и рыбною ловитвою изобильна есть. Аще ли и монастырь пожелаеши возградити всячески возможно ти будет. понеже поль и пажитей в оной пустыни при брегах тоя реки под изрядными лесами много обрести и нисчитати можно. и аще тамо поселение твое будет. негли и мы седины наши в недрех обители твоея погребем и ты спасению нашему виновен будеши. по реченному, изводяй достойное от недостойнаго, яко уста Моя будет. ибо яко же ты ныне аще послушаеши нас, тако и мы по воли твоей жити будем; Таковая от родителей своих слышав блаженный Кирил ужасашеся воли их противитися, да виною удаления своего не пресечет спасительнаго пути родителема своима. и того ради и нехотя повинуется родительскому наставлению, и тако взем от них прощение, и пойде со отцем своим Ипатием вверх по Суне рекою. дошедшим им до острова иже стоит на оной реце нарицаемый Виданской. его же видев Кирил возлюби место то зело и почиша на нем в той день. отстояше бо остров той от дому его за 12 поприщь. избрав же блаженный на острове том место красно. постави на нем крест Спасителя нашего. пред ним же пад моляшеся глаголя. Владыко Господи Исусе Христе Боже мой иже премногия ради благости Твоея благоволивый снити к нам и воплотитися от преблагословенныя Девы Марии. и за наше спасение пригвоздитися плотию на кресте, восхотевый; его же освятив крестною Твоею Владычнею кровию, сотворил еси всесильно и непобедимо оружие на вся видимыя и невидимыя враги. и дал еси нам творити образ того животворящаго креста на попрание всякаго супустата. и ныне Владыко  Святый посли благодати Твоея величество, на поставление мною крестнаго воображения. да под сению ея седя в пустыни сей побежду вся борющыя мя видимыя и невидимыя враги. Ты бо еси един безсмертен, и тебе славу возсылаю с безначальным Ти Отцем и с Пресвятым и Животворящим Духом вовеки веком аминь;

И тако помоляся отпусти отца своего в дом свой, сам же остася един ту. и постави келеицу малу и живяше в ней. бяше же тогда блаженный 37 лета. и нача труды к трудом прилагати, сечаше бо лес, и сжигая опрятоваше, сеяше и саждаше копая мотыкою, и тако в поте лица своего по писанному снедаше хлеб свой. не даяше бо по Давыду сна своима очима ни веждома дремания, ни покоя скраниям своим. но присно труждашеся днем телесными трудами томя себя, нощию же молитвенными бдениями удручашеся. и бяше зело жесток врагу.

О брани диявольстей на блаженнаго Кирила.

Зря же дух лукавый блаженнаго Кирила таковыми подвиги себе удручающаго юношеское свое тело. воста нань, и присно пакости ему дея, тако бдящему яко и сон тонкий сведеному многажды бо великия клопоты и звуки творяще, и шума ужасом тщашеся поколебати терпеливую душу. и всяко покушашеся от места его отгнати. Но адамантово Кирилово сердце, ни огнем рвения дияволя таяше. ни стыдению ярости его разседашеся. но пребываше непоколебимо. видя же себе диявол от терпеливыя души посрамляема взя с собою множество лукавых духов, с ними пришед ко блаженному лняше нань коварства своего злобу, умышляя како бы устрашити непоколеблемую мысль. о мечтания твоего лукавый велнаре, творит говоры безчислены, составляет кличи нелепотны, прислышает ропоты скверною словес помазанныя. крича и вопия ко блаженному: калугере калугере, почто в пустыню сию вшел еси, наше бо сие место есть. отъиди скоро отсюду, да лютою смертию умреши. никто же бо доселе дерзну в сию пустыню жити приити, ты же хощеши соодолети нас, но никакоже возмогаше диавол поколебати терпеливаго. мещет паки мечтания своего всеяростную казнь. и сам работая и бесов понуждая. келию блаженнаго до основания разорити. и тако зряху Кириловы чувственныя очи, келию от основания разоряему, мысленнии же разумеваху быти мечтание притворное. видя иже и диявол, яко не стрясеся Кирил конечною боязнию. и по обычаю безстудства своего на кончине с лукавыми своими слугами ухвати страдальца, и бияше его жестоко, глаголя, изыди изыди от места сего. и потом вземше его за ноги влечаху по сущему на том острове тернию, и ризы его терзающе раняху плоть его до крове. прещаху же ему смертию, и в воду вринути его хотяху и ярящеся глаголаху, аще не изыдеши от места сего, то подвигнем на тя злыя человеки, иже пришедше и не хотяща тя изжденут отсюду. Божий же раб мало в себе быв и виде ярость врага дышуща. и конечне погубити его грозящася. обратися блаженный на молитву и вопияше ко Господу глаголя, Боже Боже мой вскую мя еси оставил, се бо обыдоша мя врази мои, и на хребте моем делаша грешницы, раны и ищут душу мою изъяти ю. Ты же радосте моя избави мя от обышедших мя. возгорешабося яростию на мя, яко огнь в тернии, и не имею чим противитися им. разве имене Твоего Святаго: Ему же даждь славу да не речет враг мой. яко укрепихся нань. воскресни Господи помози мне. и избави имени Твоего Господи. диявол же не терпя молитвы Божия раба, отступи от него. и ктому мучити его не дерзаше. Кирилу же отверзостеся очи. и зря келию свою невреждену, яко же и прежде. аще убо и ощущаше раны на себе, но уповаше на Господа яко не оставит его доконца погибнути, и того ради паки нача на месте том жити. и не по мнозе времени постави блаженный близ на малой реки и мельницу, яже молоти и толчи сильна бяше. сотвори же и странно приимницу приезжающих ради молотья с хлебом. видевше его страннолюбие иже во окрестных селех и весех убозии прихождаху к нему часто. он же видя их, яко отец приимаше и покояше их, всяким изобилием в странноприимнице. во свою же молчальницу не впускаше никого, да безмолвие его праздными беседами не повреждено будет, хлеба же от трудов его растущаго и пенязей от мзды мельницею притязаемых оставляше себе точию зело на нужную потребу. прочая же вся нищим и убогим раздаваше.

О отшествии из пустыни блаженнаго Кирила в монастырь Александров.

По неколиком же времени восхоте блаженный Кирил идти во обитель великаго Александра да поклонитися святым мощем его. и от игумена и от отца духовнаго приимет благословение и прощение. и сицевую мысль поведа отцу своему Ипатию, часто бо посещавше его отец приходя к нему в пустыню и нося ему потребных от дому своего. он же с радостию от отца своего приимаше, и нищим раздаваше. и рече к нему егда отъиду ты же отче благоволи селение мое надсмотрять, точию молю вас и заповедь даю, да никтоже от вас до прихода моего в молчальную келию мою внити дерзнет но да обитает в странноприимнице моей. Сия рече ведый духа ратующагося с ним в келию его суща. и тако дав мир отцу, отходит во обитель великаго Александра, и тамо пребывая умедли, домашнии же его начасте посещаху селение его.

О лютой смерти зятя Ипатиева Иоанна.

Во едину же от нощей зять их Иоанн совокупився с женою своею по обычаю мирских, не омывся приеха в ладеицы с некоторым жителем тоя же веси на оной Виданский остров, и нивочтоже вменив Кирилово запрещение, вниде и с приехав с ним в келию его молчальную. егда же нощь приспе, тем же спящим. внезапу нападе на них бес живый ту и онаго Иоанна яко плотолюбным смешением помазаннаго, и не очищенна суща, подхватив удави. и лепотствующыя кудрявыя власы его одра с кожею, и остави его мертва. от таковыя же духа лютости, надуся Иоанново тело, яко же дебелейшая дельва. поигра бес и над другом Иоанновым, сломив ему руку и изнесе его из келии вонь в сени. и на том месте спа день и нощь, пробудивжеся не можаше на ногу своею стати, яко бы мстом напився, рукою ни мало владея и едва приполз в келию видети Иоанна. и узре его мертва, и красных власов лишена и надута подобием дельвы. устрашивжеся больма едва изыде ползый в странноприимную келию, и ту пребысть до полудня. мало же крепости приим, и во ум пришед, и приползе к ладеице, в ню же вшед и спустися на поводь рекою, и едва доплове к дому своему, и поведа Ипатию и домашним его вся бывшая. они же ехавше тамо с людьми, и обретоша яко же поведа человек той. и вземше тело обвивше веревками, и несоша на жердех в лодеицу, и привезоша его в село рекомое Кондологу к церкви. и сказаша сие чюдо, и видеша вси сие чюдо страшное и ужасошася. изкопаша яму и без гроба для толстоты положиша, токмо доски около подложше и погребоша его тако землею.

О испрошении благословения на церковное здание.

Блаженный же Кирил егда прииде во обитель великаго Александра прият бысть игуменом и братиею любезно. пребывая же тамо наслаждашеся от ту сущих отец духовных божественных словес и беседуя со игуменом и з духовным отцем, и прочими духовными мужи вся. сказоваше же им како увещания ради родителей своих вселися в пустыню близ дому его сущу, яже угодна есть к созданию монастырьскому. и есть ми рече отцы святыи желание поставити церковь в пустыни той во имя Святыя Живоначальныя Троицы. понеже во обители Юрьегорской идеже иноческий образ на ся возложих. церковь соборная есть во имя Святыя Троицы, такоже и в вашей обители. подобну и во своей пустыни хощу да будет церковь в славу Отца и Сына и Святаго Духа в Троице певаемаго единаго Бога. прошу же вашу святыню, дадите ми благословение на создание церкви оноя. ибо зело возлюбих по Давыду благословение дому Господня, и место селения дому Господня, и место селения славы Его. слышав же сия игумен, и старейшая обители тоя братия, видевше же и веру его изрядну, и даша ему благословение на создание церкви. В то же время потреба монастыря того понуди игумена ехати в великий Нов град. Кирил же моляше игумена да просит Спасителя иже тогда правяше престол великаго Нова града, да подаст ему благословение и грамоту и антимис на освящение церкви оноя хотящия от него создатися в предреченной пустыни. игумен же обещася во всем желание его исполнити. и тако наказавше его довольно о пустынном житии. и о прочих добродетелех, и отпустиша с миром. прием же блаженный от игумена и от братии благословение прииде в дом родителей своих радуяся и славя Бога, яко сподобися от отец благословен быти.

Отец же его Ипатий поведа ему случьшеся, о зяте своем Иоанне. он же сжалився о напрасной и горкой его смерти. и рече подобало бы вам отче мой, слово грешнаго мене старца исполнити, и во иную келию мою до прибытия моего не внити. понеже ратовавыйся прежде со мною дух дерзну яко же мнитися сицеву беду навести вам. но Божия воля да будет, яко же Господеви годе тако и бысть. и сия рек он, иде в помянутую пустыню, и пришед вселися в странноприимницу, во оную же келию не иде идеже пагубный дух живяше. не тако бо желаше ратоватися со вредящими тело духи, яко же хотяше преодолети вредящыя душу его помыслы. и нача жити яко же и прежде. труды телесными томя себе душу же молитвами питая. нищии  же и страннии прибегаху под кров его по обычаю, их же всех поелику возмогаше упокоевая любовию и милостынею удовляше.

О принесении от игумена к Кирилу святительския грамоты и прочих потреб церковных.

Времени же некоему мимошедшу; прииде из обители великаго Александра. посланный от игумена мних, и принесе к нему святительскую грамоту повелевающу убо по прошению его поставити церковь. и антимис для освящения и сосуды церковныя. а иныя потребы яже оный игумен собра у христолюбцев в великом Нове граде. и яже получи от Софийскаго святительскаго дому, и яже сам от своея обители посла на создание церкви, и образ малой Святыя Троицы. Кирил же вся сия приим от мниха славяше Бога. благодаряше же игумена за прилежание его, еже о нем. оного же мниха учредив яко же достоит и отпусти его во обитель.

О пришествии к Кирилу инока Епифания соловецкаго.

В лето же 7165 прииде к нему некий инок именем Епифаний, иже жил бяше прежде в Соловецком монастыре. его же приим Божий раб Кирил, со всякою любовию, и покояше его яко странника. беседующим же им друг со другом. поведа Кирил Епифанию вся яже о себе, и о лютой смерти зятя своего Иоанна, и о вогнездившемся дусе нечистом в келии его, и показа ему келию и рече. иди отче Епифание ты в мою келию жить где бес живет. Епифаний же слышав, и глаголя к Кирилы, благослови отче. и помози ми во святых твоих молитвах. да не сотворит мне диявол пакости, и рече Кирил, иди отче Христос с тобою. и Богородица и святии Его. да и аз грешный в молитвах буду помогать тебе елико Бог помощи подаст. и оба, помолившеся Богу. и рече Епифаний старцу Кирилы благослови мя отче, Кирил же его благослови изблагословением старцевым. пойде Епифаний во ону келию где бес живет, и имяше у себе Епифаний образ Пресвятыя Богородицы меднолитный, имеющи на деснице воображенна Сына Ея Господа нашего Исуса Христа. им же благослови его при изшествии из Соловков отец его духовный. и той образ и книги яже Епифаний взем с собою и пришед в келию, и абие нача у него сердце трепетати, и от многаго ужаса подрожа тело его, и кости сотрясошася. власы же главы его восташа, яко терние. обаче возлагая надежду на Бога и на пречистую Его Матерь вниде в келию и постави ону икону на стене, сам же кланяяся моляшеся Господеви Богу, да не предаст его губительному духу. и со слезами вопияше глаголя. Господи мой Господи, призри от высокаго Ти жилища славы Твоея на мое смирение, и пожени борющаго мя врага, не предаждь мене обидети хотящему, се бо скачет окрест мене яко лев, хотя мя поглотити, ты же Владыко виждь смирение мое и даждь славу имене Твоему. да не речет ратуяйся со мною, где есть Бог их. воскресни Господи помози мне и избави мя имени Твоего ради. и заступления ради пречистыя Ти Матери и всех святых яко благословен еси вовеки аминь. и по молитве приим кадило и наполнив е фимияна, и покади святый образ Богоматере, и книги, такожде и келию и сени, и нача пети вечерню и павечерню и каноны глаголати и прочее правило свое по обычаю совершив. и продолжая правило его до полунощи и больши [а сие было до праздника Богоявления Господня за два дни]. и утомися довольне. и знаменався крестным знамением и возлег опочинути и усну во всяком покои и тишине. не терпяше бо губительный дух пребывати в келии егда образ Пресвятыя Богородицы вниде. бе бо той благодати и святыни исполнен. и изгнав бысть бес из келии тоя. и тако пребысть до утрия во всякой радости и утешении; егда же нощный мрак дневным светом прогнася и бысть день. и тогда Кирил к Епифанию прииде, и купно с ним благодарныя молитвы воздаша Господеви Богу и Пречистей Его Матери за отгнание супостата их. и пребыша во оной келии купно живуще четыредесять седмиц, не ощутивше на ся бесовскаго нападания ни во сне ни наяве.

Потом создаша другую келию. мало пониже того места о ту жу Суну реку в наволоке яко за пол поприща, и во оную келию прейде жить Епифаний, и икону изнесе. живый же тамо Кирил делаше сосуды и даваше христолюбцем. от них же приимаше пищу, и тако питашеся, подаваше же Кирил и Епифанию от своих трудов яко стяжательнише его бяше егда же Епифаний от блаженнаго Кирила прейде жити во свою келию. Кирил же остася един. и паки бес яко же и прежде нача братися с ним. но Кирил жественно ратовашеся с велиаром, и вся его козни яко стрелы младенческия быти вменяше.

О пришествии инока Варлаама соловецкаго.

По днех же некоторых прииде к нему другий старец именем Варлаам. и той бяше отшельник соловецкаго монастыря. его же Кирил с любовию якоже и Епифания, и постави ему келию при той же реце Суне, отстоя шую от него яко едино поприще. он же нача ту жити, делаше же той сосуды, и даваше христолюбцем. и приимая от них мзду, питашеся. вельми же нестяжательное и жестокое житие прохождаше. имяше бо на себе едину сукняну рясу юже на нагом теле ношаше всегда без пременения, от поста же толико изнемогл бяше, яко едва мощно слышати глас его, егда к пришедшим к нему глаголаше. нечасто же и то творяше, и со всяким опасением. никого же бо в келию к себе пускаше, разве единаго Кирила. аще ли со иными с ким случашеся ему глаголати когда, и то зело кратко. ископа же себе подле келии своея ров, и внутрь его срубом огради. и содела гроб, и в рове той постави, и покрыв дсками. хождаше в ров той, и возлегаше во гробе, и плакаше по вся дни. и толико себе постом и подвиги и плачем истоми. яко едва костем и составом его во едином телеси держатися можно бяше.

О проречении Кирилу святаго старца Епифания, и о начале здания церкве, и о обители Виданския.

Но о цветех убо единых, и сладостно мне видится беседовати, о стебли же на ней же цвети висят, зазора полное дело есть оставити. ибо и моего слова основание на житии Кирилове положися, и ваши слухи к того повести исперьва протягнушася. и того ради оставив ныне, яже о соловецких отец кончине, и житии же блаженнаго Кирила. Егда убо виде Божий раб таковыми добродетельными отцы себе посвященна. и большую веру приложи к созданию церкве и к собранию братии, и по неколицех днех яви мысль свою отцу Епифанию, и яже о грамоте данной для поставления церкви, и о прочих потребных возвести. той же егда сия услыша, и яко прозорлив сый глагола ему, брате Кириле, Бог да наставит тя на истину свою. а еже церкви строити и монастыри возграждати, не нынешняго времене есть дело. понеже настоит мира сего князь, и поставленныя прежде сего церкви, запустети имут, ныне убо время приближается плача, а не благодушия. аще бо и воздвигнеши церковь, и монастырь соградиши, и братию собереши, но не долго имаши жити зде. приидет бо ти время, яко ни слышати о месте сем восхощеши. и того ради молю тя, пребуди опасаяся новин да спасеши твою душу. прочее же яко же Господь да наставит тя, тако и твори мене же прощению сподоби. слышав же сия Кирил от старца Епифания, оскорбися мало, яко хотению его не последствует отеческая воля. и глагола Кирил тако, отче боюся что долго замедлил удержати у себе присланное от святителя и от игумена вся потребы церковныя, за своими нуждами и недостатками замедлих. обаче шед к другому старцу Варлааму сказа вся яже о себе, и о желании своем. той же егда от уст Кириловых предлагаемыми беседами ушеса своя наполни и отмещемых от сердца его словес к созданию церкви, и монастыря веру уразуме. и нехотя вторицею опечалити помысла его яко же Епифаний. но некако яко бы утешая его в надежде глаголя. наше убо есть еже начати, Божие же совершити. Господня да будет воля. доньдеже хощет. дотоле да соблюдает церковь свою святую под кровом милости своея. ты же отче мужествуя буди в подвизе, не ратуя бо и аз на Епифаниево проречение. не пресекаю же и твоего усердия, но яко же ти годе тако и твори. а негли хотение твое и усердие Бог исполнит. монастырь соградиши, и братию собереши и спасающихся обрящется к Богу. буди по воли Его Спасителя нашего Бога что хощет и исполнит. Кирил же от словес старца сего аще мало и поутешися, но не ведяше что сотворити, яко же бо отсюду возбраняше ему Епифаниево проречение, и тако сими томяше себе надолзе. но обаче долговремянное его желание преможе увещания Епифаниева. К тому же и данное ему благословение игумена и братии от обители Александровы благословение, немалое уму его дерзновение подаде. Тем же скоро шед в дом отца своего просяше помощи на сограждение монастыря. отец же его слышав сия вскоре раздели имение свое и село и скоты на две части. и едину отдаде сынове своему. другую же остави себе, и дщери своей, ея же мужа удави бес. и бывшей сожительнице Кирилове Татияне, бывши некоторому мужу именем Григорию. послежде же сия родиша себе сына. блаженному же Кирилу внука, его же Иоанном нарекоша. егда же прия Божий раб от отца достойную часть имения. тогда шед обрете древодели искусныя художники, и ная их по намерению своему, церковь возградити. подобне и изографы некия умоли написати, во оную церковь, святыя образы. сам же с другими наемники нача лес сещи, и келию здати.

О нашествии завистников на Кирила.

Ненавидя же добра диявол пусти некоторых жителей села рекомаго Шуи. иже живяху в пределе того села. зовомо Мунозеро, в весех же имянуемых Перть на волок и Коньчезеро. собравшебося числом яко двадесять человек и больши, и истеша копия, и бердыши древянные, их же посмоливше тщахуся приуподобити к железным. инии же вземше дреколия и палицы, и приидоша ко блаженному Кирилу его же емше бияху оружиями своими и копиями грозу смерти показоваху, наконец же завязавше ноги его ужем, влечаху по земли глаголюще. изыди скоро от земли и наследия нашего, аще ли не изыдеши то лютой смерти предаем тя. он же жалостно моляшеся им глаголя. любезнии мои братия и друзи будите ко мне милостиви, и оставите мя плакатися грехов моих, Господня бо есть везде земля и исполнения ея буди же тако яко же по наследию отец ваших и к вашим пределом прилежати ей, но и наши отцы причастни суть общине сей. сие убо глаголя к вам не прю вложу. вем бо апостола вещающа. яко рабу Господню не подобает сваритися, но кротку быти и милостиву ко всем вся находящая терпети. тии же зверонравнии не внимаху глаголемых к ним. но единаче бияху его мучаше жестоко испытоваху да покажет им пенязи елико имеет он же елико имяше отдаде им. онем же возъярившимся бияху и наимники его. но той припадаше к ногам их вопия; помилуйте дражайшая моя братия, мене паче бийти а не их, неповинни бо суть тии. но елика аще творят, моим повелением творят, и тако суровии они волцы напившеся кроткаго агньца крове и пенязей и протчее обравше, и отъидоша кождо во свои си.

О испрошении повеления в население пустынное.

Блаженный же Кирил мало устрабився от ран и прииде ко отцу своему Ипатию поведая ему вся сотворшаяся. отец же его слышав сия даде ему совет идти во град Олонец к сущему тогда воеводе о испрошении повеления, во еже бы повелено ему было во оной пустыни, в прилежащих в ней потребных местех население имети. приим же Кирил от отца своего таковой совет и иде во Олонец и подаде воеводе прошение. да повелено будет место оно. идеже он хотяше монастырь возградити с прилежащими тому годными потребами и с рыбными ловлями, по объявлению описания его во владение отдати. а за то поелику достойно на всяко лето дань даяти в казну уятоверися. и присланную ему от святителя грамоту при оном своем прошении воеводе яви. воевода же воли святительской последуя посла некотораго управителя. и повеле ему попрошению Кирилову показанныя им места освидетельствовати аще тии кроме населителей обретаются. той же пришед и взя с собою из окрестных мест того села жителей. и со онем обрете вся оныя места по объявлению блаженнаго пустынею молчащыя. яже вся описав подаде воеводе. он же по прошению Кирилову даде на оныя места владительное повеление со определением легкия дани. насельником же живущим окрест места того запрети да не дерзают ктому пакости деяти Божию рабу; блаженный же Кирил приим от воеводы повеление, прииде паки во свою пустыню радуяся и славя Бога. и паки перьвое основание прилежным трудом обновляет, и начатое церкве и келии здание к высоте совершения вкладая под кров собирает, и тако Богу помогающу единым летом церковь оная создана бысть. прислаша же к нему из обители великаго отца Александра образ Пресвятыя Троицы местный. он же прием того радовашеся, и благодарныя молитвы возсылая Святей Троице. Тем же окрест его всем живущим христолюбцем назнамена день вонь же хотяше быти освящение церкви. слышавше же людие собрашася. и священницы и диякон и освятиша оную церковь, во имя Пресвятыя, и Живоначальныя Троицы. приде же к нему священноинок от некотораго монастыря, и живяше с ним служа в новоосвященном храме. начаша же к нему приходити. тако иноцы, яко бельцы желающе сожительствовати ему. он же всех с радостию приимаше. и начаша по оной реки пожни чистити. а готовыя у кого были начаша покуповати. а овыя христолюбцы своя пожни кладом ему отдаваху безденежно. он же вся себе совокупляше и распространяше великия лучи; помале же времени прииде и отец его Ипатий, и восприя на ся иноческий образ. и преименован бысть Иосифом. принесе же с собою и оставленную с ним имения своего часть, еже виде блаженный радовашеся духом, яко сподобися видети отца своего во иноческом образе собрася же всей братии иноков и бельцов во обитель блаженнаго числом до полуста и больше. егда же видех Божий раб еже о Христе братию умножившуся.

О создании монастыря в Виданской пустыни.

Созда хлебню, и столовую и около монастыря ограду устрой юже тарасами или триугольными клетьми укрепи. высотою в дванадесят бревен, и плашьями большими тесаными покры, и на углы малыя шатрики постави. и скотския дворы за рекою постави и  у дворов келии. содела же и мост чрез малую реку ко двору, идеже доилицы пребываху. и врата большыя в шахматы, болшим луженым гвоздием прибив и на двое растворять устрои. и подле другия малыя содела. и на вратах образы болшия написанныя постави. образ Спасов и Богородицы и Предотечи Иоанна. и назва тыя врата Святыми. поля распространи, и пажити разчисти. делаше же и пустынную землю, и нивы разширяя насеваше и оттуду хлеба множества приобреташе. яко благослови Бог обитель своего раба. ибо хранилища его бяху по Давыду отрыгающа от сия во ону, и воловие его толста. мельницу же от монастыря прочь повыше отнесе, за поприще понеже оной у монастыря быти не удобно. для приезду на мельницу окольних жителей, и устрой ю изрядне. видевши мати его, мужа своего во иноческий облекшася. восхоте и та пострижена бысть, и применовашеся Елисаветиею, и живяше в келии при дворе доилиц. потом прииде и Татияна бывшая блаженнаго сожительница. и та во иночестве Таисею преименована бысть, и живяше с материю блаженнаго; по сем и дочь Акилина и та оставиши мир пострижеся, и сообиташе матери своей и бабе, и с сыном ея малым Иоанном. радовашежеся сердце Кирилово о собрании своих ему во обитель его и благодаряще Бога яко исполнися желание его, и не всуе труд его бысть.

Бяше же блаженный во всем стаду своему изряден образ, не бо властию обладаше ряду по писанному, но образ бываше стаду. часто же наказоваше, и моляше братию и родителей своих, да попекутся о спасении душ своих, сам же присно себе удручаше постом и молитвами и терпением, вязаше своя похоти. и удаляшеся от всех утешений яко от нечистот, от праздности же яко от врага бегаше. празднословие же от уст его в безвестие отгнано бяше. учаше же и братию свою присно пребывати во страсе Божии, иже есть начало всякому благу. чистоту же толико заповедаше блюсти, яко несуща той вся добродетели. подобны будут праху от гумна жатвеннаго летящему. ропот и свары до конца истребляти веляше гнев от сердца яко терние исторгати, моляше зависти, яко самого диявола бегаше, наказоваше, гордости и тщеславия, яко ада и геены удалятися возвещаше. и елицы соблюдаху сия его завещания, вся тыя любляше, и единомыслены себе быти вменяше; елицы же или слабостию дряхлующе, или леностию распадающеся, или презорством возсвирепеющеся не соблюдаху повеления его. сих первие кротостию увещеваше. и неповинующихся с прещением обличаше и властельски запрещаше. противящихжеся многажды и наказоваше да и протчии страх имут. по реченному: овых разсуждающе милуйте, овых же страхом от огня восхищайте. сицевая блаженнаго исправления видев диявол яростию дышаше на Божия раба, и творяше многи пакости во сне и наяве. овогда бо на спящую братию нападая гнетяше, новых в воде потопляше, овогда бдящим помыслами стужаше. иногда же и доилицы в воде потопляше. вся же сия творяше завистливая утроба. да возможет от пути спасеннаго отвратити, и на Божия раба ненависть воздвигнути. но сладость жития его, и слово разума. вся сия преодолеваше. не яко бо строителя того братия имяху, но яко отца чадолюбива. в сицевом устроении видяще братия отца своего живуща, начаша молити его да идет к первосвятителю, и игуменства сан да восприимет. он же изволение сердец их хвалит, приятия же сана отричется. не яко не хотя послушати тех но поминая проричение Епифаниево, ждаше бо скораго от обители своея отлучения. и с любовию и кротостию отцу своему и братии отвещеваше. держим братия священника, того которой всегда печется о церковной службы, и о духовенстве, а мне довольно братие по вашему молению и сего строительскаго чину держати и правити. мы братие печемся о монастырском здании и о спасении душ своих, а не ищем большаго чину которой ныне нам неудобен восприяти. отец же его и братия слышавше от него сия, и даша ему на его произволение и разсуждение, видевше бо его самого в великом воздержании и в монастырском здании и во всяком чиноположении, добре вельми правяща и пекущася. сам же Кирил по вся дни з братиею вельми труждаяся без покоя, и хождаше по всем службам сам смотряше и уставляше. а в нощех отхождаше во свою безмолвную келию, и в безмолвии вся нощи без сна пребываше моляшеся Господеви со слезами и с плачем, о себе и о родителех своих и о братии и о здании монастырском и о чиноположении что бы добре устроити. сам же пребываше в великом воздержании и посте удручая и муча плоть свою всячески. понеже крепок бе телом, и силен, и мощен смыслен и разсудителен, в духовных и плотских. и виде отец его и братия вельми прославиша Бога. и сами тщахуся по заповеданию его по силе своей исполнити. но диявол видя его в таковом устроении, не преста ему пакости деяти, наведе на него брань велию, нача ему блудными помыслы стужати всячески во дни и в нощи, не даяше ему покоя. он же разуме вражия коварства. нача постом и труды плоть свою томити чрез день и два хлеба не вкушаше, труды же к трудам прилагаше, не дая себе покоя ни днем ни нощию, диявол же болми разжигаше, блаженный же на лес в пустыни и дебри хождаше плоть свою старческую томя во время летнее идеже камаров толпы и мух и оводов соньмы летаху и стрецаху тело его. но лютаго пламене угасити не возможе, и не удовляшеся тою мукою. преломив еловыя ветви. и бияше себе до пролития крове. сам же плакаше и моляся Господеви, о избавлении вражия лютости, и до того сам себе бияше тако утомляя падаше на землю и лежаше надолзе яко мертв, и востая отхождаше в монастырь. но сие и многократно творяше. пребысть же в таковом подвизе до толика яко победити ему вся вражия прилоги и обрести внутрь себе образ покоя мысленныя радости. немалу же пакости ему деяше враг наношением блудных помысл. о неусыпныя твоея лютости лютый человеческаго рода враже. како непрестая наступаеши на предваршаго единою услаждающаго тя любодеяния скверною узою, о мужественное сердце блаженнаго Кирила, яко мужествовати в таковых во всяких коварствах твоих, обыкшее храбро с велиаром боряшеся и преодолевая его лукавыя козни.

О явлении Пресвятыя Богородицы святому Епифанию, и о страдании его за благочестие.

Ельма убо Епифанию ту живущу, и от хотящих потрясти всю Россию новинах печалующу. является ему всех небес Царица Пречистая Богомати Дева, повелевающи ему идти в царствующий град Москву для обличения, хотящих новинами возмутити всю Россию. проричающи ему за древлеотеческия законы от новолюбителей пострадати. во исповедании же и в страдании обеща ему благодать свою и помощь даровати. Егда же Еифаний божественнаго света Божия Матере явлением наполнися, не смеяше надолзе молчанием покрывати своих устен но абие возвещает Кирилу яко любиму сущу и глаголет ему, отче любезный, аще и кипит изобилием обитель твоя но благоволи послушати пророка Давыда вопиюща. богатство аще течет не прилагайте сердца, ибо настоит время ныне тесноты а не пространства. по апостолу, рекшу, и хотящих благочестно жити о Христе Исусе, гоними хотят быти, ныне убо прииде время еже спасати комуждо свою душу и оплаковати своя мертвецы а не о здании обители пещися, сим поувеща святый Епифаний Кирила, и о новостех хотящих играти по России вкратце надвестив. такожде и з другим старцем Варлаамом, побеседовав и сказа все о себе и явление Царицы и Владычицы Матери всех Бога, и показа ему книги своя написанныя на обличение новолюбителей и по беседе дав им мир и себе на путь взяв от них благословение пойде к царствующему граду. известивжеся о новостех сеемых по России, яже вся описав подаде носящему багряницу судии, но лесть новолюбителей превозможе мужество скипетродержавнаго сердца. и того ради оный Епифаний осуждается языка отрезанием и сылкою, в Пустозерский остров[г?]. о светлости твоея благочестивый древлеотеческий догмате. отрезанный убо Епифаниев язык на земли лежаще, слово же проповеди во устнах казненнаго седяше и яснейши неврежденнаго языка всем древлеотеческое благочестие проповедаше. о каменныя твоея утробы лютое нечювствие, аще помрачившая тма солнце, и потрясший землю трепет не поколеба зависти жидовския на Христа моего изнесенныя, како можаше един безъязычный. биричь[?], и по отрезании языки яснейшее глаголя обратити окамененая сердца единою века сего прелестию омраченая. и тако убо Епифанию Пустозерскии мучительства постигшу и с великоревностным Аввакумом и великоверным Лазарем, и с премудрым Феодором, в недрех земныя темницы всельшуся, и поне колицех летех со инеми древлеотеческия веры проповедники, за отеческое благочестие во оном Пустозерском селении огнем  сожжену бывшу. о нем же пространную повесть оставлю, ныне же о блаженном Варлааме, восприемлю слово.

О преставлении инока Варлаама.

Егда убо многотрудный Варлаам безмолвия тишину в покой праведных Божиим судом, превести сподобися, и от здешних сует в невлаемое пристанище преселитися и дух свой в руце Божии предати удостоися. тогда блаженный Кирил мановением Божиим водим, любовию же понуждаем прииде посетити старца, но не обрете его яко же прежде, приник же во устроенный гроба дом и виде его тамо лежаща, и всяким благолепием спрятана, и уже о Господе преставльшася. кадильница же с углием и фимияном выше гроба в стене рва потчену; и абие неудержанным стремлением и испустися долу, и паде на отеческия перси любезно того лице и устне целуя вопияше. что оставляеши мя единаго, отче мой любезный, что отходиши от мене сладкое души моея веселие, что молком убегаеши не явися ми крепкий молитвениче пустынный. о моего сиротства последняго Епифаний оставив мя венца купити пойде. и Варлаам не сказався мне в неведомый путь убежа. но чесо ради тако сотвористе отцы святии, еда прозорливое ваше око усмотре некоторыя хотящия мне быти напасти, но тако ми странствия вашего да не оставити мя молитвами вашими, но присно осеняйте мя кровом заступления вашего, да возмогу и аз постигнути вас, и с вами купно насладитися уготованных праведным благих. и тако плачася почте отца надгробными песньми, и трудолюбивое его тело лежащее во оном гробе покрыв, перстию посыпа и возвратися во свою обитель.

О преставлении родителей Кириловых.

Во оная же вращения лет, родителие Кирилове удобривше иноческий образ покаяния и постничества трудами, и естественному долгу подклоняюще себе приложишася ко отцем своим. Кирил же видев родителя своея благочестно о Господе преставльшася. и тако отца яко матерь во времена, преставления ею, надгробными пениями удовлив, и телеса их в земленыя недра со гласом помяновения вкопав. возгласив вечную память, и живяше паки прилежаше обители своей.

О милосердии Кирилове к досадившим его.

Но аще убо странных приятием. и подобяшеся праведнику Аврааму. погребением же тех древнему Товии. обаче незлобием своим желаше поелику возможно последовати, и Владыце своему изволившему за спасение, от неблагодарных июдей, удалившися от Него языков распятися, ибо егда обитель его всяким изобилием гобзовати нача. тогда вси беднии со всех путей на стезю водящую в пустыню его совращахуся, на ню же крайняя нищета и скудость и врагов его наведе. о непостоянства твоего мирская суета. иже прежде совещахуся Кирила от пустыни гонити. тии ныне советуют како бы его умолити. пришедше бо ко блаженному прошаху от него потребных, аще бо глаголюще не помилуеши нас рабе Божий то глада гроб всех нас с женами и з детми вскоре покрыет. блаженный же, видев враги своя уздою нищеты ко обители его привлечения. и возрадовася духом глас Стефана мучеником первенца, от кроткия своея души кроткому Спасу вопияше. Господи не постави им греха сего, иже ми тии биением и ранами сотвориша. не онии ти мне сотвориша, но древний враг диявол, и тако моляшеся, награди оныя досадители своя всеми потребными. тии же стыдением очеса своя колесующе, друг на друга взираху удивляющеся вышеестественной мужа кротости. но Кирилова глава венчашеся терпением, ибо любяше той по заповеди Спасовой враги своя и добро творяще ненавидящим его, и моляшеся за творящыя ему напасти. сими же и прочими добродетельми изряден бываше образ собранному его стаду. и не единократно сие творяше, но трикратно. людем же со окрестных сел приложшим путь с волости рекомыя Кондологи чрез монастырь в село глаголемое Мунозерское. и с протчих тамо жилищь всегда прохождая, хождаху и в монастырь обночевахуся что оныя села в дальности от монастыря того растоянием отстояху. блаженный же Кирил веляше оных всех кормити и покоити во особой на то построенной келии. тако же и нищих всех упокоеваху, и кормляху, и милостынею их удовляху, и с любовию отпущаху, блаженный же Кирил о том велми печашеся, чтобы монастырь рапространити, и к монастырю какое угодье присовокупити, и рыбныя ловитвы многия учиниша на оной реки тонями и заколами, такожде и на Онегу езере ловитву присовокупити.

О являющихся по всей России новинах.

Что же потом, егда бы по многих трудех отцу опочинути, и по бесчисленных печалех возрадоватися, и по частых стужениях прохладитися. но обаче лютых неслыханных новостей премрачнейшая тма на просиятельнейший свет российскаго благочестия наступи и темныя отступления, облацы, древлеотеческое солнце застановиша, и грозная гонения буря суровыя, мучительства вихры на насажденый седмию соборами церковный виноград люте дохну. о несказанныя твоея обиды сладчайшая дщи Сионя, егда убо ненавидимый Анзерския пустыни пастырем Никон, потязаем законопреступления нашего, на всероссийский взыде, тогда взя к себе из Соловецкия обители с темницы, ссылнаго чернеца темных римских отступлений новорожденаго сына Арсения лжемонаха, его же яко свою утробу почте. и их же сам недомыслися сему навершити попусти, вся бо книги под именем правления небывалыми новостми насыпа, и церковныя обычаи и чины премени.  Оле терпения Твоего Христе Царю. трисоставный крест от олтаря, и от просфиромисания изгна в то же место от запада принесенный двочастный постави, двоеперстное сложение креста от десницы православнаго собора отсече, в то же место треперстное сложение всем сумнительное даде; христоподобное двема персты благословение от святительския руки отрину. небывалое же пятию перстами сложение на всероссийское народа чело воздвиже; седмопросфирное служение зазрением обложи. пятипросфирное в того место дерзостно устави; пресладкое Христа Спасителя нашего нареченное ангелом имя Исус, Иисусом пременова. и за сугубое аллилуия трегубити повеле, и в церковных чинодействиях против солнца вращатися приказа, и прочими новостями яко пепелом засыпа древлероссийския церкве пресладкое око.

О соборе Никона патриарха.

Хотя же слабое свое нововнесение утвердити, и неправедное лицемерием помазати. собра вся российския святители, и овых честьми века сего ослепи, овых же лестным ласканием разслаби, онех же грозою молчати сотвори других же прещением мук устраши, и ко всем явися яко Пардос, каждому особой вид от пестроты нрава его показоваше.

О Макарии митрополите Новгородском.

В таковом собрании случися быти и Великоновоградскому митрополиту Макарию седшему тогда на место Никоново, но той аще в седину возраста леты своими и не преиде, обаче прилежен бяше к писанию и ведяще церковныя законы добре егда же бысть на никоновом соборе сложися, сице и неволею боячись мук сану извержения и ссылкою заточением внесенныя Никоном новости прияти. ох прелести твоея душегубительная мирская славо, аще и сомнением томим, но книги новопечатныя взя с собою и привезе в Великий Нов град, яже узреша премудрости Божия его архиерейскаго дома казначей и ключарь. велми о том опечалишася, и приступльше моляху Макария глаголюще, молим тя, владыко не допусти сего новаго яда на сынов твоея паствы но скрый сие Никоново новолюбное жало в недрех земли общия нашея матери, яже присно помогает летающей от змия Исусове прекрасней Невесте. сия же слышав Макарий стыдом лице свое покрываше яко дерзну прияти новостию шумящия книги. и того ради повеле оныя затворити в едину от полат близ Софийскаго дому и двери тыя запечатлети, и бяше сокровен Никоновых новостей нож в каменых полаты тоя ножны, Арсениево жало хранящися в плинфенном сердце. тем же убо аще и шумяше Никоновых новостей гром в России, и противная древлецерковному содержанию, Арсениева блескания опаляху российских очес рясны, обаче во области Великаго Нова града, не тако играше пламень мучительства, яко же в прочих епархиях. зане Макарий митрополит удержа у себе новыя книги данныя ему от Никона. и в то время оной митрополит Макарий от Никона и от прочих новолюбителей многа прорицания и озлобления претерпе при животе своем. того ради и обитель блаженнаго Кирила не ведяше бедствоватися от новолюбителей.

О пришествии к Кирилу олонецкаго посадника Пуллоева.

В таже времена прииде во обитель ко блаженному Кирилу олонецкаго града посадник некто Пуллоев, да купит скота еже на потребу людем, той же от прародителей божественному писанию и яже о вере научен бяше, ведяше же известно и о просыпаных тогда от Никона во всю Россию несогласие, и сказоваше о том блаженному вся по ряду. Кирил же аще и слышал бяше прежде того от Епифания и Варлаама но не толь явствено, яко же от сего посадника, понеже краткою беседою от них ему предъявлено бяше. токмо еще в то время в Новоградской епархии при митрополите Макарии от Никона гром новостей не гремяше и людие в той Новоградской епархии аки спаху, того ради и Кирил не прилежаше и не внимаше. но сей же Пуллоев взем книгу святаго Ефрема Сирина, которая у него Кирила обретается в ней же обрете слово 105 подобно и Ипполитово слово О скончании и 30 главу в книзе яже О вере чтый. сказоваше ему вся поряду и отступлении римлян, и малыя России от восточныя церкве и о явльшемся тогда в Велицей России отступления повествоваше явствено. случися же тогда беседовати с ними некоторому старцу иже прежде того времени в пустыню ко блаженному Кирилу из обители Великаго Александра. и той поведаше им о себе како явися ему бес два краты в человеческом образе приходя в вечер и утро ко окну его глаголаше, почто старче от обители твоея к сему калугеру в пустыню сию пришел еси, или не видиши нужнаго его жития и скудости брашен, но возвратися во свой монастырь, тамо бо всякими потребами доволен будеши, и не по мнозе времени и вина тамо много будет. аз же прекрестився крестным знамением, и абие той невидим бысть. и тогда блаженный пребысть беседуя с преждепомянутым посадником четыре дни и отпусти его во свой дом с миром; отшедшу же посаднику. нача блаженный Кирил великое опасение от новин имети, и приходящих к нему священноиноков всячески искушая моляше от новин блюстися, и тако от всюду осмотряя веляше тем служити в церкви Святыя Троицы. учаше же и братию да не дерзнет яве ни в тай приимати новин дабы приятием тех конечное отступление нашию благочестию не наступило.

О Питириме митрополите Новгородском.

Егда же сяде на Великоновогородском престоле Питирим митрополит муж гнева и ярости полный и новостей любитель усердный. той Макарием прежде затворенныя темничники книги, глаголю Никоновския, на свет тогда Новгородския епархия испусти, и по всем градом и селом вымышленныя новости яко песок просыпа. и мучительства грозу яко суровую тучю возгреме. о немилостливаго лияния крове дражайших чад твоих Сионе, нектому проповедашеся восточный закон благодатный, но западный ратный всюду бо мучительства мечь играше. вся темницы во градех и в селех наполнишася християн, везде вязаху и толпами ведяху, и в темницы саждаху. цепи и вериги громо и звяцания своего каждую душу сотрясаху, тряски и хомуты вся преторы огустеваху. бичи и жезлие в крови исповеднической повседневно купахуся. проповедницы западних новин яростию а не кротостию дышаху, биением и ранами, а не учением увещеваху, лукавством и подъисканием, а не правдою к вере своей привождаху. и от таковаго их насильнаго мучения обливахуся вся грады кровию. утопаху в слезах села и веси, но крывахуся в плачи и в стонании пустыни и дебри. о многаго твоего терпения Христе Исусе, но и вся тварь стоняше и болезноваше и колебашеся не терпящи таковой лютости и мучительства, плакаше вся тварь о такой погибели рода християнскаго. по писаному в книге Ефрема Сирина о антихристе, вси отступиша от Бога Святаго, лестьцу веру яша приемше начертание за крест Спасов сквернаго богоборца християне же содержащии древлецерковное благочестие, везде и всегда всеми поругаеми и уничижаеми и гоними вязахуся. дондеже таковое зло и до Олонецкаго града, и в пределы того незапно влияся, и елицы тогда хотяху хранити древлецерковныя обычаи бегаху в непроходимых пустынях, не вядяху камо крытися, слышав же сия Божий раб Кирил ужасашеся велми, да горящий мучительства пламень следом клеветы не найдет на его обитель.

О крыемом благочестии в Виданской пустыни и о тоя благоплодии.

Елицы же хотящии хранити древлеотеческое благочестие. яко окрестных сел жителие. тако и страннии иже о обители блаженнаго слышаху, могущии вси прихождаху к нему присно наслаждающеся древлецерковных благочинных песней и кождо испытующе свою совесть причащахуся пречистых таин Христа Бога нашего, и тако отхождаху в домы своя радующеся целу пажити траву, и цветы яко густое руно стригущим их представляху. овцы их бяху многоплодны, и полки агнцев своих за собою вождаху. доилицы вместо чванцов водоносы млеков наливаху. волове их толстотою мяс одебелевахуся. кони и мнии легкою ногою и храбрым главы подъятием во всяком здравии со жребцем своим присно играху. гумна и житницы от насыпаных плодов распирахуся. дворовыя стены от множества вращаюся в них скота зыбахуся. рыбы же друга пред другою в мрежи и неводы монастырския яко погоняеми бежаху; бяше бо благословение Господне на главе Кирилове по реченному. благословя благословлю тя и множа умножю тя.

О нанесенной клевете новолюбцами на Виданскую пустыню.

На сия же два великия изобилия благочестие глаголю и на стяжание Кириловых имений, возведошася люте завистливая ока дияволе и миролюбцев. и едино убо яряшеся и последнюю благочестия искру в пепел терпения Кирилова крыемую угасити. другое же горяше стяжание его восхитити. и тако диявол и имения любителие проложиша след ко обители блаженнаго. иногда убо поповския старосты, иногда же приезжающии из Нова града приставы и недельщики заезжаху в пустыню Кирилову истязующе его и о благочестии и о службе церковней. той же свое благочестие даров даянием оберегаше. священноинока же служившаго во обители его скрываше от них яко бы его не имея у себе творяшеся. сие же творяше, да алчющыя о благочестии люди хлебом вечнаго живота насытит, ибо мнози от жителей его со исповеданием совести к надежде живота вечнаго в будущий век отъидоша. яже вся смотряюще диявол и миролюбцы. великою яростию надымахуся на обитель блаженнаго. В лето 7191-е случися некиим никоновых новостей любителем быти в Великом Нове граде. и палящии сердца их завидливый яд явити. не уснут бо яко же рече писание дондеже зла не сотворят. и тии убо бывшии прежде во обители блаженнаго архиерейскии посыльщики, яко окрестных сел и волостей поповские старосты подаше в архиерейский розряд писмянное объявление, о содержавшемся в Кирилове пустыни древлецерковном благочестии.

О послании из Нова града подъячего Семена Косого в Кирилову пустыню.

Слышавше сия архиерейскаго дому судии, послаша злодыхательнаго новин защитника подъячего Семена именуемаго Косого. с ним же приставов и недельщиков двенадесят чин. и повелеша ему по прибытии его во Олонецкия пределы, взяти с собою из окрестных сел и весей понятых, елицеми удовлятися можно и с теми людми повелеша ему идти в Кирилову Троицкую пустыню и тамо самого Кирила, и священноинока, иже в пустыни оной служаше, поимати яко злодеев веригами обложити, тако же и книги и сосуды церковныя обрати, и вся сия за крепким опасением в Нов град привести, прочая же стяжания хлеб и скот и иныя потребы монастырьския описав под смотрение, окрестным ителем ко определению отдати. Косой же прием повеление, скорее орлова летания тщашеся на гнездо блаженнаго Кирила напасти. бяше бо муж полный ярости и рвения, лихоимства же жерло широчайши бездны имяше, зависти же зрением убиваше вся яко лютый василиск. таковому убо суровому вихру, в село Суну вступившу, скорее молнии повелеваше служителем, летая по окрестным весем збирати люди. но он аще и не объяви има вины пришествия своего обаче людие села того уразумеша яко на обитель Кирилову сей наскочити идет. и дондеже, собирахуся людие.

О избежании Кирилове от обители его пришествия ради гонителей.

Лета от мироздания 7192-го года весною, утаився всех некто христолюбец, именем Мануил, именуемый Сканцев. бежа скоро прямо чрез пустыню во обитель блаженнаго, и не дошед обители обрет оного Кирила на трудех вне обители, явися токмо единому Кирилу, поведая ему пришествие Косого. и паки возвратися скоро, да не познан будет гонительми. старец же слыша пришедшаго мужа вышеписаннаго Мануила вельми опечалися нача помышляти в себе что сотворю, аще шед в монастырь поведаю сие братии всей, чтобы к запору и ко страданию огненому всем готовитися за древлецерковное благочестие, токмо на то ничто не приуготованно, и преже того всей нашей стране, ни от кого от отец таковаго образа в пути ко страданию таковаго не видехом, ни учения ни от кого таковаго не слышахом; а сами на таковое великое дело дерзати не смеем и братиям таковаго учения прежде сего не простирахом, аще помыслим заператце во отбой, то крепости таковой на то не приуготовлено, людей против такого многолюдства противитися будет невозможно никоими вымыслы. аще около монастыря и ограда крепка, токмо не высока, и оружии в монастыре на противление не имеется, и от писания сего не видехом, аще и слышахом о запоре Соловецкой обители, но тамо около монастыря бысть град крепкий каменной, и монастырь бысть от людскаго сожития во окиянских морских отоках и многолюдствен и грамотных и ученых людей множество, и на то вси со многаго времени со общаго совету самовольно приуготовись запершеся и вси за древлецерковное благочестие, разными муками и смертию скончашася яко крепкии адаманты, а мы беднии что сотворим еще у мене во обители стали и люди не единомыслены не вси внимаху о учении древняго благочестия. что градских и ученых людей грамотных не обреталося но все простые и поселяны, и не внимаху сему учению и неразумляхуся сему ни во что же сего полагаше. видя обитель свою всякими озобилиями обогащающуся, и ум их скланяшеся к житейским вещем а не ко страданию за древлецерковное благочестие, или к смерти. но что сотворю аз бедный старец и не вем. бросашеся сам о землю з горкими слезами вопияше. а уже день той к вечеру преклонися. старец же иде в монастырь в церковь и паде пред образом живоначальныя Троицы, плакаше горце со слезами вопияше [молитва]: Певаемый в Троице всемогущий Боже призри от святаго ти жилища славы Твоея на мене грешнаго и недостойнаго раба Твоего. и виждь Владыко беду мою. се бо обыдоша мя врази мои яко пчелы сот, и не вем что сотворити, аще оставлю благоволением Твоим собранное стадо, боюся да не буду вина погибели их. аще ли пребуду с ними, трепещу да не впаду в руце враг ищущих душю мою. ибо руце вражия мучительства и томления полны суть, и готовы на пролитие крове. аз же окаянный немощен есмь и слаб, и того ради не смею к предлежащим мукам вдатися. Ты же Господи мой и Зиждитель, покрый раб Твоих крилома всемогущия ти благости и мене грешнаго помилуй и спаси ими же веси судбами. Твое бо есть еже миловати и спасати, и Тебе славу возсылаю Отцу и Сыну и Святому Духу ныне и присно и вовеки веком аминь; И тако плачася изыде тайно из обители. с собою же взя точию часослов и псалтырь малую, имый на себе едину ризу юже ношаше, и куколь и секиру. а иное ничтоже взя. и тако побежа прямо пустынею, не ведый где главы преклонити. отшед же же мало от обители, воспомяну отца Епифания пророческия глаголы. весь облився слезами, подобный Фезвитянину глас вопияше; егда глаголя лучши есмь отец моих, иже вся оставльше бегают в горах и в пропастех земных. не могий же терпети разлучения от братии своея. моляшеся паки ко Господу, глаголя возми душю мою от мене, нежели живу отходити от любезныя ми дружины. порицая же и немощь плоти своея, глаголаше о окаянная душе моя. ни сама скорбей находящих на тя не терпиши, и на легкий путь страдания ног твоих не пускаеши, едино веси то еже ясти и пити, и прохладех жити яко свиния валятися. увы мне бедному, иже иногда других предводительствовашу, ныне же смрадный и от всюду страстнаго гноя полный, разве к Богу повинувшися. где ныне образ твоего первозданая доброта бедный Кириле, не вся ли в работе тления. ох бедство сего обиженая плотскими немощми владычице. душе моя но вскую прискорбна еси, и вскую смущаеши мя, уповая на Бога, яко исповемся Ему спасение Той есть лицу моему и Бог мой, сицевыми и подобными сему глаголы сокрушающуся бежаше в путь свой.

О пришествии Семена Косого в Кирилову пустыню и о разорении тоя.

Нощи же преполовившися утру еще глубоку сущу. прииде преждепомянутый Косый со многолюдством народа, ко обители блаженнаго. юже обступивше окрест. друзии же внутрь вшедше, вся старцы и бельцы поимавше связавше, и  мучаху их вельми, и испытующе о блаженном Кириле, и о священноиноке, иже у них во обители служаше. тии же глаголаху вечер когда спати идохом, тогда видехом строителя нашего и взяхом от него благословение, а нощию камо ся дел, о том нимало вемы, а священноинок прежде сего пред малыми денми, не вемы како отъиде. слышав же сия Косый зело опечалися, яко погреши надежды своея, обаче прочая вся яже ему повелена быша мучительства гордою рукою содела. иноков же и бельцев от уз свободив отдаде понятым. они же поручишася по них с подписанием. старца же Иякова именуемаго Лукичева с прочими ратными и бельцев три человека повелев оковати, и с собою их взя и имения монастырьския яже обрете разграби. хлеб же и скоты и прочая, их же невозможно с собою взяти, описав и остави под хранение окрестных сел и весей жителем с подписанием. сам же с своими, и с юзниками поеха в Нов град. бывшим же им тамо, и оных узников по обычной их мучительства суровости поувещаша, и ранами и озлоблением темниц до полугоду томяще. и тако к новинам и нехотящих их обратиша. и отпустиша паки в Кирилову пустыню. с ними же послаша некотораго из Новгородских монастырей игумена Ефрема, и с ним послаша указ з жестоким приказанием во весь Олонецкий уезд в погосты и в волости во вся к попам и к старостам и к десяцким. чтобы всячески сыскивали Кирила раскольника, и прислать за крепким караулом в Нов град в архиерейский розряд. и указы о старце Кириле по погостам разослали. и бысть о нем велик взыск, по следам куды бежаху. но Бог его покры, не могоша взыскати. той же приехав, и ту сущих в монастыре иноков и бельцов еликих обрете аще и с принуждением, но обаче к новинам приведе. бяше же той игумен Ефрем кроток нравом, и того ради некоторым возможно бяше и укрытися от него елицы аще точию хотели быша. поживе же неколико время игумен и не могий труда пустыннаго терпети по малу возвратися в своя си. старцы же оставшиися во обители Кирилове опасающеся напраснаго нападения, подчиниша себе под владение в монастырь рекомый Зеленую пустыню, и оттуду начаша приезжати монахи един другаго изменяюще, взирающе на начальника новин их Никона. простираху руце на грабление, сердце же в мужество ярости обращаху. ею же между братиею, яко копием храброваху. и тогда пострижеся и с веси Суйсарской некто именем Констянтин, преименова имя во иноцех Кирил, велми зубат, и нача старцов увещати, чтоб от оной обители Зеленецкой как бы мощно отходити, и нача старцов на склонение то увещати. не терпяще же таковых обид Кириловы пустынницы бывшии монахи. овогда прошениями еже к судиям, овогда же и сами о себе ратия борющеся, пребываху не починительни ко оному монастырю, и поставиша новопостриженнаго старцы Кирила строителем и шедше в Нов град просиша у архиерея чтобы быти под своею властию, и пребыша неколико время в своей власти. егда же сяде на престоле Великоновоградский архиепископ Феодосий, бывый архимарит невский. и той яко сребролюбив сый, воззре завистливым своим оком на оную Виданскаго острова пустыню и на прочия во своей епархии монастыри, и присылаше надзирати, или удобнее рещи обирати ону своя архиерейския дворяне. они же приезжающе, хлеб и скот распродаша. последи же книги колокола и иконы обравше в Нов град свезоша. место же тоя пустыни поля и пажити отдаша на оброк петровских железных заводов лантрату Григорию Муравьеву. он же посла ту своя люди с конми и с доилицами, и пребываху дондеже той Муравьев на оных заводах бысть. последи же даже и доднесь зело мали жителие тамо обретаются.

О пришествии Кирилове в весь имянуемую Слободу.

Блаженный же Кирил страхом гонителей гоним и любовию древлеотеческаго благочестия вперяем бежаше чрез непроходимыя пустыни по корельским селениям, и тако к северной стране Онега езера прииде, на место зовомое Повенец, и оттуду же на мирскую дорогу в некоторую весь именуемую Слободу яже прилежит ведущему в Поморския страны путю; пришед же ту обрете некоего страннолюбца именем Феодота и обита у нег неколико дней в тайне. мучительства же пламень больма разгарашеся, и яко некоторое моровое поветрие по всем селам и весем умножашеся. и того ради невозможно бяше укрытися, древлеотеческия законы хранящим. он же Кирил живяше в тайном месте в лесу неколико времени. боящежеся отец пребывати близ веси оной да не впадет в руце томителей.

О пришествии Кирилове в Выговскую пустыню.

Тем же молит введшаго его под кров свой страннолюбиваго Феодота да покажет ему в пустыни место могущее его от мучительския суровости укрыти. Феодот же сказа ему о тишине пустыни Выговския, яже отстоит от Выгозера яко 50 поприщ, и проводи его тамо. старец же видев пустыню безмолвную тишину, возрадовася духом, и благодари Бога наставльшаго его во отишее тоя приити. Феодот же приведе его в пустыню ту и постави с ним келиицу малу, ея же половину вкопа в землю, да не скоро обретена будет ходящими по пустыни той звероловцы. место же то, идеже оную хижу поткаша, ныне именуется Кирилова губа, против оной губы за рекою. отходящу же от него Феодоту моляше его старец да никому же о нем повесть. Феодот же глаголаше ему. в сицевой непроходимой пустыни жити хощеши откуду имети будешь отче пищу и одежду притяжати. вижу бо тя велми стара и нестяжательна. рече же ему старец, Господь Бог мой упование ми есть нань же надеюся, яко гора Сион не имать подвигнутися вовеки. той бо рече не пецытеся душею вашею, что ясте, ни телом вашим, во что облечетеся, ищите прежде царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам. И тако рек отпусти его с миром. сам же остася един, единому Богу внимая дело же его бяше еже присно молитися, прилежаше же отчасти и о потребе телесном, рыбу ловя, и дуб со древия дерый яже изсушив толчаше, и с того хлеб себе творяше и тем питашеся. пребываше на том месте малое время и бояшеся да не найден будет мирскою чадию за звероловством ходящими, близ бо реки Выга место то бяше.

О преселении от Выга реки в внутренюю пустыню.

И того ради преселися вдалее от реки к востоку, яко поприще едино и болши, недостигая мало езера некоего. и ту постави себе келию и живяше в ней, и отхождаше от селения своего и идеже аще обреташе землю плод приносити, и ту сечаше лес, его же зжигая уготовяше нивы малыя. в ня же и сеяше закрывая мотыкою. и елико в другое лето возрасташе, и оттого приобреташе пищу, ядый по писанному хлеб свой в поте лица своего. Но что умножаю слово о телесных нуждах, не душа ли есть болши пищи и тело одежды. Простите же мя яко, плотолюбну сущу о плотских болши и беседующу ми, нежели о духовных. ибо елико сам сладостию болю, толико слыша отеческия седины, в таковых подвизех страждущия болми жалостию движюся.

О приходе к старцу в пустыню внука его Иоанна.

По мале времени внук его Иоанн естественыя жалости узами влеком, ово собою ово понуждением бабки своея, инокини Елисафети, и матери своей старицы Таисии, прииде в помянутую весь Слободу, вопрошая и испытуя о блаженном старце Кириле, со всяким тщанием и любовию. страннолюбивый же муж слышав сия от него, прежде испытав его, откуду и чесого ради про онаго старца вопрошаеши, оной же Иоанн сказа ему всю со слезами истину. Феодот же видя его естественою любовию горяща, взем его отведе в пустыню ко блаженному Кирилу. он же пребысть у деда несколько дней. старец же беседоваше со внуком совопрошающи о обители своей. оной же внук сказа ему с плачем всю истину. блаженный же слышав от него плачевную повесть, сжалися сердцем и умилися душею, нача велми скорбети и плакати на долг час о оставшихся в монастыре своем братии, приступивших неволею к новостям, и отступивших от древлецерковнаго благочестия. и едва от плача преста и нача наказовати, чтобы сия возвестил всем боящимся новин, бегати бы и крытися от них всячески, и удалятися от таковой лютости обладанной всю Россию. такожде и ты чадо велми блюдися, и своих стариц блюди. и по наказании отпусти его с миром в монастырь оной же. оной же Иоанн пришед в монастырь, поведа о блаженном, бабке своей инокине Елисафети, и матери своей старице Таисии. и протчим в монастыре сказа его наказание. они же слышавше сия и плакавшеся о своем согрешении.

О брани Кирилове с помыслы.

Настоит же ми нужда, и о духовных подвизех блаженнаго воспомянути: како боряшеся с помыслом своим и како ему помысл глаголаше: како ты старче бегун явися, оставил в расхищение, и в попрание благочестие, лучше было тебе с ними вкупе или жити, или умрети. и от такого помысла падаше на землю, плача горкими слезами на мног час, лежа аки мертв, востав от земли и от плача. томяше бо его тая мысль многое время. старец же плакашеся о сем, и каяся Богу. и молитвою на помысл вооружися. ибо в непрестанных молитвах, яко адамант во утвари красяшеся, днем и нощию Господеви моляшеся присно, и просяше помощи на нападающаго нань врага.

О хождении Кирилове ис пустыни, в свой созданный монастырь на Суну реку, для увещания братии, оставших от него во оном монастыре.

Но помыслив в себе что идти тайно в оставленую свою обитель на Суну реку, и поучиши свою оставшую братию о благочестии. что бы хранити им древнее благочестие и бежати от новин в горы и в вертепы и в пропасти земныя, по писанию Ефрема Сирина, кому куды можно укрытися. хотя оную диявольскую брань облегчити, и помысл свой утолити, и души своей спасение получити, и помолився Богу востав пойде в путь свой, и пришед втай в нощи, не доходя близ монастыря своего, взят с собою некоего христолюбца для приходу та инаго в монастырь, и прият бысть сперва малыми людми в тайне, они же видевше его возрадовашася, и начаша плакати. раствориша радость с плачем и глаголаша ему. почто нас честный отче и наставниче наш любезный оставил сирых; он же видяше прилежную к нему любовь, и не можаше терпети от плача, нача им с плачем и со умилением свое от них отшествие глаголати; они же слышавше от него сия, собрашася вси к нему, и начаша вси плакати, и бысть плачь велий, и начаша ему по его отхождении свое озлобление и вязание и расхищение сказовати, что им от гонителей в та время случишася. он же слышав сию горкую и плачевную повесть, велми зжалися; и нача к ним слово учения с плачем и с любовию простирати и учити о благочестии, и чтобы им от новин Никоном внесенных в Российскую церковь удалятися, и от лютости их и гонения бегати аки от огня, и никакоже новин его приимати, но укрыватися всяким ухищрением, кому куды мощно по писанному Ефрема Сирина, никакоже к новинам их приобщатися. они же слышавше от него такое учение малии внимаху. а инии все начаша его с плачем и с великим усердием молити чтобы с ними жити во своем созданном монастыре. он же сего их моления не внимаше: но видя их к себе велику веру и усердие, тайно в сердцы своем бояся воздыхая, да не како неволею удержан будет от них, и поучив их всех с любовию, и нача сам себе в тайне глаголати, бедный старче Кириле спасая спаси свою душу. а оных возложи и остави Богу могущему их спасти как Он свет хощет о них тако и сотворит. а тебе время от них молком бежати в старую свою пустыню да не приимеши от диявола какого препятствия да не како любовию оных удержан будеши. да не приимеши себе паче прежней скорби и печали и сетования: и побыв у них несколко время, и став в нощи тайно не сказав никому своего отхождения, отшед от монастыря тою нощию к прежнему христолюбцу чрез кого в монастырь приход свой сотворил: и моли его чтобы отвести его тайно; оной же христолюбец со усердием его отвезе тайно куды он повелеваше, и приим от старца благословение возвратися в дом свой. старец же моляше его да никому сего поведает. и пришед на морскую дорогу в преждереченную Слободу к преждереченному христолюбцу Феодоту, и поведа ему все свое хождение; и отшед в свою в Выговскую пустыню, и пришед в келию свою славя и благодаря Бога, и отдохнув мало от печали; но диявол не даяше ему в покои пребывати, но хотя его от оной пустыни отгнати, да не како оным старец оная пустыня населица богорадными жители изгнанными християны.

О брани бесовской наношении блудных помысл.

Немалу же пакость деяше ему враг наношением блудных помысл, о неусыпныя твоея лютости лютый человеческаго рода враже, како непрестая наступаеши на прервавшаго единою услаждающаго тя любодеяния скверную узу: но дивися сего блаженный диявольской дерзости, како приносит смрада зловоние, влиянная небесным миром ноздри; како стречет уды уже старостию умерщвеныя, но извыче диявол преже в пустыни на Суны реки тем же бороти. Оле подвига твоего дивный наш страдальче противу сицевыя рати исходяше отец в броня терпения одеян, шлем упования нося. за щит веры укрываяся, на лютость жгущаго пламени, богатую реку слез изливаше: на нападающаго нань помысла, копием молитвы прободаше: стрелящее его похотное жало, постом удавляше: овогда бо два дни овогда же три дни без пищи пребываше, убегая лютых помысл необратнаго стремления: но ни тако до конца можаше истребити проколающаго его мысленаго терна: и того ради исхождаше в пустыя дебри идеже комаров толпы и мух и овадов сонмы летаху, и тамо обнажаше костьми умерщвенное свое старческое тело. жала же летающих не кровь но мозги того вытягаху: той же неудовлевашеся мукою ядущих его мшиц, но отломив елевыя ветви, и бияше себе по старческому умерщвенному телу, до пролития слез и плакаше до сытости, и востав отхождаше в келию свою моляшеся Богу. пребысть же в таковом подвизе до толика, яко победити ему вся вражия прилоги, и обрести внутрь себе образ покоя мысленныя радости яко же и прежде во оной пустыни напреди являет.

О лютости и дерзости бесовской на блаженнаго Кирила.

Но диявол оную кознь на него плеташе хотя устрашити своим привидением всегдашния же звуки и клопоты творяще ему. да поколеблет мужественное его сердце и устрашит приведением своим и отбежит оной пустыни. но блаженный Кирил яко мужествовавый в таковых храбро с велиаром боряшеся преодолевая его лукавыя козни: овогда прихождаше к нему с полки бесовскими грозя ему всячески и властелски повелеваше бесом своим немилостивно ис келии его извлещи, и немилостивно убити и келию его разорити. беси же внидоша в келию его и хватиша его с яростию немилостивно, и извлекоша вон ис келии и биша его немилостивно и влачаше за ноги по тернию. а келию его разметаша, и кричаще вси зверски хвалящеся глаголюще. калугере калугере отъиди от сея пустыни откуль  пришел еси, сие место наше никто от создания мира от человек смел в сию пустыню дерзнути поселитися до сего времени: а вы ли малые бегуны изгнанныя и возненавиденныя от всего мира от человек хощете сию пустыню своими бегунами населити. а нас хощете от сей пустыни изогнати, яко же прежде сего нас изгнал еси с прочими своими калугерами с Сунорецкой пустыни и где и монастырь свой поставил: но и сам ныне оттоле бегун явился: зде же не попустим тебе сего, но старец же видя такое бесовское дерзновение, возри ко Господу от всего сердца с великою жалостию и со умилением и с плачем. Боже Боже мой вскую мя оставил еси, вонми Боже и призри на немощь мою и востани в помощь мне недостойному да не возрадуется о мне враг мой, да не речет где есть Бог его востани вскую спиши Господи не отрини до конца; вскую лице Твое отвращаеши, и забываеши нищету нашу; востани в помощь мою даждь ми силу и крепость свою да поперу вся враги моя видимыя и невидимыя, и да посрамятся и постыдятся и исчезнут оклеветающии душу мою. и по молитве онии беси вси яко от огня отскочиша и исчезоша и невидими быша. но] просветися в сердцы его свет: и востав виде себе от келии отвлечена, востав пришед к келии своей, виде келию свою целу нерушиму и шед в ню благодаря и славя милосердие и заступление Божие.

О бывших во времена Кирилова в выговской пустыни жителех.

В то же время во оной Выговской пустыни немного бяше жителей, яко не всем знаема бяше. но точию некий инок Питирим сперва живяше у Челозера и у иных озер переходя; овогда при брезе Выга обиташе, овогда же при потоце некоем водворяшеся иже ныне Горелыша именуется, да близ же Шелтоозера живяста некая от русских стран прибывшая два мужа Терентей именуемый Воробей, Иоанн зовомый Скамья. да в верховских лесах утамбичь озера живяше старец Соловецкой выходец именем Герман который после скончася за благочестие в собрании в другом в Палеостровском монастыре. да от него к востоку глаголю ныне где Ладожской скит, живяше отец Корнилий, вдале же обитоваше некто Епифаний инок крыяся от гонителей за благочестие при Столпоозере в нем же при нашествии мучителей и утопе. и аще кто ин от таковых тогда в пустыни той бяше или ни, о том оставляем повесть могущим известнее нас сказати.

О приходе паки к блаженному внука его Иоанна.

Паки во время зимное по неколицех летех. прииде к блаженному внук его Иоанн, и пребысть у него мало дней наслаждаяся словес его, и егда начат возвращатися в монастырь. и глагола ему блаженный Кирил. иди чадо Иоанне во своя си, не можеши бо нашея пустыни труда носити: но тщися же древлеотеческую веру непоколеблемо сохранити, в ней же елико мощно сохраняй, и родителей твоих стариц. имаши бо бабку твою погребсти тамо. с материю же твоею послежде водворишися в пустыню яже присудствует званию Выговскому: последствуют же с тобою с монастыря токмо малии; мене же к тому жива не имаши видети. молю же тя любезное чадо всеми мерами от мира и от сует его блюстися маловременен бо есть: и тако наказав его прощению сподоби, и отеское свое благословение дав ему, отпусти его с миром. тот иже отъиде к матери своей и к бабке, возвещая им о блаженном отце и прочим и о проречении его. яже вся последи збышася. ибо бывшая его сожительница инокиня Елисавет преставися благочестно. в добре исповедании при обители его иже на Суне: аще бо и в гонительная времена но благочестие свое соблюде невредно, и погребена бысть тамо. внук же его преждереченный Иоанн, с материю своею инокинею Таисиею, пришедеше в Выговскую пустыню, и сперва живяста у старца Сергия в собрании несколко времени у Выга, а послежде поселистася в месте нарицаемом Терво озеро, и пожиста во всяких добродетелех и преставистася с миром.

О преставлении блаженнаго Кирила.

Живяше же старец ожидая себе блаженныя кончины. уже бо сединами и леты приближашеся ко исходу жития своего, и волею всемогущаго Бога отец Кирил от суетнаго сего века в некончаемую жизнь преставися. в год той во время великаго поста. егда начинашеся весна зимныя снега груды поядати. два некая мужа един с Маселги морской другий же с Слободы совещавшеся поидоша на реку Выг, ради рыбныя и звериныя ловитвы. бывшима же има в преждепомянутой губе. яже ныне Кирилова именуется: узреша от реки в гору след лыжами по снегу испранный по нему же шедше мало обретоша келию, толкнувше же не получиша ответа, в ню же вшедше обретоша старца седяща на лавице обратившагося ко святым иконам единою страною о стену опершася, псалтырь же лежащу пред ним отверсту, и кадильницу со углием и фимияном, и кратир с былием пустынным стоящи близ его; в руце же держа лествицу. приступльше же близ его, и видеша уже умерша, не смеюще же прикоснутися ему изыдоша вон ис келии.

О погребении тела блаженнаго Кирила.

Пришедше же в дом свой сказаша вся елика видеша: преждереченный Феодот слышав сия, скоро тече в пустыню ону, и обрете отца преставльшася, якоже преждереченнии мужие реша. пад же при ногах его плакаше велми яко не сподобися блаженныи кончины его видети, не смеяше же прикоснутися отеческому телу: и тако отъиде в путь свой печален оставив отца непогребена: и абие ят бысть болезнию, яко бы всем удом его разслабитися: и елико убо он от отеческаго вертепа Феодот в дом идяше, толма болезнь его паче согнеташе. и до толика умоли его недуг, яко к тому не можаше ни с места поступити: прост же зело бяше сей муж, и не можаше надолзе разумети яко преставльшагося ради отца бысть ему сицевое посещение. недугу же единаче составы его потрясающу, той же от тесноты болезненныя возопи ко отцу моляся: сицевая ли мне воздаяния твоя за труды мои, отче мой, аз убо приидох к тебе надеяся насладитися медоточныя ти беседы, и благословения твоего отеческаго, и молитв сподобитися по грехом моим опрепятствовавшим мя и надежде моей в срам обратившейся: обретох бо тя не тако яко же желах. говея же не смех прикоснутися честному твоему телу. ты же прогневася на мя посетил еси мене сицевою болезнию: но молю тя рабе Божий отдаждь ми в чесом убо аще согреших ти: се бо иду искати единаго от пустынных отец с ним же пришедше скутаем твое трудолюбивое тело: и тако помолився абие от недуга свободися. и шед обрете инока Питирима с неким жителем и поведа им бывшая. Питирим яко услыша точию, теком пойде послужити честному отеческому телу: и пришед лобызаше блаженнаго мощи, и тако взем трудолюбное оно тело покрыв е власяницею яже бяше на нем, вместо же гроба скалою березовою обви ископа ров, и песни надгробныя совершив погребе. славя Бога сподобившаго и послужити погребению блаженнаго: и тако разыдошася, Питирим и Феодот во своя си. Поживе же блаженный Кирил всего в жизни сей 83 лета: считаютжеся лета живота его сице: В 16 лето возраста своего жене сопряжеся и поживе с нею 3 лета, в монастыре в Юрьегорском до пострижения 1 лето, а по пострижении 2 лета. а во отоце окияна моря на соловецком острове в киновии преподобных отец Зосимы и Саватия поживе 3 лета; по разным монастырем странничествова 3 лета. в Задней пустыни пребысть 2 лета. во обители, великаго Александра поживе 5 лет, в пустыни яже на Суне реце на Виданском острове, до пришествия соловецких старцев, безмолствова 15 лет. по пришествии же старцев до изгнания, припроводи 25 лет. по изгнании из монастыря в пустыни Выговской поживе до преставления 8 лет. преставижеся в лето мироздания. осмыя тысящи во 104 году. в марте месяце. но и в та время, как отец живяше в пустыни сей и после преставления его, гонения мечь единаче играше по России. паче же в пределех Олонецкаго града, всем хранящим древлеотеческое благочестие всегда изливашеся, злодыхательное мучительство. его же ради бегаху православнии в непроходимыя пустыни крыющеся от рвения мучительнаго пламене видяще же новин любителей. яко укрываются нецыи от звероядных зуб их. послаша искати в горы и вертепы и пропасти земныя, и елицех аще обретаху, мучаху велми, всякими различными муками повелевающе им, тремя персты креститися. и по новоизданным требником служебныя просфиры ясти, и таин тех причащатися. не приемлющих же уста пястьми и палицами сокрушаху и вложивше кляп между десны. силою причастие во уста вкладающе вливаху. таковое же к новинам мучительное обращение людие видяще, болма удалятися тех начаша, не могуще же в пустынях укрыватися в руце же мучителей впадати трепетаху да не помажутся уста их лиянием новослужимаго причастия, и того ради овыя гладом помираху, овыя в водах утопаху от лютаго того гонения, а иных по великих муках, в срубах сожигаху, и главы отсекаху. мнози же и число превосходящии народи вооружившеся верою збирахуся кому где возможно бяше, и при нашествии мучителей зжигахуся благочестно по законех древлеотеческих, подражающе древних, азарииных чад. онех убо рука Навходоносорова в пещь вверже сих же теснота мучительская, пореваше. протяжеся же сицевое злодыхательное мучительство по всей России, на много время, без отдохновения. но паче же в наших Олонецких пределех. егда же премудрый восхоте Зиждитель Бог даровати малу отраду чадом, древлевосточныя церкве, тогда самодержствуя над всею Россиею, великий Петр. возведе яко орел разсмотрительное свое царское око на всероссийское лице. от его же самодержавнаго правосудия побежа клевета далече и ложь позна путь в безвестие отъити. ибо во время царствия его лице сильных страхом покрывашеся. обидницы же яко класове мечем пожинахуся таковых ради его грозных законов несмеюще обижати безвременно един другаго. елма убо правосудию Петрову во всей России храбрость свою показующу. случися и гонителем за древлецерковныя законы некий здох прияти. ибо самодержец. аще новин и не истребляше. обаче и древняго благочестия любителей в конечную обиду не отдаваше. и того ради угаси огнь, и нестроение российския люди поядающии, и затворися гробо безчисленныя тысящи словенскаго народа, единым часом, в себе вмещая. таковому же отдохновению югу от царского престола на Россию повеявшу отверзошася, абие пустынная недра приемлюще в себе древлецерковнаго благочестия любителей отворишася, тогда и Выговския пустыни врата, в ня же скоро налияся христорадных людей множество и тако оттуду царскаго величества милосердием яко отсюду святых отец живших во оной пустыни молитвами огустеша, выговские дебри жительми и блата наполнишася доилицами устроишася, и две обители велицыи едина мужеская, при Выге реце во имя Богоявления Спасова. другая же при реце Лексе, во имя всемирнаго Воздвижения Честнаго Креста девическая, обеима же сима даде Бог премудрых предводителей. тако в слове мудрости, яко в житии исправления богатно довольствующих глаголю же Даниила кротости пучину, и Андрея источника премудрости, и Петра слез величайшую реку, их же труды и подвиги тако телесныя, яко душевныя без гласа отзываются и без шума гремят. ибо не точию онии две обители тех трудами населишася но и скиты стоящии окрест их, всеразсудным попечением размножишася. тем же аще и всех пустынножителей вопросиши. кто в Выгорецыи пустыню основа. единогласно отвещают глаголюще, Даниил кроткий и милосердия пучина и нищелюбия бездна. кто древлеотеческия законы и внешнее наказание всем пустынножителем объяви и укрепи своим учением, чины и уставы положи. возопиют единогласно. Андрей премудрости источник. кто церковную службу торжествовати по уставу научи. возгласят без сомнения. Петр, слезоточивый еклисиарх. ибо древо добро не может плода зла творити, по Спасову гласу. тако, и святопочившия. в пустыни сей. не могут видети быти, по себе предводителей тщеславию работающих, и того ради, якоже сами насытишася населе пустыни сея трудами и молитвами, напоишажеся слезами и милостынею, возрастоша же постом и чистотою, такой ветви от себе израстиша. подобящияся тех естеству и нраву. но о сих убо упокоивше слово на краткое воспомянутие, о месте идеже лежит тело блаженнаго Кирила. прежде помяновенный убо, еклисиарх Петр велию веру имяше созидати молитвенныя храмы, и украшати, тыя святыми иконами. неусыпное же желание стяжаста и преставльшияся отцы, панихидами и прочими молитвоприношениями поминати, и молитвы их к себе в помощь призывати созидаше же над многими верху идеже  тогда положении быша единаго от отец телеса, и гробницы хитроустроеныя. к сему же отцу, яко к первому пустынножителю, велию веру имея созда в память его на месте идеже погребен бысть блаженный Кирил часовню малую, и дондеже жив бяше прихождаше ту с клириками и творяше память его честно поя над ним панихиду, и фимиянным каждением удовлевая молитвенный храм и место, на нем же положено бяше тело блаженнаго. егда же Петру слезный путь скончавшу и в надежду вечнаго веселия отшедшу, остася на его месте Симеон стрый его, брат же премудраго Андрея муж естественныя остроты и глубины писания зело пребогатый, и сшествуяй по стопам отец своих возгради над телом Кириловым новый молитвенный храм пространнее перваго вонь же приходяще. тако от обителей, яко и от скитов отцелюбивии дети творят отцу всеусердное помяновение. призывающе его кождо по вере своей на помощь, и чрез помяновение имени его приемлют молитвы своея плод богатый, якоже ныне слово явитися хощет. Бысть убо некто христолюбец муж именем Симеон живый в преждепомянутом месте, нарицаемом Огорелыша. еже отстоит от обители Богоявления яко 6 поприщь. муж же той бяше кроткаго нрава, и душею сокрушенну имяше, слезная же роса, мало от лица изсыхаше. ибо зело бяше слезоточив. приспевшу же некогда празднику святых Богоявление. той же Симеон якоже обычай имяше пойде в Богоявленскую обитель да тамо торжества праздничнаго усветляемаго пением и молитвами и уясняемаго чтением насладитися. бывшу же ему во отстоянии от своего вертепа вдалее яко пол поприща, внезапу пременися воздух и буря велия воста и снега множество просыпася и вихры зело суровыя сокрушаху старческое лице, той же яростию бури сламляем совратися с обычнаго пути, и не ведяше камо идет, и едина ему точию надежда бяше лыжи, иже под ногами его бяху. в немощи же мнозе и страсе быв старец за одержание трясущия место то и его седины бури. приим абие во ум блаженнаго Кирила лежащаго в той пустыни начат со слезами и с верою молитися глаголя отче преподобне Кириле виждь беду мою, яко от лютости зимныя погибаю люте и не вем убо пути, ни во обитель шествовати ни к вертепу возвратитися, ты же елико имаши дерзновение предстати ми молитвами твоими в час сей помогая. и сие токмо Симеону изрекшу явися абие пред очима его свет. яко бы улица между бурею идущая. Симеон же разуме быти отца Кирила скорую помощь, и веруя пойде светом оным водящим его. и мало пошед изыде на реку Выг яже течет от обители Богоявленския ею же прииде во обитель безвредно поведая отца Кирила молитвенное посещение и помощь к нему и осияние светом, и тако благодаряще Бога и Его угодника Кирила в сем быти возвещаше.

Но и тезоименитый почтению отче приими наша от нас приносимая ти своя же от себе нам просящим у тебе подаждь. приими веру, и подаждь целбы. приими труды и подаждь дарование, приими усердие и подаждь любовь, ибо во всех тя искусна вемы и того ради вси припадаем к тебе отче наш любезный, младенческое ли малолетствие помянем но тое и полновозрастных смысл превзыде, отроческое ли целость к памяти совнесем, но тая в первозданей целости невредна тобою соблюдеся, юношеское ли целомудрие посреде нас поставим. но тое постоянства твоего крепостию дышет яко крин араматами. ко учению же божественных писаний распалися твое сердце, яко огнь любви Христове возжеся душа твоя. яко елень к источнику к родительской воле вверися твое сердце, яко скуделоздетелю. и того ради был еси супружником образ изрядный. отшельствующим правило добродетелей известное. странствие бо любимое Христу твое нозе ходящии по монастырем изследиша труды творящии, телу честь а души помощь, твои рамена. замостивший великий мост соделаше. послушание любезное ангелом во обители великаго Александра тобою исправися. возвращением твоим в дом родителие твои сподобишася во иноческий образ облещися пришествием твоим на Виданский остров. ненаселенное от века место преславное население прият гоняй тя, терпением, и молитвами твоими диявол и с бесы своими люте посрамися. твоея заповеди преслушание лютую смерть нанесе мужу сестры твоея Иоанну. твоего прошения моление игумена обители Александровы, и братию сотвори прилежати о пустынном твоем населении твоея пустыни, отишие приведе к тебе дивныя отцы, Епифания, и Варлаама. о блаженных ушес твоих Кириле ими же сподобишася слышати от святаго Епифания пророческое проречение. крепких твоих рамен терпеливе ими же поъял еси биение врагов твоих нашедших на тя. о мужества твоего мудре имже у градодержателей испросил еси владети населяемое тобою место. прилежанием же твоим и труды возградиша обитель, человеколюбие твое и молитвы собраша братию. крепкодушие твое и вера, и по отшествии знаменосцев отцев не умалися.

Родителие твои под кровом обители твоея телеса своя погребоша. врази твои щедротами твоими от гладныя смерти избыша, новины просыпанныя по России молитв твоих ради долго в твою обитель не внидоша, егда наполнишася твои ушеса посадниковых проповедей. тогда большую души твоея веру стяжа егда истощишася сокровища твоего богатство в руце новолюбцев, тогда болшее усердие о хранении благочестия в сердцы твоем умножися егда огустеша здания обители, от крыемых в ней христолюбцев. тогда множае уплодишася гобзования братолюбцев. противу же посланнаго от новолюбителей воинства теплейшими молитвами вооружился еси, от палящия же ярости их, яко Исус от Ирода в незнаемыя тебе страны бежал еси оставив вся имения и обитель, весь нестяжателен, отвсюду, в Выговскую пустыню пришел еси. в ней же живый дубом древяным себе угощевал еси. и былиями в блатных местех растущими, утробу свою от глада отводил еси. кто же может исповедати труды и борения твоя бывшая противу миродержца. овогда убо страша тя диявол, сострояше звуки, овогда же разслабевая тя приношаше помыслы. ты же противу тех, ратуяся молитвами и постом тело свое удручи, трудами и ранами и мшиц и комаров ядением победил еси супостата и его коварства. тело же твое на укрепление в сея пустыни под сению древес осеняющих Выговския бреги в земли населеной вашими постническими трудами погребсти изволил еси, мы же на место то приходяще всеговейно поклоняемся обычными же церковными помяновении поминающе тя любезно отца нашего просим и молим совокупитися в молитвах со отцы нашими, в сей пустыни жившими и преставльшимися в молитвах вас призываем и просим. оградите пустыню сию от всяких бед и напастей. тако и внутреняя мятежи и раздоры утишающе. елико предержащих мудрость и мужество и благопостоянное содержание дарующе. толико и мирное безмятежное пребывание изливающе всем людем в пустыни сей призрите на ны смиренные и сокрушенныя паче всех языков уничиженныя и изгнаныя люди, содержащия пресветлое и святое древлецерковное российское отеческое благочестие. того ради благочестия и вы в пустыни сей поживше, всякия напасти и беды и гонения и искушения подъемше от лукавых бесов, и от злых гонительных человек. ныне и нас бедствующих защищайте своими отеческими молитвами от всяких бед избавляйте. видите скорби и беды наши. видите и нестерпимии напасти и гонение еже присно преболезненне страждем от многолукавых бесов и от злых человеков и от своея лжебратии. и от страстей воюющих во удесех наших и избавление милостивно покажите. приклонитеся к смиренному нашему молению. вся благая и мирная и спасительная нам обильне дарующе. многоволнуемый корабль нашего многонапастнаго жития окормите. ветрила душ наших греховную бурею раздранная. молитвенными си иглами сшейте. весла деланий наших искривленная своими богоданными исправлении обновите. бури грехов разсыплите, мраки страстей расточите, гонения уставите, ереси низложите, церковныя раздоры погасите, междоусобныя свары утешите. упремудрите начальствуемыя, упасите паствуемыя, вразумите старые, уцеломудрите юнныя, накажите безчинныя, утешите малодушныя молитвою своею у Бога испросите нам вся ны милостивно научите и наставите благих дел богатство пространно в душах наших всаждающе. смысл владычествия над страстми показающе. волю нашу всесильней воли Господни покаряюще. в преславней правде Божией. яко верою тако и делы совершены являюще. всякими благими добротами, и всякими спасительными изобилии исполняеми направите в тихое и пресладчайшее будущея радости в пристанище царствия небеснаго в пресветлый град святыми вашими предстательствы преставите чисты и благодерзновенны и обрадованны. О честный любезный наш отче Кириле непрестанно Богу и Владыки нашему Исусу Христу и пречистыя Его Богоматере пресвятей Богородицы и всем святым за вся ны в сей пустыни живущих своими ходатайствы заступи и просящим у тебе богатно требуемая подавай. даждь убо нам недостойным жития твоего собравшим и описавшим вдерзнутых туне незазорное прощение. и в погрешенных за неведение и грубость ума нашего, или инако в чем погрешенных туне милостивное решение и не вмени в повествованных блаженному твоему упокоению в тяжкое стужение, и во мзды же место нашего грубаго тщания воздаждь свое отеческое благословение. по силе нашей доблестей твоих собрании. приими от нас за честное приношение по усердию немощи нашей. бодраго еже по Бозе твоего пустыннаго течения. худою нашею тростию грубое плетение. присовокупи достойно блаженней памяти твоей на всекраснейшее позлащение. всем же нам понудившимся и трудившимся и описавшим и чтущим и послушающим с верою и усердием сподобитися хотящим священными твоими отеческими молитвами по силе нашей в древлецерковном отеческом благочестии ревновании. со усердием и с верою до кончины живота нашего пребывати, и конец благий получити. испроси мир и благословение и всемилостивейшее Божие посещение. всяк описуя сие или почитая или послушая жития твоего да поревнует полезным по стопам твоим шествовати. а злых дел да блюдет. а о нас да воспомянет ко всесильному Богу и Спасу нашему Исусу Христу. яко да и нам таковая в полезная вменит и навершит недостаточная нашего неразумия. буди нам и всем получити о Христе Исусе Господе нашем, Ему же слава со Отцем и со Святым Духом, ныне и присно и вовеки веком, аминь.

Одно из самых ранних [17 в.] послание неизвестнаго по имени духовнаго пастыря, заключенного новообрядцами в Далматинский монастырь, в Тюмень «об антихристе и тайном царстве его»

[Ркп. Публ. Q.I.489]

[Опубликовано П. С. Смирновым «Внутренние вопросы в расколе», Спб., 1898, стр. 019, приложение]

Благочестивым и христолюбивым [христоименитым] людем единыя правыя веры, сопричастникам святыя восточныя церкви, истинныя матере сыном, сияющим лучами благочестия и стоящим незыблемо на камене основания Христове, благоподвижным ко исправлению, духовным отцем и иноком, также и мирским правоверным христианом, мужеска пола и женска, благодать, милость, мир и победа на враги от Господа Бога и Спаса нашего Исуса Христа, и всем возлюбленным еже о Христе братии моей о Господе радоватися.

И се есть еже глагола Спас наш, братие, предвозвещая нам волны будущих бед хотящих постигнути вселенную всю. И ныне видим, любимицы мои, днесь сбывающееся, по божественному гласу Христову, сию належащую беду на вся христианы, паче же на церковь Божию, яже от врагов гонима, наветуема, поругаема, но непреодолеваема пребывает, паче же и процветаема пребывает, сияет мученическою кровию паче солнца. Вам же, отцы и братия, от Бога улучившим благодать и милость, пребывающе днесь в толиких волнах необуреваеми, речет грядый дому Владыка: благии раби и вернии, приидите [и внидите] в радость Господа своего. О, богоизбраннии раби Господни, коих похвал несть достойни, коих венец, каковых почестей! Воистину Духа Святаго [есте] насаждение, а не тростие ветром колеблемо, здание и делание есте Христово, иже со Христом спогребшеся и живот с Ним сокровен имуще. Егда Христос явится во славе, тогда и вы с Ним явитеся во славе, венцы одевающеся правды; токмо не обленяйтеся в трудех ваших благих; ни мало поревнуем возлюбльшим славу человеческую паче, нежели славу Божию, или яко апостол глаголет: возлюбивше нынешний век и предпочетше здешнее тела красование, а не будущую славу духовную. Увы пользе, погубляющей душу [увы житолюбия, смерть ходатайствующаго], увы телеснаго хранения и плоти своея необуздания, сопротивляющагося духу, удаляющагося от Бога и соединяющагося ко антихристу. Увы по плоти жити изволившим, зане Богу угодити не могут. Вы же, о, благочестивии и боголюбезнии отцы и братия, Богом избраннии прежде сложения мира, наздасте домы своя истинною благочестия. Воистину ваши почести и венцы суть, якоже рече Господь: мзда ваша многа на небеси. Занеже истинною верою оградившеся и еже к Богу теплою спасительною любовию от отеческих догмат и степеней нимало ко отступлению изволити восхотесте, но непременно содержаще, не срамляющеся нищеты Христовы, Крест Его носяще и с Ним страждуще; а по мимоходящем веце сем, с Ним воцаритеся.

Да пишете вы, отцы и братия, ко мне убогому, подати помощи от божественнаго писания на подкрепление. Дивлюся, воистину, вашей премудрости, свыше данней от Бога: како к такому грешну сущу и окаянну имеете союз любве и связуете к своему равноангельскому житию в братство! И аще бы ведали Вы, отцы святии, мое скверное житие, воистину смердяще пред Богом, много бо и вы имели о мне плакати и рыдати: таков бо есмь окаянен и сквернен, яко никтоже подобен мне во грешницех, якоже аз. Вы бо жилище Святаго Духа, и благоугодни же в заповедех Господних и во всяком деле блазе искусни: аз же, яко пес поверженный, всякаго зла исполнен и зело прогневавый Господа моего. Како возмогу [коснутися] вашей святей беседе, или восписати [глаголати] вашей любви о Господе противу вашего написания! Но ельма аще и грешен есмь, обаче не хотя преслушати повелительнаго вами, повинуюся вашей любви о Христе, но елико Господь мя вразумит, должен беседовати с вами, о имени Исус Христове, и о тайней прелести антихристове. Аще бо и в дальнем разстоянии есмь телесно, но духом совокуплени. Истину, братие, подобает нам днесь друг ко другу непрестанно беседовати о Господе, яко да исполнится в нас реченное от Господа: идеже два или трие собрани о имени моем, ту Аз есмь посреде их, и: Аз с вами есмь до скончания века [Аминь].

О, благоприятнии мои друзи, паче рещи отцы пречестнии! Слышах аз, грешный, с великим недоумением, яко некое в вас между братии разсечение, а инем на соблазн и младым людем на слабость. Дивлюся, как не может нас уверити божественное писание и не утвердим своея мысли в нем. Аще бы и не достигли мы, братие, таковыя последния належащия беды и царства антихристова истинныя его прелести, но и тогда благоискусныя мужи пребывали в совете и любви и согласии; коль паче в нынешнее многопестренное и прелести исполненное время. Не подобает ли в совершенной любви и в советовании и в единой мысли о Господе пребывати, и милостива и щедра к себе Бога учинити, якоже Богослов глаголет: пребываяй в любви, в Бозе пребывает, и Бог в нем: сюже весь закон и пророцы висят, и всякому бо делу благу основание и покров, и ограда и союз, одежда и венец, без нея же ничтоже приятно дерзнух аз окаянный о сем рещи. Но вы и сами весте паче мене, но токмо исполняя благоприятную любовь.

Что же, любимицы мои, о вашем глаголе рещи, воистину не вем. Уже много глаголахом и беседовахом от свидетельства божественнаго Писания, о антихристе и о тайном царстве его, но не веруют мнози. О сем да умолчу и в мысли своей удержу. Но паки засвидетельствовано всем нам от Господа, еже беседовати о всяком деле блазе. Сего ради не могу молчати. И откуду и како повествуем: токмо от рекшаго: Аз есмь альфа и омега, явлейся, возлюбленному своему ученику Иоанну Богослову, о последнем отступлении и о антихристе и о тайном царстве его, и различных многих душепагубных действ, и льстивых его козней, яко превзыти ему, глаголет, паче всех древних еретик, иже прежде его бывших. Понеже бо устроит многия тайныя богомерзския и отступныя вещи. Сего ради явлейся апостолу показа видение многих лукавых действ сатаниных, и нарече видение Апокалипсис. Начало сице: Апокалипсис Исуса Христа, иже даде ему Бог показати рабом своим, и прочее. Что же, разгнути [разгнити] сему первому словеси мысль, что нарицается Апокалипсис? О сем толкует святый Андрей архиепископ Кесарийский, сице: Апокалипсис убо есть сокровенных таин явление. И сие не без разума, но и внимати подобает. Аще бо сокровенныя тайны наречены, но тайно и разумевати подобает, мысленно, а не чувственно. И сие первое зачало и стих мудрствовати втайне быти, а не в яве. И паки вторый стих: послав ангелом своим рабу своему Иоанну, и прочее. Толкование: Исус рече, яко Владыка своему си рабу ангелом нарекоша, исповедав свидетельствовати и проповедати обое, обращения ради слышащим сущая, к человеком утаенно хотя быти, и прочая. Внушите, любимицы мои, аще бо святый нарекл утаенная нам о чувствии [нарек утаенное быти, то како мудрствовати нам о чувстве], и прекословити с таковым святым, разгнувшим тайны сия; но токмо чувственным человеком устроятся таковыя богомерзския тайны, и чрез него поклонятся лжехристу, агнцу неправедному, втайне [сокровенному] сатане. И о том вы, отцы святии, сами разсмотрите, с испытанием разумно, в божественном Писании, како везде о нем глаголет притчами, в притчу разумевати духовно. А что нецыи глаголют чувственному быти в древнем Иеросалиме и чудесем его быти в чувственне же: разсудите, государи мои, кого там прельщати и кого уловляти, — из давних бо лет иссякло тамо благочестие, живут погани мнози языцы. А что глаголет Писание во мнозех местех, яко быти ему во Иеросалиме, и то, любимцы мои, не к чувственному Иеросалиму глаголет, якоже на святую Пасху в каноне 9-я песни поется: «Светися, светися, новый Иеросалиме», сиречь новый от Господа преданный закон во всю вселенную. А что глаголет в Апокалипсисе в начале, 1-е: о Еносе и Илии – убиенным быти им идеже Господь наш распят бысть: да по сему ли, глаголю, чувственному быти разумеют? Како того (не) разсуждают, яко Господь наш, совершая новый Иеросалим, сиречь закон, в нем же распят бысть нашего ради спасения, на том же стихе нарицаю [нарицает] духовне Содом и Египет, ради любодейнаго от закона преступления. Тако [и того же] стиха в толку глаголет: и убиет их и не погребенны оставит телеса ею в развращенном Иеросалиме, и ныне развратив его и уставися в церкви яко Бог, и потому глаголется развращенный. И паки тоя же книги в зачале 63 о Гоге и Магоге, сице: изыдоша на широту земля и обыдоша стан святых и град возлюбленный, и прочее. И в толку среди стиха глаголет сице: антихрист приидет и сядет в церкви: или в древней жидовстей, обновляя ю и творяся, яко Бог, или во истинней церкви на ся Божию честь привлачит, и прочее. Внемлите и сие слово, братие, что глаголет в древней и жидовстей. Яко тому же слично и Кирилл святый Иеросалимский, в знамении первом, пишет: яко в церкви, в которой церкви? в смущенной глаголю, жидовской, а не в той, в коей ныне есть мы. Толкование: сядет в древней жидовстей, обновляя ю, сиречь ветхую сень обновил и в жертвы предложил [претворил], а истину развратил, и своим богомерзским действом вместился в потир, и нарицается ныне Бог и агнец, поклоняем от всех живущих на земле, якоже во Апокалипсисе глаголет: и поклонятся ему вси живущии на земли. Горе имже не написана суть имена в книзе животной. Такоже и Ипполит папа римский о нем свидетельствует сице: по всему хощет уподобитися льстец Сыну Божию: лев Христос, лев и антихрист, явися Христос агнец, явится и антихрист агнец, внутрь сый волк; и прочее весте сами. И по сему многому свидетельству везде притчами о нем глаголет. А не агнцем ли ныне славится, не телом ли величается, не предается ли днесь [в снедь?], не Богом ли именуется, не ходит ли по морю немокрыми стопами, сиречь на служащих ему главах, и не царем ли его имеют безсмертным, иже вождь смерти, не восхваляют ли его неисповедимыми песньми и гласы многими и воплем крепким, и не возблистает ли яко свет, иже тьме начальник? Помыслим, отцы святии и братия: когда такову славу, и песнь, и хвалу чувственному человеку воздаваху? Никакоже. И паки Ипполит глаголет: и пред всеми покажет себе на небо вземлема с гласы и звуки. И то все ныне в тайнем действе совершается. Егда по принесении даров поставил священник на престол соединено тело с кровию, и молитву проговорит, и взяв подымет на главу, и глаголет: вознесися на небеса Боже и по всей земли слава Твоя. И обратився, понесет на жертвенник, и возгласит: всегда, ныне и присно и вовеки веком, и клирицы возопиют: аминь, да исполнятся уста наша, и прочее. Егда чувственный человек вземлется на небо? Никакоже, и не помыслим.

А что глаголется во многих же божественных Писаниих о рождении его, Ипполит папа римский, и святый Ефрем Сирин, и инии мнози: родит бо ся от жены скверныя, и инде: от девицы нечистыя жидовки сущия, исперва будет кроток, тих, любезен, благоговеин, миротворив, и прочее, и того такоже нарицает антихристом: и то к чувственному глаголет, да и дела его чувственная – чувственно и творятся, якоже есть писано: будет кроток и милостив: тако и бысть. И сотворив церковь Соломоню, якоже во Иеросалиме, — тако и бысть. И то совершися на Никоне еретике, бывшем патриархе, и тем делом обнажился: да того ли Богом нарекут? никакоже. Но аще и чувственный наречен антихристом, такоже и мысленный наречен антихристом. И сие с разсуждением подобает мудрствовати, понеже бо чувственным и наречен строения ради, и дел сатаниных, преступных и богомерзских, и от того чувственнаго, по его строению, познаваем и мысленно втайне положеннаго. Якоже Христос, истинная глава наша, бысть человек нас ради чувственен плотию и видим бысть, сокровен же божеством и невидим бысть, токмо мысленно разумеваем, яко истинен Бог есть, и егда с плотию бысть на земли, тогда апостолом своим и всем нам предложи хлеб и преломи рече: приимите и ядите, сие есть тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов: тако и чашу приим рече: приимите и пийте от нея вси, сия есть кровь Моя новаго завета, яже за вы и за многия изливаема во оставление грехов. И по тому Его божественному завещанию ученицы Его и апостоли предали во всю вселенную действовати в тайне во святых церквах. Да может ли кто от правоверных то действо простым хлебом или простым назвати вином? никакоже. Но аще и чувствен хлеб и чувствено вино показуется нам, но по действу Святаго Духа мысленно разумеваем, яко истинно тело Христово и истинная божественная и животворящая кровь Его, Агнец и Господь, Царь и Владыка дадеся в снедь, во очищение всякаго человека [согрешения]. Тем же подобием умысли и сатана проклятой, избра себе подобен сосуд, человека волхва и еретика и отметника, совершающаго и устрояющаго угодная дела его, и преложи в церкви действо по воли его, и смеси ложь со истиною, и нарече такоже тело Христово и кровь, а воистину тело сатанино, но и кровь змиина, и дадеся такоже в снедь ослепленным душевныма очима с непознавшим истины, в приложение, а не во оставление грехов, и во осквернение души и тела, и с ним в погибель вечную. Благочестивым же знаем, яко чужд есть, и лжехрист и агнец неправедный, древлезавистник, сатана, мысленный антихрист. А еже смеси ложь со истиною: истинный квасный в хлеб, помрачения ради и ловления душ христианских, яко истиною привлачит и к себе и соединяет. А ложь – нарицаемая сень креста, по латынски же крыж, яко тою лжею вместится сатана в действо, и оскверни всю истину на месте святе, и вместо истины – мерзость запустения. А тому не дивитеся, яко иными именами приводит на чувственнаго антихриста: и по делом его различным разделяются имена: начинания бо ради злаго действа антихрист наречен; а еже уготовал место мысленному антихристу и агнцу неправедному: и потому он нарицается предотеча и лжепророк: а еже приводит всех на поклонение и похваляет яко истиннаго агнца: и потому он нарицается заступник; а еже мучения ради: мучитель и судия лютый нарицается. Якоже Господь наш Исус Христос, многих ради благих действ, многоименит нарицается, такоже и сатана, многих ради злых действ, различен имены наричен. Такоже и злыя человецы многих ради вин и злых дел многими имены нарицаются. По Златоусту: егда лукавствует человек – тогда змия наречен, егда лает кого – тогда пес наречен, егда похищает что – тогда волк наречен, а когда блудник, тать и разбойник, егда не смысльствует – тогда осел нарицается. Такожде и о нем со испытанием разумети. А что о чудесех его мечтательных и льстивых глаголет Писание, по привидению, а не по истине, и о том различно мудрование предлежит. Ово (от) чувственнаго антихриста повелением его умыслится, но и то мысленно. Якоже Ипполит святый глаголет сице: преставит горы пред очима зрящих, и шествует по морю немокрыми стопами, и сведет огнь с небесе, и сотворит день тьму и нощь день, и солнце превратит, аможе хощет, и луну также. И о том сице разумеем: пременит бо закон Христов и заповеди Его и святых апостол. А еже глаголете: сведет огнь с небесе, — и о том пишет во Апокалипсисе, во главе 13, в зачале 36, сице в конце стиха: и сотворит сходити на землю пред человеки. И в толку стиха того: не дивно же есть в очесех прельщаемых зретися, да видят огнь с небеси сходящ, и прочее. Да како могут они прельщенныма очима видети от Бога с небеси гнев сходящ? Аще бы видели, зла не творили бы, — токмо разумно верным, яко всякая неправда гнев от Бога приносит. А о том, еже огнь видят прельщаемы, и то в церковном чину и в таинстве совершается, якоже от истины рещи: егда священник действует над святою трапезою, тогда огнем божественным нарицается тело и кровь Христовы по действу Святаго Духа, да и в молитвах ко святому причащению, во многих местех, нарицает огнем божественным приимающим с верою и чистым покаянием, во очищение грехов и во опаление всякия скверны. Такоже и они богоотступнии нфне прельщенныма очима свое богомерзское таинство огнем божественным нарицают, от Бога с высоты, по действу Духа. А о чудесех его пишет во святом Писании, еже мертвыя воскрешати и слепым прозирати, — о том святый Кирилл в знамении 10 пишет сице: иже многия начнет видяще [видети] мертвых возставших, а они не возстали, и хромых ходящих, и слепых прозирающих, и здравия не будет [а здравии не будут]. И то мысленно же повсюду творится ныне. Колико же глаголю о сем? Токмо начну от главы нашего Христа. И егда бысть нас ради плотию на земли, тогда мысленнаго ради воскресения и верования, показуя всем божественную свою силу на Лазаре, егоже чувственно воскреси, дабы веровали, яко может воскресити и всех в последний день плотию умерших. И паки бы божественною силою душами умерших о гресех мысленно приходящих к нему может воскресити, сиречь прощати от грех на земли – прежде телесныя смерти. И то нарицается первое воскресение, еже от грех свобождение. Такожде и апостолом своим заповедав творити. О сем пишет во святом Евангелии от Матфея зач. 34 сице: призва обанадесяте ученики своя, дает им власть на дусех нечистых, яко да изгонят их, и целити всяк недуг и всяку болезнь: прокаженныя очищайте, мертвыя воскрешайте, бесы изгоните; туне приясте, туне дадите, сиречь еже от Мене приясте заповедания, рече Господь, еже целити недуги, сиречь еже учити во благочестие, воскрешати же – еже оставляти грехи, приясте туне, туне и дадите: сиречь, якоже научистеся от Мене, тако и иных научите. И сие завещание святии апостоли предали наследником своим, во всю вселенную, архиереом и иереом, еже власть имети отпущати грехи. Егда человек покаянием и причащением тела и крови Господни очистится от грех, тогда все человецы зряще на него и глаголюще в мысли своей сице: «сей человек воскресе от смерти душевныя, благо ему есть». По сему поразумейте, любимицы мои, яко мертвыя нарицаются грешныя. Такоже и ныне творится: приходят к нему на покаяние и причащаются телу антихристову, и мнятся яко воскреснувша от смерти душевныя, сиречь грехов очистишася, и по Кириллову, ни здравия, ни исцеления, но и паче умирают вечною душевною смертию.

И паки о попех нынешних, еже нецыи из правоверных же разсуждающе сице: аще который поп в покаяние приидет, по нужде приимати от него святыню, крещение и молитвы и венчание, и всякия духовныя потребы и нужды исправляти, и аще же изволит кровь пролити за Христа, то таковым и литоргисати подобает. И мы истинно зело дивимся таковому разсуждению. Понеже сие изволися не по правилам святых апостол и святых отец, но от своего умышления. Аще бо от еретик рукополагаеми и слуг антихристовых: кое от таковых освящение, или крещение, или всякия потребы благопотребны бывают? Рцы ми, содействует ли Дух Святый еретическому рукоположению, еже на них? Никакоже! но паче осквернение, а не освящение. И о том в Кириллове книге пишет во многих местех сице: еретическое крещение несть крещение, но паче осквернение. И по тому свидетельству святых отец, и всякое действо еретическое несть освящение, но паче осквернение. Аще бо и в покаяние приидет, познания ради истины, то не освященна его мню, понеже бо Дух Святый на нем не действовал, но за простеца его и мирянина в братство причитаем. И аще бе истинных первых архиереов рукоположение на которых попах старых: аще таковый приидет в познание истины и в покаяние, и аз бы приимал от таковаго всякую священную потребу. Понеже в рукоположении на нем содействовал Дух Святый; аще бо и осквернился антихристом, но паки прииде ко Господу, покаянием и слезами омывся, и не отъятся от него рукоположение и освящение. Якоже и крещение на человеце всегда единою пребывает, — аще и во многия впадет ереси, или во отступления и отвержения, аще и много время в том пребудет, и паки в покаяние приидет – крещение второе ему не бывает, но тоже цело пребывает, — такоже и рукоположение.

А что глаголют о Эносе и Илии, еже быти чувственно в древнем Иеросалиме, и о сем много что глаголати, лучше престати, и в мысли своей содержати: яко закон и пророцы до Иоанна прорекоша. Что же о сем много пытати? Идеже бо антихрист, ту и пророцы мысленно разумей. А что протолковано у вас над [на Алексея] чувственным антихристом, а мы не мним тако. Писано бо есть: кто учинится вместо Христа главою церкви Христовы или построит церковь Соломоню, той есть антихрист. А он [Алексей] послушник его, а не властель, и поборитель в мучении его. А что царем нарицается антихрист: и то к мысленному разуму, и не токмо земным, но и небесным нарицается ныне. Паки о пророцех в третием фиале чти во Апокалипсисе и много паче не пытай. А что у вас написано толкование: яко дана бысть власть в знамении и чудесех, да сотворит пред антихристом, и преуготовляя ему путь погибельный, то-де приидет [то-де пред Алексеем], егда был на войне. Мы же не тако, но мысленно разсуждаем: то творит в церкви пред агнцем неправедным всякое действо чудесное, якоже выше речено бысть. Аще бо Апокалипсис чтете, ничтоже в нем чувственно разумевай, якоже глаголет: «зде есть разум, иже имать премудрость». Толкование: к духовным сущим сказуемым духовныя премудрости, а не мирския, потреба есть разумети глаголемая. Паки о антихристе, Апокалипсис, зачало 63[43]: изыдоша на широту земля и обыдоша стан святых, и град возлюбленный, и прочее. В толку глаголет: яко из гнезд зверие дивии, из своих мест от диавола и иже с ним чувственных бесов, яко воинство по земли распространися и обыдоша стан святых, сиречь церковь Христову, водруженную в четырех углех всея вселенныя, хотяще [ю] попленити и разрушити, и прочее. И новый Иеросалим, возлюбленный град, взяти и поработити хотяше, из него же божественный закон святыми апостолы во вселенную протече. А идеже глаголет: яко тако антихрист в храме Божии, рекше во отступницех Божиих, сядет, или во иудеи в жидовстем древнем, убо по божественнем разрушением за дерзость на Христа, от него паки обновится и исправится богоборными иудеи. И то воистину верным ведомо, яко обыдоша ныне церковь святую антихристово воинство и разрушилися [и разрушили ея] дерзостию и хулою на Бога, и исправили и обновили ветхость жидовскую. Того ради и древняя нарицается церковь, в ней же и сед. И паки глаголет: или во истиннем в божественнем храме, в соборней церкви, Божию честь на ся привлечет и показуя себе яко Бог есть. И потому познаваем, идеже истинный и праведный Божий агнец во святей соборней и апостольстей церкви в жертве полагается, а ныне в то место и неправедный агнец, мысленный антихрист лукавым действом вселися. Потому глаголется: в божественнем храме сядет, и Божию честь на ся восхитит. А еже глаголет, яко к жидом приидет, яко Христос, и от жидов прият имать быти: жидовство бо нарицается отступльших от благочестия и помрачившихся тьмою нечестия, и не познавше истины, яко же иудеи не познавше пришедшаго к ним Христа, и распяша Его. Такоже и ныне помрачишася от гордости и уклонишася в жидовство и в мучительство на верующих во Христа. Сего ради и глаголете: даже антихриста и слуг его покажет, яко во всем ему противницы являющеся, горделивы, высоцы, богати, славни, Христовым рабом люти и страшни, лукавством и нуждею всех к себе привлачающе. Воистину ныне тако и творится, и потому яве есть, яко ныне царствует антихрист. Да того вы, отцы и братие, не написали к нам, от котораго писания толкуют чувственно в древнем Иеросалиме антихристу быти и чувственно чудеса творити. Мы же и не помыслим о сих тако быти. Разсудите, любимицы мои, сами о сем, яко ни которое Писание освящи [о всяких] мудрых вещех нагло и чувственно не пишет: но обыче духовными притчами глаголати, дабы с подвигом и с радением духовным искати. И аще бы о мудростех обыкло Писание просто глаголати, и нагло и чувственно, то бы и всяк без испытания вразумлялся. Разумеем о сем: в знамении первом Кирилл святый пишет сице: яко своим (учеником) Христос глаголет: вам дано есть разумети тайны царствия небеснаго, сиречь испытания ради, прочим же в притчах, сиречь закрыто нерадения (ради) ко испытанию. О сем апостол святый Павел в послании своем сице глаголет: всякое божественное Писание по своему сказанию не бывает. Что же, братие, ложь ли нареку сие слово, еже апостол глаголет: всякое Писание по своему сказанию не бывает? Не буди того, еже ложь нарещи: но того ради апостол глаголет: яко обыкоша искони божественное Писание чувственными глаголы в притчу, а предлежащую глубину в нем искати и разумети повелевает мысленно и духовно. Понеже бо всякое мудрое Писание о души глаголет: душа бо много больше тела и безсмертно естество дешевное. Того ради мысленно о души и духовно разумевати повелевает, якоже апостол глаголет: яко Писание по своему сказанию не бывает. Понеже бо писано чувственныя глаголы, а по чувству ничего не сбывается. Блюдемся сего, любимицы мои, дабы не впасти в дебрь глубокия беды, но паче последуем, еже святии и богоноснии отцы предаша нам, и утвердиша, и запечатлеша. Да будет с вами благодать Господа Бога и Спаса нашего Исуса Христа, и да совокупит вас своею благодатию в премирную любовь, и утвердит свыше Духом Святым, ныне и присно и вовеки веком, аминь.

Письмо Андрея Денисова к Леонтию Федосееву

[Рукопись Хлудовской библиотеки, №352, л. 198об. – 200. Имеет надписание: «От грамотки, самем Андреем Денисовичем к Леонтию Феодосиевичу писанныя».]

Боголюбивому и церковному радетельному ревнителю Леонтию Федосеевичу, о Христе Исусе радоватися.

Ничто так в земных полезно и утешительно есть, яко мужи усерднии о пользе, радетельнии о церковном устроении, тщательнии о благоверных незазорном состоянии. Твое же братолюбие от юности до ныне в ревности благоверной и во усердии церковнаго состояния боголюбно дышущее, якоже и в нынешний случай усердная твоя писания и известная о желаемых нам вещей тщательная показания по премногу нас утешают и благодарствовати твою любовь понуждают, и пекущихся о прочих добродетелях и трудолюбцев благодарити, и Бога о вас молити нас утвержают.

Егда же писания твоя (и) Илии Никитича со Иваном и Козмою прибыша к нам, в них же позывание о мне, непотребном Андреи, написано — тогда послушание к званию вашему в уме прием, с усердием тщание восприях: и старших и советных братства собрах (ведущих таковая разсуждати) и просихся отпущен быти с молитвою и благословением.

Но все о обретении вещи, аще благоверно содеется, и возможно будет надежно прияти, радеют и усерствуют, а отпустити мя вельми отрекоша. И не одиножды труждахся, понуждая советами, поне до Москвы ради совета и другия нужды были бы полезная братству и всем христианом негли нужды, дабы отпущен, и сия отрекоша, предлагающе сие: понеже вещь еще не полученная, и как она получитися будет? и аще получится, как получится? По тому бы известию, како прияти зде с общаго совета отпустити, и ради советов обстоятельных о той вещи, тогда бы нам и нужда братская принять и отпустить было бы для чего ведению надежно. А ныне и совета подати окрестным грамотным не можно и не известно. Возмнили они нужду зде о мне в нынешний случай не минучую. И аще аз, непотребный, и ничто же есмь, но они пребезмерную нужду полагающе; а тако, яко для неизвестной вещи, отпустити не возмогаша.

Ниже[это указывает на пропуск против подлинника-П. С.]: И егда известимся добре, како и от каковых вещь содействуется: и тогда по оному извещению, аще полезная уразумеем, отпустим и таковым, киим получити вещь и добрее соглашатися тогда и советовати с грамотными окрестными. А ныне, рекоша, ни киими мерами не возможно отпустити мене; и присудиша тебе, Леонтий Федосеевич, потрудитися съездити с ними для добраго к лучшему совета, для помощи примирения в разгласных вещах, для достовернаго осмотрения и нам вернаго известия. И ты Господа ради и мира ради церковнаго потрудися съездити к ним и о всем к полезному порадей советовати и миротворствовати, во всем по староцерковному чину и по опасству правильному и в нужных случаех с покаятельными очищении. А утвержденнаго совершения твоей любви без общесоборнаго зде утверждения о содеянном не творити, но светлое известие во всем к нам принести. О сем мы Бога молим, да даст нам полезно и спасительно и безсомненно получити.

Аще бы к согласию путь впредь уготовлять, им же прочих сердца ближайше приходят, должно сия статии производити:

1. Да поставляемый будет яко старых священников крещения, тако и пострижения Досифеева, Феодосиева или прочих таковых.
2. Поставление да управится в оном храме, его же сами создаша.
3. В чине оном рукополагателие да будут благословляющии и крестящиися двема персты, такоже просфор седмица, и на них крест трисоставный.
4. Чина онаго действо да по древним славянороссийским книгам совершится во всем неизменно.
5. В самом оном рукоположении да будет святая оная рука Макария митрополита на главе рукополагаемаго, — приятнее совестем человеческим ко приятию рукополагаемаго.
6. Во исповеди да не обяжут по предопределениям, лежащим в чине: еже без рукополагателя ничто творити, еже во всем согласну быти восточным патриархом, но обще бы: еже согласну быти кафоличестей восточной церкви или древним святым учителем восточным.
7. Уставленной грамоты да не будет противолежания какова, яко в благословении, тако во именах и прочих подобных.
8. К лучшему произведению приличнее производити архиепископа, неже епископа, и с таким произволением, еже рукополагати епископы и прочия ради отсутствий.
9. Со всего чинодействия точную копию, во всем ни чем изменную, получив, к нам привести.

Обаче, аще и сия предлагаем приличия ко уготовлению, но не обязуемся сами ко приятию кроме общаго совета и известнаго изследования онаго действа и кроме известнаго (чрез тебе) уведения о самых тех рукополагателях, каковаго суть онии в православии состояния. Аще и всежелательно вседушными залоги усердствуем, но общесоветными преполезными совещании и всехристианскими молитвовозслании полезных и спасительных у Господа Бога просим.

Дойде в руки и страны наши лета 7238.

Выписки из священного писания и предания о богопротивном и законопреступном брадобритии и главострижении.

Книга 3 Моисеева Левит, глава 19, ст. 27. «Не сотворите обстрижения кругом от влас глав ваших, ниже бриете брад ваших».

Книга 2 Царств, глава 10, стих 1. «И бысть по сих, и умре царь сынов Аммоних, и царствова сын его Аннон вместо его. И рече Давыд: сотворю милость со Анноном сыном Наасовым, имже образом сотвори отец его милость со мною. И посла Давыд утешити его рукою рабов своих о отце его: и приидоша отроцы Давыдовы в землю сынов Аммоних. И реша старейшины сынов Аммоних ко Аннону господину своему: еда прославления ради отца твоего пред тобою посла к тебе Давыд утешители; не да испытают ли град, и соглядают его, еже разрушити его посла Давыд рабы своя к тебе; И взя Аннон отроки Давыдовы, и остриже половину брад их, и обреза одеяния их половину даже до чресл их, и отпусти их. И возвестиша Давыду о мужех, и посла в сретение им, яко беша мужи тыя обезчещени зело. И рече царь: седити в Иерихоне, дондеже возрастут брады вашя, и возвратитеся».

Книга 1 Паралипоменон, глава 19, ст. 4. «И взя Анан рабов Давыдовых, и обри их, и отреза от риз их половину даже до чресл, и отпусти их. И приидоша возвестити Давыду о мужех: и посла в сретение им, яко быша обезчещени зело. и рече царь: седите во Иерихоне, дондеже возрастут брады вашя, и возвратитеся».

Послание Иеремиино, ст. 30. «И в храмех их жерцы седают, имуще ризы растерзаны, и главы и брады обриты».

Блаженнаго Иеронима, часть 11, стр. 273. «Они не должны брить голову свою и растить волосы, но часто подстригать головы свои, ясно показывает, что мы не должны быть с бритыми головами, подобно жрецам и чтителям Изиды и Сераписа. (стр. 274) Бритыя головы имеет языческое суеверие. (стр. 277) Но для мужа Христос есть глава (1 Кор. гл. 11), которую грешник попирает и презирает, и так сказать, бреет бритвою и лишает ее красоты ея. Это сделали и сыны Аммоновы с посланцами, отправленными (к ним) Давыдом (2 Царств, гл. 10). Но если нарушение закона служит безчестием Бога, то тот, кто соблюдает заповеди закона, чтит Его, во исполнение написаннаго: да вси чтут Сына, яко же чтут Отца».

Постановления святых апостол, книга 1, стран. 6-7. «Не должно также и на бороде портить волосы и изменять образ человека вопреки природе. Не обнажайте, говорит закон, бород ваших. Ибо сие (быть без бороды) Создатель Бог сделал пригожим для женщин, а мужчинам признал Он непристойным. Ты же обнажающий бороду свою, чтобы нравиться, как сопротивляющийся закону, мерзок будешь у Бога, создавшаго тебя по образу своему».

Никон Черныя горы, слово 37, лист 284. «По проповеди апостольстей, муж бо, рече, не должен есть растити власы, образ и слава Божия сый. Злейше еже и сопротивное инии творящее, браду стригут. В заповедях апостольских глаголет Божественное слов: не тлити образ брады ради… Глаголет же (апостол), аще кто сопротивен мнится бытии, мы таковаго обычая не имамы, ниже Церкви Божия, изведе убо таковая делающих и творящих, и волю бо преносящих, от степени апостольскаго и от Божия Церкве».

Св. Епифаний Кипрский, ч. 5, гл. 7, стр. 302, изд. 1880 г. «Что хуже и противнее этого; Бороду образ мужа, остригают, а волосы на голове отращивают. О бороде в Постановлениях Апостольских слово Божие и учение предписывает, чтобы не портить ее, то есть, не стричь волос на бороде, но и не носить длинных волос, подобно блудницам, и не давать доступа тщеславию под видом праведности… Назореям это приличествовало только ради прообраза: древние были руководимы посредством прообразов будущаго и носили волосы на голове вследствие обета, и то до тех пор, пока не пришло и не совершилось обетование мира, то есть, пока не явился глава Христос, единородный Сын Божий, и узнан был в мире Присносущий, хотя и не узнан был всем человечеством, а только некоторыми уверовавшими в Него, дабы, когда мы узнали главу, не срамили головы… Это не есть какое-нибудь доброе дело для Бога, хотя и предпринимается ради Бога. Но этот обычай держится упорством после того, как прешел подзаконный образ и явилась истинна… Итак, делающих и поступающих таким образом, и пребывающих в упорстве, он устраняет от закона апостольскаго и от церкви Божией. Чуждо кафолической церкви и проповеди апостольской носить публично власяницу и иметь неостриженные волосы. (стр. 355). Некоторым угодно было носить на голове длинные волосы, конечно, ради собственнаго образа жизни, по собственному соображению, так как ни евангелие этого не предписало, ни апостолы не приняли, святый апостол Павел отверг этот обычай».

Никон Черныя горы, слово 37, лист 284. «Во еже о ересях, великий Епифание о евхитской ереси глаголет, яко и во другом негде предъята быша та честная наша братия. Иже по междуречию в монастырех сущее, рекше во градех зовомых, власы женскими радующееся, и вретищем проявленным одевающееся достояше святыя деве матере и честныя церкве бытии чада честна… И богообразно внешних ради ходити, и не хотети от зрящих прияти мзду или благодать, чужде бо есть соборныя церкве, вретище проявлено и власы не отрезаеми, по проповеди апостольстей, муж бо рече не должен растити власы, образ и слава Божия сый… Мы таковаго обычая не имамы, ниже церкви Божия, изведе убо таковая делающих и творящих  и волю убо приносящих от степени апостольскаго и от Божия церкве».

Св. Киприан Карфагенский, ч. 2, стр. 115 и 170. «В той же книге Левит: ниже да бриете брад ваших… И когда в Писании сказано: да не бриете брад ваших (Лев., гл. 19, ст. 27), бреет бороду и лице свое украшает; Или он старается понравиться кому-либо теперь, когда стал противен Богу».

Св. Кирилл Александрийский, ч. 2, стр. 351.«Так, например, запрещается остригать, по подобию других, головы и, для обезображения лица, брить бороду».

Св. Исидор Пелусиот, ч. 1, стр. 260, письмо 463, к Дионисию Младшему. «Весьма печалит меня, что слышу о тебе, будто бы не соревнуешь отцеву целомудрию, но подвергаешь себя чуждому для вас позору, лишив лице свое естественнаго цвета величавости, и преобразив в нечто более подобное лицу женскому. А это ничто иное значит, как укорять Создавшаго. Ибо, если отказываешься от чести, самым временем придаваемой совершеннолетию, то показываешь сим, что упорно стараешься быть лучше несовершеннолетним, и намерен не мужем стать, но быть и казаться каким то сомнительным скопцем».

Бл. Феодорит, ч. 1, стр. 183, изд. 1867 г. «У елинов было в обычае не остригать волосов на голове у детей, но отращать их, и со временем посвящать демонам. Имели также обычай брить бороды».

Трехтолковая Кормчая (Книга правил); Зонара, толкование на 96 правило VI Вс. Собора. «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся, говоритъ вeликiй Павелъ (Гал. 3, 27); а облeкшiecя чрезъ божественное кpeщeнie во Христа должны проводить жизнь подобно Ему, и сохранять всякую невинность и цeлoмyдpie, и чистоту, а не прилепляться к вещественной суете и не украшать своего тела съ излишествомъ и мeлoчнocтiю. Но какое yкpaшeнie могло бы быть мелочнее и излишнее какъ не заплетать волосы на голове, красиво располагать и убирать ихъ, делая ихъ приманкою и обольщениемъ для душъ, не утвержденныхъ въ вере и потому удобопреклонныхъ къ невоздержанiю? Итакъ сiи божественные отцы упомянули о красивомъ расположенiи и убранстве волосъ посредствомъ плетенiя; ибо въ то время ничего другаго, какъ кажется, не делали съ волосами, по¬добно тому какъ ныне делаютъ те, которые подкрашиваютъ и убираютъ волосы, прилагая все старанiе о томъ, чтобы волосы были длинные и чтобы подобно женщинамъ иметь кудри, спускающiяся, если возможно, до пояса. Это дости¬гается у нихъ не однимъ темъ, что не стригли излишнихъ волосъ, но вместе и темъ, что железо не восходило на ихъ голову, употребляемо ими было и все, что обыкновен¬но способствуетъ ращенiю волосъ и производитъ ихъ густо¬ту. Чтобы волосы казались кудрявыми, они подвиваютъ ихъ щипцами, и чтобы были русыми, или золотистыми, для сего подкрашиваютъ.—Другiе намачиваютъ волосы на головъ во¬дою, и даютъ имъ сохнуть на солнечномъ припеке, чтобы изменился у нихъ черный цветъ волосъ. А есть и такiе, которые накладывають на себя поддельные кудри, обстригая свои собственные природные волосы. Такъ ныне по большей части раслолагаютъ и убираютъ волосы на голове; а по отношенiю къ бороде поступаютъ совершенно наоборотъ; ибо какъ только у кого появится юношескiй пушокъ, тотчасъ сбриваютъ его, чтобы не перешелъ въ волосъ, но чтобы бросалась въ глаза гладкость ихъ лица и они, такъ ска¬зать, могли бы уподобляться женщинамъ, и казаться неж¬ными. А у кого съ теченiемъ времени волоса на бороде растутъ уже постоянно, те, чтобы не носить длинной боро¬ды, хотя и не употребляютъ бритвы, но вместо того, раскаливъ на угольяхъ кусокъ черепка, подносятъ его къ бороде и выжигаютъ имъ все длинные волосы на бороде, а оставляютъ ихъ въ такой мере, чтобы казалось, будто волосъ едва начинаетъ пробиваться, и чтобы мужчины, достигшiе уже зрелаго возраста, походили на юношей, у которыхъ въ первый разъ показывается борода. А это делается не у простыхъ только людей, но и у людей высшаго состоянiя. Почему это зло, распространившись, сделалось всенароднымъ, и, какъ какая нибудь эпидемическая болезнь, за¬разившая носящихъ Христово имя, пожираетъ почти всехъ; и это делается не смотря на то, что божественная и древ¬нейшая заповедь говорить во Второзаконiи: не сотворите обстриженiя кругомъ отъ власъ главъ вашихъ, ниже бpieте брадъ вашихъ; и великий Павелъ говорить: мужъ аще власы раститъ, безчестiе ему есть (1 Кор. 11, 14). Итакъ отцы сего собора отечески наказываютъ делающихъ то, о чемъ они выше сказали, и подвергаютъ отлучению. А нынешнiе отцы не только оставляютъ безъ наказанiя техъ, которые делаютъ съ волосами на голове и бороде исчис¬ленное выше и допускаютъ еще большее безстыдство и въ такомъ виде входятъ въ церкви, но и преподаютъ имъ благословенiе и (верхъ неуместности!)—даже преподаютъ святыя тайны, если кто изъ нихъ желаетъ причаститься. И этого не возбраняетъ никто, ни патрiархъ, ни другiе apxiepeи, ни монахи, которыхъ имеютъ духовными отцами люди такъ безстыдно поступающiе».

Кормчая, гл. 47, лист 388, оборот. «Что же о пострижении брады; не писано ли есть в законе: не постригайте брад ваших: се бо женам лепо, мужем же не подобно: создавый Бог судил есть, Моисеови бо рече, постризало да не взыдет на брады вашы, себо мерзость Господеви. Ибо от Константина царя Ковалина и еретика суща се узаконено есть: на том бо вси знаяху, яко еретическия слуги суть, имже брады постризаны. вы же се творяще человеческаго ради угодия, противящеся закону, ненавидими будете от Богат создавшаго вас по образу своему. Аще убо хощете Богу угодити, от всего того отступити, его же Той ненавидит, и ничтоже неугоднаго Ему не творите».

Номоканон, правило 174, лист 702. «Матфей же в девятой главе, третияго стиха, возбраняет верным украшати себе, или власы брады стрищи, уширяти власы, или плести власы главы своея. Не повинующихжеся отлучати повелевает: се же приводит от правила девятьдесять шестаго, шестаго собора, иже в Трулле».

Большой Соборник, Многосложный свиток, лист 375 на обороте. «Горькаго же онаго горьчаший отрод, Константин глаголю, гноеименитый, царства греческаго скипетры приим. [На поле напечатано]: Сий первие умысли брады брити яко же правила сказуют».

Стоглав, глава 40, стран. 124, издан. Кожанчикова, С-.Пб, 1863 г. «Такоже священная правила возбраняют православным христианом во всем, чтобы не брити брад и усов не постригати. таковая несть православных, но поганых латынская и еретическая предания, греческаго царя Константина Ковалина. и о сем отеческая и апостольская правила вельми запрещают и отрицают, сице глаголет: Аще кто браду бреет и умрет тако, не достоит над ним служити, ни сорокоустия по нем пети, ни просфиры, ни свещи по нем в Церковь принести, с неверными да причтется, от еретик бо се навыкоша. (стр. 125) Что же о пострижении брады не написано ли в законе: не постризайте брад ваших, се бо женам лепо, мужем же неподобно. создавый Бог рече Моисеови: постризало да не взыдет на браду вашу, се бо мерзость пред Богом. ибо се Константина царя Ковалина еретика. на том вси бо знаху, яко еретические слуги есть брады постризати. се же творяще человеческаго ради угождения, противящеся закону, ненавидими будут от Бога, создавшаго нас по образу своему. аще кто хощет угодити Богу, отступи от зла. глагола Господь сам о том к Моисеови рече, и святии апостоли запретиша, и святии отцы прокляша. и того ради страшнаго прещения, православным христианом таковых не подобает творити».

Книга о святительских судех, глава 43.«Аще умрет брадобрийца, над таковым ни служити, и сорокоустия по нем не пети, свещи по нем не приносити, зане с неверными таковой да причтется».

Служебник патриарха Иосифа, лист 621, изд. 7155 [1647] лета.«Не вем, в сицевый народ православия, в кое время в Велицей России еретический недуг привниде. Якоже по летописным книгам рещи, предание царя греческаго, паче же врага и отступника веры христианския и законопреступника Константина Ковалина и еретика, еже постригати брады, или брити, якоже рещи богосозданную доброту растлевати. Или паки рещи по летописным книгам подтверждению сея злыя ереси новаго сатанина сына диаволя, предотечи антихристова, врага и отступника веры христианския, Римскаго папы Петра Гугниваго, яко и тому сию ересь подкрепившу, и римским народом, паче же и чином их священным сицевая творити повелевшу, иже брады подстригати и брити. Епифанию, архиепископу Кипрскому, евхитскою сию ересь нарекшу. Ибо Константина царя Ковалина и еретика се узаконено есть, на том вси знают, яко еретическия слуги суть, иже брады ими пострижены».

Книга Кирилова, о латинских ересех, глава 26, лист 234 на обор. «Последи же философ Панагиот ко Азимиту рече, чесо ради, папы ваши, и вси церковницы стригут брады рцы ми. Азимит. Прииде ангел Господень нощию к папе, и рече ему, аще хощеши быти яко ангел, остризи браду, понеже ангели без брад предстоят престолу Божию. Панагиот. Несть тако, но солгал еси. слыши Азимите, аз ти исповем истину. понеже пишет в писании, аще вы сие умолчите, то камение возопиет. хотяше бо папа ваш, дабы имел жену, и тако посла к некоей жене, да не идет к нему на ложе. жена же пусти к нему рече, аще хощеши да прииду к тебе на ложе, то остризи браду. папа же послушав ея, остриже браду свою, и посла к жене вскоре, глаголя, уже есмь остригл браду свою, прииде ко мне на постелю мою. и рече ему жена, понеже остригл еси браду свою, и посрамил себе, погубил еси сан свой, и честь свою, за мою женскую подпупную браду. жив Господь Бог, аз не хощу приити к тебе на ложе. и тогда папа ваш бысть в велицей печали и беде, и мысляше в себе зело некое великое сотворити. и тако умысли себе папа, нача голуби из уха своего кормити, и тако приучи их. и влезе в полату свою, и голуби полетеша за ним, и седоша по плещама его, и кормяше их из ушей своих крупою просяною, и рад бысть о том вельми папа. и потом сотвори епистолию, и посла во всю свою область по всем странам по вся епископы и попы, и диаконы. и приидоша к нему. папа же созва их в церковь. голуби же за ним влетеша в церковь. и седоша на плещу его, и зобаша крупу из ушей его. Рече папа ко всем епископом и попом, и дияконом, мир вам, слышите братие и чада моя церковная, яко хощу вам глаголати мирную любовь, яже откровена мне смиренному, о вашем спасении. посла Бог ангела своего ко мне с сею эпистолиею в голубине образе, и рече ми, аще хощеши, ты и чада твоя, быти яко ангели, и у престола Божия стояти, остризите си брады, понеже ангели без брад предстоят у престола Божия. и аз чада моя повеленное ми от Бога сотворих. и вы чада моя такоже сотворите, яко же и аз, да достойни будем ангельскому чину. они же слышавше, и вземше бритвы брады своя остригоша вскоре. видев же папа себе не обличена, и возврадовася радостию великою. тоя же вы и до днесь держитеся прелести, понеже жена посрамила есть вас, и бриете брады своя подпупия ради женскаго».

Книга О вере, глава 28, лист 257. «К сему же и сие безумие западных мнимых духовных воспомяну о оголении усов и брад. Тому началника поведают, Петра гугниваго папежа. а в царех Константина Кавалина еретика, иконоборца, иже обезумившеся, Богом созданную доброту в первом человеце губят, и проказят лица своя, евнухом подобящеся».

Книга Димитрия митрополита Сербскаго.«Окаяннии латини во многи ереси впадоша: во святую четыредесятницу в суботу и в неделю сыр и яйца ядят, и детям своим во весь пост не возбраняют. В суботу и в неделю повелевают поклоны земныя кланятися кроме правил святых апостол. Брады своя бреют и усы своя стригут, а инии и злейши того творят и усы подкусывают… сия вся приемше от отца своего злейшаго сына сатаны, папы Петра гугниваго, брити брады и усы. Ибо Господь Млисеови рече: да не взыдет постризало на брады вашя, се бо мерзость Господеви».

Митрополит Макарий, История Русской Церкви, кн. 4 (I), стр. 417-418, изд. 1996 г. Из послания митрополита Макария (Председателя Стоглавого собора) в Свияжск. «О злое произволение! Сотворил нас Бог по своему образу и подобию; и явились неблагодарныя, стали ходить по плоти, а не по духу, забыв, что плотская мудрость – вражда на Бога и закону Божию не повинуется; накладают бритву на брады свои, творя угодие женам, увы, забыв страх Божий, и царскую заповедь презревши, и свою совесть поправши. Не подобает так поступать находящимся в православной вере, ибо это дело латинской ереси и чуждо христианскому обычаю, и творящий это поругается образу Бога, создавшаго его по своему образу… Если же некоторые из вас, забыв страх Божий, и заповедь царскую, и наше духовное наставление, не станет каятся в своих согрешениях и впредь начнут брить или обсекать бороду, или подстригать усы, или впадать в прелюбодейство и блуд с пленными женами и девицами и потом будут обличены, то всем таким быть от благочестивого царя в великой опале, а от нашего смирения и от всего священного Собора – в отлучении, по священным правилам, от святой Церкви и всякой святыни».

Пролог, декабрь месяц, 17 день, преподобнаго исповедника Даниила, нареченнаго Стефана.«Многи досады и раны от сквернаго языка срацыньскаго подъят, за ради, еже не острищи брады».

Потребник Большой, Соборное Изложение патриарха Филарета… Чин от ереси приходящих к Церкви Христовой, гл. 71, лист 12 об., 2-го счета. «Проклинаю богоненавидимую блудолюбнаго образа прелесть, душегубительныя помраченныя ереси, еже остругати браду. ей же бысть начальник беззаконный Петр гугнивый, римский папа. во царех же тоя ереси начальник гноеименитый Константин Ковалин иконоборец. и в той ереси и прочии римстии папы погрязоша, и вси латыньстии епископы и попове. мнози же и мирстии человецы, ум погубившее, низпадоша в таковое прокажение. лица своего губящее доброту, Богом созданнаго им образа. ею же добротою украси Бог человека, по своему образу и подобию. окаяннии же латины в ереси многия впадоша. и на святых иконах, писанным, Божию образу, и святых Его угодник не поклоняются, ни почитают. к сим же и своего благообразия ненавидят, и ругаются ему. и проказят лице подобия своего, иже Божиима рукама сотвореннаго, и таковаго богоделаннаго благолепия не даст им  диавол ни видети. но всегда поощряет их остругати брады своя, и усы притинати постригалы и бритвами. еще злейше творят, яко и своими зубы укусывают власы брады своея, усы. самоядцем подобящеся. его же не деяху ни в древнем законе, даннем от Бога Моисею. и в новой благодати никтоже того не творяше, до совращения преже реченных еретиков».

Греческая Кормчая (Пидалион). изслед. Никольскаго, изд. 1888 г., стр. 270. «96-е – 6-го (вселенскаго собора) епитимии на ст. правила (отлучению) подлежат и те, которые совсем не касаются бритвой головы своей, или не подстризают волос своих, позволяя им свободно расти до пояса, как у женщин, и те, которые подкрашивают свои волосы, чтобы сделать их светлыми, или золотистыми, или одвязывают их, чтобы сделать кудрявыми, или носят чужие волосы. Той же епитимии подлежат бреющии бороды свои, чтобы росли оне после ровнее и красивее, или чтобы всегда казаться молодыми безбородыми, так же те, которые выжигают раскаленными черпками, или выдергивают маленькими щипчиками волосы на лице, чтобы казаться нежнее и благообразнее, которые подкрашивают свои бороды, чтобы не казаться стариками. Этой же епитимии подвергаются женщины, употребляющыя белила и румяны для привлечения к себе мужчин. Ах! Как может Бог признать в них свое создание и свой образ, когда они носят другое дьявольское лицо; Разве оне не знают, что уподобляются блудной Иезавели… И так все мужчины и женщины, делающие что либо подобное, подвергаются отлучению… Если же все это воспрещено миряном вообще, то тем более клирикам и священным лицам, которые должны поучать народ и словом, и делом, и внешним благочестием».

Минея четия, месяца апреля 14 дня, Страдание святых мученик Литовских, Антония, Иоанна, и Евстафия, в Вильне пострадавших.«Сии святии мученицы бяху от града Литовскаго Вильны, по нечестивому тогда обычаю поклонницы огню, яко же и прочии старны тоя человецы. Антоний убо и Иоанн, братия быша поплоти, от всея же души христианское благочестие возлюбивше. Егда некий пресвитер, именем Нестор, в Литву прииде, от того божественное прияша крещение, в не же старейший леты, Иоанн наречен бысть, а иже по нем, Антоний именован, и провождаху по крещении житие христианом подобающее. Служаху же князю Литовскому Олгерду, и таиша пред ним христианскую свою веру, обаче не возмогоша утаити: понеже разиствоваху от иных измененным уставом своего жития и обычая. Не хотеша бо уже иным подобитися, ни стрищи тако главу и браду, яко же нечестивии остригаху, ни ясти в постныя дни мяс, ниже ино что нечестиво христианству противное творити… Некоего же времене разсмотряющу князю, еже о княжении своем, и о обычаех земли своея, предстояше пред ним Евстафий, свое творя ему послужение, на него же князь возрев, виде на главе того растущыя власы: бе же обычай у нечестивых, огню аки богу кланяющихся, некако по своему остризати часто главу и браду: а блаженный юноша Евстафий, яко отверже нечестивую и безумную их веру, и прия святое крещение, от тогда соблюде власы главы своея не острижены, яже видев князь, вопроси его: христианин ли еси; и егда он христианина себе яве исповеда, гневом возбесися князь, и восхотев святаго отвратити от добраго его предложения, в начале мяса ясти принуждаше его, он же не точию ясти, но ниже очима воззрети на оная восхоте: бе бо пост пред Рожеством Христовым, и день пятничный. то видя князь, более воспалися яростию, и первее палицами железными повеле немилостивно бити юношу святаго. он же биен быв без пощадения, толь мужественно терпяше, яко не токмо не воскрича, но ниже возстена, ни слезу испусти от очес, но паче благодаряше Бога, яко сподоби его за имя Того святое пострадати… и тако страдалец Христов душу свою святую предаде в руце Божии месяца декемврия в третий надесять день».

Святцы с житиями, 14 апреля.«Антоний и Евстафий, и Иоанн, пострадаша в Литовстем граде Вильне, от князя Олгерда, первое за брадобритие, таже и за прочия законы христианския, в лето 6849».

Минея служебная, мчч. литовским Антонию, Иоанну и Евстафию, печат. при патр. Иосифе, лист 79, месяца апреля 14 дня. на Господи Воззвах, стих, глас 4. «Вере убо предборителие святии, о благочестии и церкве поборницы, и еже брады брити князя повелевша, не послушавше Ольгерда нечестиваго. и яко звезды многосветлыя, страдании, и подвиги о благочестии просветившеся. и льсти тму поправше благодатию. тем убо восхвалим вы священными песньми, Иоанне и Антоние с Евстафием богомудрии».

Пролог, печ. при патр. Иосифе, лист 533 на обор. месяца декабря 17 дня, преподобнаго и присновоспоминаемаго исповедника Даниила, нареченнаго Стефана. «Многи досады и раны от сквернаго языка срацыньскаго подьят, за ради еже не острищи брады».

Преп. Максима инока Святогорца Послание к Самодержавному Царю Иоанну Васильевичу о еже не брити брады. (Раскольничьи дела 18 столет., изд. 4, 1863 г. изд. Г. Есиповым. т. II [Рукопись Им. Пуб. биб. Л. F. Отд. XVII. №11, Л. 32].
«Благоверному Царю и Самодержцу всея Росии государю великому князю Ивану Васильевичу ниско много челом.
Ни едино дело премудрости Божия суетно есть, рекл есть некий от древних богомудрых муж. и богодухновенный Царь и Пророк Давыд, дивуяся преухищренным украшением содетельство Вышняго, вопиет глаголя: коль возвеличишася дела Твоя Господи, вся премудростию сотворил еси. Многим убо сущим, совершающим тело наше, удовом нашим. овы убо сих на нужнейшу потребу нашу умышленны премудрым Содетелем, якоже ноги убо, во еже движатися нам идеже аще потребно будет: руце же, во еже делати потребная: очи же, во еже глядати и раззнати сретающи и лучающая нам. каково же суть нос и ноздри, ко  разсуждению различным воням и вдышению и издышению животнаго воздуха. овы же во украшение и благолепие не точию лицам нашим, но и к немалей потребе умышлены быша премудрейшим Содетелем. яко же брови убо, да якоже во еже от них благолепию, да и подлежащая им очи невредимых соблюдут, от истекающих сланых потов. рясницы же, наихуждше создание, да те же очи  соблюдают  нестужаеми от всякаго тончайшаго праха и пуха, якова же многа воздухом обносима в глазех лежут. ус же и брада, предобрейше умышлена бывша  премудрейшим мудрецом Богом, не точию к раззнанию  женскаго полу и мужескаго, но еще и к честновидному благолепию лиц наших. Кто здрав умом сый и Богу во всем тщася благоугодити, возненавидит когда и бритвою изгладит видения своего, дарованное ему лице, сицево  от Содетеля честнообразное  украшение. и наипаче слыши Владыку, крепце Моисеом повелевающаго людем израилевым: не отсецети брады ваша! еже есть не обрейте,  ниже  сотворите сосон  на главах ваших, яко же языцы. Аще же проклятии уклоняющиися от заповедей Божиих, якоже слышим во священном песнопении, той же клятве подлежат и истребляющии бритвою брады своя, противящеся без ума заповеди Божией. Но что к сим; противящиися глаголют не покоривыи и прозоривыи  латыня. но ветхаго  Рима святитель соборным правилом своим отлучает, глаголют сообщения верных не бреющих  брады и лице. сице есть яко же сказуют, то убо папы и его соборы повинни суть Евангельскому ответу глаголющему яве: иже аще разорит едину от сих меньших заповедей и научит тако человека, наименьши наречется в царствии небесном. еще есть в страшном всемирном втором пришествии неумытнаго Судии, осужден будет аки противься Евангельстей заповеди. Яко древнее и богоугодное предание есть, еже брады не бреяти. яве есть и от иных писанных показаний и наипаче о них же писано есть во втором царствии и содеяся при самом Царе Давыде. Царь Давыд послал честных мужей ко Аннону, Царю Аманитскому, сыну Наасову, утешити его, скорбяща о умертвии отца его. их же пришедших обесчестил Анон: брады их отсек, и одежди их долгия отрезав до бедр, послушав своих боляр, глаголавших к нему: яко с лестию послал Давыд, а не по любви и дружбе, но сведати какая крепость града и люди есть. Слышав же Давыд дерзку тую на посланники своя досаду и бесчестие, велел им в селех их жити, дондеже брады их отрастут, скверну возмнев прибытии себе аще собеседует им, сице обезобразившемся. толь мерзко мняшеся древним праведным, еже брити брады своя, Божию заповедь соблюдающих, глаголющую: не отсечете брады ваша. Вопрошаемы же латыне, чесо ради бреются глаголют, яко тщеславие суетно притворяет, еже браду пущати, и аще есть от тщеславия согрешения избывающе сего ради бреют брады своя. множае паче подобаше им отрезати детородныя уды скопски, аки разжизающих их ко студным блужением и богомерзким похотем; очи же извертети, руку же и ногу отсекати, евангельски рещи, аки сим нудимым ко всяческим лукавым деянием и похотем. Но не уды телес наших отсещи нам Спас велит, но лукавыя похоти душ наших, сими удесы действуемых. сице подобаше бегати и согрешения тщеславнаго смиренномудрыми подвиги противящимся ему, а не браду бреети, изменение суще честнолепнаго образа. Елма есть видети их без бород тщеславием побеждаемых люте, овых убо о благородии родителей, иных же о изобилии многообразнаго разума и премудрости самого пресловутаго папу их, о одежди огнеобразней различне преукрашаемой златом и серебром и о митрии высоце и треми венцы и многоценными каменьми ослявным. о невоздержно хвалящася. где у него смиреннное мудрование верховнаго, иже необычное человекопоклонение корнилиево не прият, но воздвиже его рек: востани, ибо и сам человек есть чуднейший же папа, облезжая, аще непоклоним будет от сретающих его, ничтоже радит ему биемых бываемых их наличников своих или в ланиту приступающим к нему властелем и князем и вельможам, но овым убо колено, овем же ногу на целование даяти, кое крайнее кичения и высокоумия и гордости непревосходит. и наипаче слыши Владыку Христа, Симона убо укоряюще, не давше Ему лобзание любовное знамение, а блудницу похваляюща, ноги Его пречистыя облобызающу. Суетен убо воистинну и безумен извет латынский, показаша бо ся и без бород, невоздержно тщеславящеся. явственне убо обличаем бывает, яко гнушающеся, сице честное украшение, дарованное от Создателя мужу, бреют е. и яко не точию словесному естеству человеков, но еще и безсловесному даровася сицев благолепный образ. Услышим внятно. Некоего слышал есмь поведавша мне: се самовидне, яко играющии неции отсекоше браду некоего козла добробрадна зело: и той не стерпев сицевы досады, самаго себе убил до смерти, бия без милости главу свою к земли. Уразумеем, коль честно и любезно есть бородное украшение и безсловесному животну, аз же словесен сый гнушаюся ея. Оле студа и безумия моего. но сие убо сицево. Слышим же и ино дивно. Воевода некий славен грек, именем Мина, яздя со еже о нем воинством по брегом Ниловым, явишася ему посреде Нила два животна человекообразна, поряду стояща, прекрасна взором: их же едино предоброю брадою прекрасися, муж сый был, а другое женскою добротою преукрашенно зело. их же доброте удивляяся надолго Мина, заклял их Содетелем их не погрузитися в воде, дондеже все воинство узрит их. Да разумеем убо мы несмысленнии коль неисчетна есть благость яже о нас Содетеля нашего: яко не точию заповедию своею, но и показанием безсловесных животных показует нам честнолепно жительствовати благочестивым сущим, а не яко же языки неверныя. И да ся исправим, получающе тайноглагольника, еже есть христианолепными обычаи и предания. да украшаем житие наше о Христе Исусе Господе нашем. Тому слава во вся веки аминь.

Окружное послание патриарха Адриана. (Раскольничьи дела 18 столет., изд. 4, 1863 г. изд. Г. Есиповым. т. II [по Рукописи Импер. Пуб. биб. Л. О. Отд. I. №72])
«Адриан, милостию Божией, архиепископ царствующаго великаго града Москвы и всея России, и всех северных стран патриарх. Сыновом мерности нашея и братиям по духу всем православным христианом, желаю здравия, спасения и всяких благ податися от Бога [Писано киноварью].

Бог всеблагий в Троице, поемый Отец и Сын и Святый Дух, мудростию своею несказанно сотвори мир и созда человека по образу своему и по подобию. Украсил его внешнею всякою добротою, еще же и внутреннею, разумом глаголю и словом, паче животных. Мужа и жену сотвори тыя, положив разньство видное между ими яко знамение некое: мужу убо благолепие, яко начальнику, браду израсти: жене же, яко несовершенней, но подначальна, онаго благолепия не даде, яко да будет подчинна: зрящи мужа своего красоты и совершенства, да будет смиренна всегда и покорна. Потом закон дая Бог, повеле мужу красоту свою блюсти, глаголя: Аз Господь Бог ваш, да не сотворите сосон (сиречь кудрей) от власов главы вашея, ниже тлите вид брады вашея. Человецы же, удобопоползновенни суще к преслушанию заповеди Божия, отступивше от Бога, начаша служите идолом: их же быша жрецы, остриженныя брады имущии ко угождению демонов, яко сущи в Вавилоне, о них же повествует Варух пророк (гл. 6-я, ст. 1). И оттуду навыкоша мужии младоумнии власы шарити, и вити, и плести, и кудрити, брады брити, а жены лица вапами натирати: обои ко угождению блудному сия. И тако пребыша язычницы многая времена и до пришествия в плоти Христа Бога. Егда и божественнии апостоли, отвожаху человеки от идолослужения в познание Христово, учаще и запрещающе, паче христианом сущим, мужем брадобритие, женам же лиц шароутворения, ради хранения чистоты телесныя. Яко свидетельствует равноапостольный муж Климент, Римский епископ, ученик святаго апостола Петра, в завещаниях святых апостолов, глаголющих: Не подобает тлити (рекше брити) брады, и образ мужа изменяти, паче естество. Посем по многих временех в еретицех прониче сей злообычай, яко повествуется: яко Константин Копроним еретик сие узакони своим еретическим угождением брады брити, яко знамение некое даде им, да тем разнственни от православных будут, яко еретичести слуги суть, Копронимовы же угодницы, имже брады побриты. И древнии убо еллины, провождаху дети своя на жертву демонов, и не стригуще власов на главах их, тии же по мертвых брады своя брияху. 0 велие зло, человецы созданнии по образу Божию, измениша доброту здания Его и зрак свой мужеский обругаша, уподобляющеся женам блудовидным ради угождения сквернаго: или паче рещи, подобящеся безсловесным некиим яко скотом или псом и подобным им. Тии бо усы простерты имут, брад же не имут. Тако и человецы младоумнии, или, паче свойственне рещи, безумнии, изменивше образ мужа богосозданный, бывающе псообразни, усы постригающе, брады же отрезающе. Таковии безчестни суть человецы и неблагоразумнии, по Псаломнику: Человек в чести сый неразумный, приложися скотом несмысленным. Святии убо наши отцы окаевают таковыя несмысленныя скотоподобныя человеки, брады своя бриющия: и варваров бо честнии человеки, ум здрав имущии (глаголет некто от мудрых), хранят брады своя. Григорий Святый Богослов, обличая о сем Иулиана царя богоотступника, нарицая же его брадоненавистника явленно, или яко стригуща, или бриюща, или инако некако тляща браду свою. Святый Златоуст в толковании на Матфея Евангелиста, юных космы и состаревшагося власов бритвою отъяти (явленно, яко брадобрити), диавольский образ нарицает. Божественный Епифаний Кипрский глаголет: что горше и противнее, еже браду, образ Божий, стрищи, власы же главы растити, еже сим блуднически украшатися, иже суть ниже мужии, ниже жены. Обычай бо сей блудником придерзок есть и обличаются таковии о посмевающихся варваров, мужеобразное благолепие обнажающыя, женообразие ревнующе, о них же, и о мерзостех их срам естъ и глаголати. Еллин убо сие и иных нехристианских народов гнусное дело, яко показуется от повести от святых новоявленных мученицех: Антонии, Иоанне и Евстафии самобратех. Тии бо, по приятии святаго крещения, пострадаша в Вилне за брадобритие и ношение тафии от нехристианскаго еще литовскаго князя Ольгерда. И великомученик святыи Георгий Новый, пострадавый за ношение тафии, купно же (явленно яко) и за брадобритие, в болгорском граде Средце от Селима Амурата Турскаго. И до днесь убо обычай сей нехристианский видим есть у крымских и колмыцких татар и иных нехристианских народов брадобриящих, от них же навыкоша еретицы и христиане нецыи тое творити ради угождения блуднаго. Яже православный Михаил блаженнейший патриарх Константинопольский, зовомый Келуарий (его же правая рука по смерти у тела онаго чюдовне подъятся, знаменующи крестом святым), иже с прочиими святейшими патриархи, изверже имя папы римскаго из диптихов, еже браду стрищи обличает еретика, латинны, и зело лепотни от апостолов взем, и церковнаго древняго и нынешнаго предания. Потом и Нектария, патриарси и мнози архиереи святии отцы, вси имуще власть вязати и решити, их же имена за долготу слова оставляем, кийждо сих соборне наказавше брадобрийцев, не послушающыя их отлучаху от церкве и сообщения верных. Прежде же сих за многая лета на шестом селенском Святом Синоде 227 святии отцы, Духом движими, изложиша канон со отлучением за брадобритие, о украшающих и виющих, и плетущих власы главы своея, и кудри творящих, и быстричитныя, рекше чюждыя (сиречь накладныя) впадшии в христоименитый народ, вся негли поядает. Быша же о сем и зде в велицей России собори архиерейстии и с царскими присутствии. При царе Иоанне Васильевиче и при митрополите всея России Макарии. При Царе Михаиле Феодоровиче и патриарсе Филарете, иже по сродству плотскому искренний прадед бе великих государей наших благочестивых царей Иоанна Алексиевича, Петра Алексиевича. При Царе Алексии Михайловиче, отце благочестивых царей наших, и при патриарсе Иосифе. По нихже соборех брадобрийцы и тафионосцы осудишася и прокляшася, яко свидетельствует в книзе О святительских судах, в царствующем великом граде Москве печатанной, во днех Царя Михаила Феодоровича, в главе 43 глаголющей: Аще умрет брадобрийца, над таковым не служити и сорокоустия по нем не пети, свещи по нем не приносити, зане с неверными таковый причтется. Подобне в книзе Служебнице, печатном в сем царствующем граде Москве при царе Алексии Михайловиче и патриарсе Иосифе, соборное их и всего священнаго тогдашняго чина архиереев изречение глаголет о стригущих брады: На таковыя буди общая церковная клятва, преждебывших святых соборов и благоверных царей. И мы (глаголем) такожде проклинаем, и завещаем, яко врагов истины брадобрийцев от церкве отлучати и запрещати, и всякия святыни удаляти, и общение с ними не имети, дондеже истинно покаятся, еже не творити того. И сия убо соборная отлучения и запрещения святейших Фяларета и Иосифа патриархов и митрополита всея России Макария. Святейший же Филарет патриарх соборне же изрече сице: Проклинаю богоненавидимую блудолюбнаго образа прелесть душегубительныя ереси, еже постризати или тожде и брити браду постризалы и бритвами, иже своими зубы власы брады своея и усы укусывают, самоядцем подобяшеся. Такожде же и о тафионосцах о всех изречеся. И сия три собора российстии глаголют. Сим трем соборам, и прежде сих бывших, и мерность наша всесоборне последует. И яко же они о брадобрийцах и тафионосцах изрекоша, таяжде и мы изрицаем. Их же они отлучаху от святыя церкве, и от всякия святыни, и сообщения с православными, и проклятию предаваху: тако и мы изрицаем, яко глаголется в книзе О судех святительских. Убо аще кто прежде нашего увещания и наказания поползнеся в сицево безумство и пребеззаконное, престати молю от таковаго беззакония и несмысльства. Аще бы и не было о сем от святых отец и синодом определенно написано, и тако подобаше хранити обычай святыя церкви непоколеблен: и неписанныя бо законы и обычаи повелеся от церкве яко и написанная, и утверженная, и узаконенная святых соборами, паче же самым Богом заповеданная, подобает всеконечно блюсти.
Внемлите молю, се отсюду показася грех сей тяжчайш и богопротивен: и от самаго Бога творения и заповедания, и от святых апостол завещания, и святаго вселенскаго 6-го синода запрещения и увещания, по особно от святых богодухновенных отец Духом Святым вещанных. И святейших вселенских патриархов, местных соборов, и зде в велицей России святейших патриархов, со благочестивыми цари и прочими архиереи бывшими соборы, брадобрийцы и тафионосцы анафеме предавших, и по смерти помилования отчуждавших и с неверными таковыя причетших. И сами судите себе самых, како таковый может сподобитися православных христиан погребения, или в молитвах церковных поминовению, жив сый, противляяся Богу и закону Его. В кую же часть востанет на Суд Божий: в часть праведных, имущих нестриженыя брады; или еретиков брадобритцов; Оставвляю вам самим на разсуждение: кийждо бо имать ум, могущь добре сия разсудити. Предложив бо им на обличение сего безобразия, некую повесть досточудную, мужа достоверна и свята проповедавша, Максима (глаголю) грека. Но вем, яко не вси уверяют: но нецыи, безсмысленнии суще, посмеются и поругаются глаголемому. Обычай бо ненаказанным посмеватися словесем мудрых, но не того ради умолчаваются таковыя, но паче провещаваются, темже износят себе. Но от писания онаго мудраго мужа должен есмь поведати, да не будет скота безсловеснаго брадобрийцы безумнейши. Игравши нецыи (глаголет той Максим), обрезаша браду добробраднаго козла. Он же аще и безсловесен сый, обаче не стерпев сицевыя досады, уби себе до смерти, бия без милости главою своею о землю. Слышите, како и скот от естества знает свое безчестие, еже быти ему без брады и умертвися. Сие же не сам от себе оный козел, но Бог, обличая еретическими обычаев подражателей брадобрийцев безумия, чрез неразумный скот сие сотвори, яко древле Валаама ослицею обличи. Кое ино большее сего показание и увещание кто востребует; Или творяй сицевый смертный богопротивный грех, откуду помощи и пользы души своей взыщет; Ниоткуду инуду, токмо от искренняго покаяния: иже престати всеконечно от таковаго пребеззакония, и умилостивити всеблагаго Бога слезами и молитвами и иными благодеяниями, паче же послушанием безпрекословным к святой Божией церкви и ко отцем своим духовным. Еще же с усердием слезно прошу, аще хощете искренно нарицатися мужие, а не муж жены, поне отныне престаните вид мужеобразный богоукрашенный тлити, рекше брити или стрищи брады. Не бывайте прочее явлении блудницы женообразныя, на прелесть блуда творящеся, паче же на скареднейшее содомство издающеся. Постыдится своея совести, обличающия вы. Аще бо стрижете брады ваша, и украшаете себя, и чуждими накладными власы, и инако многоухищренными творяще себе самыя женообразныя, возъимате некогда, по нраву же блудниц, и лица ваши натирати разными мази и вонями ко угождению мирския скверныя сласти блудныя.  Не срамлетеся ли убо сии деемаго вами противно Богу и закону Его, и противу собором и изречением святых мужей чюдоделателей и мудрых учителей. Не рдитеся ли и чернеетеся, и закрываетеся от стыда, слышаще сия словеса, совести вашей, обличающей вы. Аще бо и мнитеся кии вас от сего честни и лепи и благообразни быти, истинно безчестни есте и гнусни, и злообразни и пред Богом и человеки, аще в том пребудете. Аще истинно слова Божия, от мерности нашея и отцев ваших духовных глаголемаго к вам, послушавше, и от сего гнуса власоращения и брадобрития и тафионошения престаните, от нанесенных вам прежде бывшими соборы архиерейскими и нашею мерностию клятв и запрещений и отлучений свободни будете, и будете истиннии  православнии христиане, сынове святыя церкве: и прежде содеянная злая покаянием истинным очистивше, не токмо муки избудите, но наследницы царствия небеснаго будете. Не послушай же увещания сего и прошения мерности нашея, противная деяти, запрещенным от самаго Бога и святых отец, соборне и по особне возбраненным, мы таковаго погибели не внити. Еже бо должни бехом сотворити, сотворихом, долг свой отдахом,  слово Божие возвестихом. Сие убо есть наш долг. Кийждо сам у себе узрит в час исхода души своея, и в день страшнаго суда Божия и воздаяния комуждо по делом его. Непослушания бо сынове суть погибели, на ня же, по святому апостолу, грядет гнев Божий. Вам же священным всем архиереом, архимандритом и игуменом, протопресвитером, иереем, глаголю и завещаваю аз отец ваш и архипастырь, не от себя, но от прежних отцев святых взем: кийждо вас в своей пастве и парохии, или приходе, яже имать дети духовныя и прихожаны, наказуйте, и не вдавати в сицевый странный и чуждой нехристианский обычай, еже власы растити и кудрями ухищренми творити, наипаче же таимичищьныя сия чуждыя накладныя власы налагати, брады брити и тафии носити: но научайте я и вразумляйте всех ошаяватися и отбегати. Чуждому бо какову обычаю последуя, на шесть летъ запрещается по 83 каноне Великаго Василия. Аще же кто за ненаказанный юностный обычай прежде сего нашего завещания поползнется в сие пребеззаконство, таковаго наказавше, покаявшася удобно приемлете во общение. По сем же нашем наказании и увещании, аще кий будет гордостию и упорно творящее власорастение и брадобритие и тафионошение, сего нашего увещания, паче же самаго Бога завещания, и святых апостол и отцев всех вышепоимяненных заповедания, и вашего наказания не слушающии: таковым не сообщайтеся, и в домы их не входите, и на путех и в сретениих благословения им не подавайте, в церковь входу им не попущайте, и святыни всякия лишайте, яко прежнии святии патриарси соборне изрекоша, дондеже от того престанут и совершенно со слезами и моленьями и иными благодеяньми истинно покаются. Не бо моя суть сия словеса, но прежних святейших первопрестольников всея Российских соборная изречения и суждения, заимствованная от древних святых отец, имже и аз всячески должен последовати и таяжде возвещати. Аще же вы отныне будете таковым потребляти, стыдящеся лиц сильных и вельмож, или ради прибытка мшеломнаго, или инаго ради какого пристрастия, вы подлежати будете из чина церковнаго священнаго извержению, а они отлучению. Да не вашего нерадения и послабления, а оных непослушания, имя Божие похулити не восхощете, убо погибнути со грехми чюждими. Но добро пасуще кийждо паству свою и по силе талант Владыце своему приплодивше, мзду от Богатодавца наследите, жизнь вечную и царство небесное восприимете. Еже буди всем нам, научающым вы, вам же и оных послушающым нам, получити и наследити благословение Господне, еже на всех слушающих да будет. Того благодатию и человеколюбием всегда ныне и присно и вовеки веком».

Из грамоты патриарха Адриана. (Раскольничьи дела 18 столет., изд. 4, 1863 г. изд. Г. Есиповым. т. II [Рукопись Императорской Академии наук №84]).
«15.
Воини сущии всякаго чина благочестивым царем верно служити и бодрствуйте за православную веру и за все благочестивое царство, повинующеся начальником своим полководцем и должную честь им подающе. Воеводы же и чиноначальницы, мните учиненные под вами воины, не яко порабощени некии вам, но яко цареви подчиненные слуги и имейте я в любви, никого же обиждающе, но довольны бывайте своими оброки, винныя же наказуйте с разсмотреньем яко отцы детей, яко начальницы надъ подначальствумыя, аще же всякаго чина начальствующие и начальствуемии, отрините от себе злый обычай еже брады брити и подстризати сие бо еретический есть обычай: православным же христианом не подобает сего творити и Божию заповеданию противитися, сам бо Бог возбрани глаголя в законе не брить брад ваших, по Христове же во плоти пришествии святии апостоли заповедаша глаголюще не подобает брады власов разтлевати и образ мужеский над естество (sic) изменяти. Сие бо женом лепо сотвори Бог и святый Епифаний Кипрский в слове на ересь масалион глаголет: что горше  и противнее иже будут образ мужский отсецают и инии святии много о сем глаголют: яко и Григорий Богослов Иулиана отступника брадоненавистника именует, ненавидя бо той мерзский богоотстуник свою браду стрижаше и иным имущим брады стрище веляше и понуждаше. И царь Ираклий иже первый быв православен, тоже впад в ересь манофелитов сиречь единовольник стрижаше браду свою и за срамная своя деяния и обычай чуждый христианства, яко ненавидим от Бога, зело люто отъиде и жития сего, первее жив еще от Бога показнен страшно сице. Егда имяше урину пущати, обращашеся уд его водопустный и сцаше на лице его: и тако и умре. Таже на посрамление брития брады его показа Бог: явишася в Ниле реце два животна. Един муж с велиею брадою показася, даже до пупа, другое жена показася до сосец и стояху десять часов дондеже вся людие видяше. Царь же Константин Копроним еретик (яко нынешние лютеры) иконоборец повеле подобным еретиком брады даже до кожи себе остризати, еже бе яко юну видетеся, яко конец женонеистовно разжизатяся, еже яко знамения нечествия своего положив, разлучающеся угодники его еретики от христиан православных. Литовский же король Олгерд идолоолужитель сый и огнепоклонник и бесерменен Селим Амурат турсций повелеваше сущим под ними христианом брады брити тафи носити и иже не послушаша их и не прияша повеления их мучени быша даже до смерти от них же пострадавший за сие от Олгерда в Вилне Евстафий мученик его же память церковь святая празднует апреля в 14 день. От Селима же Амурата пострада Георгий в Средце граде болгарстем его же память церковь водит мая месяца в 26 день, и сии убо еретицы и бесермени; православнии же и святии, их же первый и един святый, от чистыя девы Мария прия плоть нашу всесовершенну, имеяша и браду яко и мы: подобне Христос Бог наш иже и святии апостоли и пророцы, архиереи, преподобнии отцы, святии мученицы, совершенно возрастнии суще воини яко Федор Стратилат, Федор Тирон, Савва Стратилат и сами Царие благочестивии Константин великий, Феодосий великий, Маркиян и инии и великии князи Российстии Самодержцы. Владимер великий и инии мнози и ветхозаконнии святии, первый первозданный по образу Божию Адам; по второй Адам Енох (sic), Авраам, Исаак, Иаков, Илия и креститель Иоанн и прочии богоугодницы вси имяху брады и ни един же их брияше или подстризаше браду свою, но вси благоукрашение мужие храняху, богодарованную им красоту, целы имуще брады, яко видимы суть в иконном писании. Яко и по общем всенародном востане (sic) возстанутъ такови якови создашася от Бога, совершении мужие, с целыми а не подстригаными ниже выбритыми брадами, оное благообразие в безобразии им мнится быти вам (аще есть кто таковый зде пребеззаконник) еже выбрити брады оставляти токмо усы сицевы бо твари Бога, не человеки но кошки и псы оставя им без брад сущим едины усы, прилично о сем разуметь, Святым Духом реченное. Человек в чести сый неразуме приложися скотом несмысленным, сим безумным брадобрийцем подражающе ненаказаннии нецыи, заповедь Божью и святых пренебрегше образ мужеский начаша растлевати брады брити и стрищи и одежды чужестранныя и на главах тафии носити и смешашася множайшии тех с еретики и навыщаются неподобным и беззаконным нравом их овіи латинских, нии же лутерских, яко едва раззнавати православнаго от еретика, сами же еретицы день от дня в горшее ниспадают, в толико бо уже неистовство приидоша, не токмо люди инии простии и благороднии их, но и мнихи у них священнии. Яко у латин иезуити, доминиканали, бернадины, и инии не довлящеся лишением брады токмо, но к сему и усы стригут и видити подобни пификом, сиречь обезаномъ, иная же беззакония творимая или молчанием преминути лепо, но ино время отъложа, стрижение брад бяше. Первее не ради щапства, но в наругание и казнь неких. Яко Аннон Царь сынов Аммоновых посланных к нему от Давыда на утешение мужей, остриже им брады на укоризну Царя и безчестие их, ведят читателие, в казнь же егда греческий царь Иустин магистра обидевшаго вдову повеле обножа одежд браду острищи и посадя на крастовую ослицу и водя по граду бити жилами воловьими до пролития крове. И инии злодее тако казними бываху: первее стригуща им брады на показание злодейства их, яко Игергий еретика арианина в Александрии остригше браду и поругавшеся сожгоша. Много о сем сказание преминую за долготу; едино токмо помяну яко и зде в велицей России бяше такова казнь, яко показуется от граммоты блаженнаго Фотия митрополита всеросийскаго писанны с Пскова, глаголюще сице: аще кто удавленину ясть такова подобает казнити, какову же казнію казнити? Брады стрищи и безчествовати и заточати. Сицева грамота лежит в великая первопреотольныя церкве Успения Пресвятыя Богородицы, яже на Москве в великочетьи минеи в июле месяце на листу — 1241-м. Слышате брадобрийцы. Аще есте православныя церкви сынове сущи, обаче уклонитеся самоволно брадобритіемъ вашим в часть еретиков и злодеев их же часть в езере огненнем. Взирайте часто на икону страшнаго Христова пришествия втораго и видите праведныя в десней стране Христа стоящия вся имуще брады, на шуйце же стоящыя бесермены и еретики, лютеры и поляки и иныя подобныя им бродобритики, точию имущия едины ушы (усы) яко имутъ кокти (коты) и псы и внемлите вы кому подобны себе творити и в коей части написуетеся. Сицева ваша мнимая вам лепота и честь, истинно безлепотство и безчестие и грех смертный, проклято бо сие блуднозрелищное неистовство от прежде нас бывших архиереев, святейших патриархов им и мы согласуем и таяжде уставляем и подтверждаем, изначала убо отнележе православием просветися великороссийской народ наш, ниже бысть у праотцев наших ниже слышах бродобрити, но отнележе Божиим попущением пленом за грехи наша ратуся (?) царство Московское от польских и литовских людей оттоле нецыи наши мешающеся с ними начаша младоумнии подражовати еретическим сицевое чужестранное злообычество брадобрития в великороссийский наш народ. Но архипастырь всероссийской по духу же брат мерности нашея святейший Филарет патриарх, с сущим при нем собором священным, видя таковое неподобное безобразие, прокля глаголя сице: проклинаю богоненавидимую блуднаго образа прелесть душегубительныя помраченныя ереси еже стрищи или брити брады, потом тожде возновясь и подтвердися, тщанием святейшаго Иосифа патриарха и сущего при нем священнаго собора, помощею же поборника по благочестию Царя Алексея Михайловича, таковыя брадобрийцы и тафионосцы возбранена быша царскою казнию, ови от лица его царскаго отриновенными, изгнанми и заточеньми, ови же и градскими наказаньми, к сему вси церковною властию запрещеньми и духовных отцев увещаньми и от церкве сиречь сообщение верных отлученьми и от всякия святыни и благословения архиерейскаго и иерейскаго отриновеньми. За сим аще бо после таковаго запрещения и возбранения от онаго собора дерзнул кто брады брити или тафи носити, анафема тогдашния святии отцы предаша, и тако тое еретическое безобразие в великороссийском народе преста даже до сих плача достойных времен. Сих ради всех не подобает вам православным христианом сущим отнюдь приимати еретическаго сего и злодейскаго знаменія, но паче гнушатися им лепо и удалятися от него яко от некия мерзости, зане брадобридцам не кающимся и от того не преставшим не подобает по уставлению соборному яко речеся древних архиереев благословение священническое подаяти, но подобает вход церковный таковым возбраняти и святых таин причащения лишати и сообщения православным христиан отлучати, аще же кто таковых умрет не престав от злообычая сего и искренно не покаявся (сами судите себе самыя) как таковый может сподобитися православных христиан погребению, или в молитвах церковных поминовению, жив сый противляйся Богу и закону Его, в кую же часть востанет на суд Божий, в часть праведных имущих нестриженныя брады или в часть еретиков брадобрийцев: оставляю вам самим на разсуждение. Кийждо бо имать ум могущь добре сия разсудити».